Глава 17

Софья

После университета я заехала в больницу, где лежал папа. Это стало уже привычкой за те несколько дней, которые он болел. Пока я навещала его, мы так ни разу и не говорили на тему наших отношений с Димой. Родители молчали, а я не могла подобрать нужных слов, чтобы начать подобную тему.

— Здравствуйте, вы к Виктору Бахметьеву? — спросила медсестра, когда я только подошла к необходимой палате.

— Да, а что-то случилось?

— Так его же выписали.

Поначалу я было подумала, что девушка что-то спутала, однако когда открыла дверь, то поняла, что она права. Мама с папой ушли, но при этом не сказали мне даже и слова. «Могли бы и предупредить об этом», — подумала про себя, ощущая то, как меня затопила обида.

Немного постояв на месте, я развернулась и, ничего не сказав медсестре, пошла на выход. День был особенно солнечным, но моё хорошее настроение из-за погоды куда-то ушло, оставив после себя лишь горечь и непонимание. Выйдя из больницы, я встретила у самого выхода Виолетту, которая, едва только увидев меня, поджала губы. «Сделать вид, что я её не заметила, точно не прокатит. Наверное, нужно просто игнорировать её», — решила я, но проскользнуть мимо сестры всё же не получилось.

— Ну что, даже здороваться со мной не будешь? — насмешливо поинтересовалась та, обколотившись задом о свою машину.

Вздохнув, я остановилась и повернулась к ней. Она даже не скрывала ненависти ко мне, а её глаза пылали настоящей яростью.

— Неужели родители не предупредили нашу маленькую потаскуху о том, что отца выписывают из больницы? — задала вопрос Виола, изгибая губы в ухмылке.

— За языком следи, — сухо ответила я, скрещивая руки на груди. — Чего ты добиваешься, унижая меня? Я тебя совсем не узнаю. Ты на себя не похожа!

— Чего я добиваюсь? — тихо прошипела она и шагнула вперёд.

И пусть мне было отвратительно стоять рядом с ней, но я всё равно осталась на месте.

— Чего я добиваюсь? — повторила сестра уже громче, отчего прохожие вокруг нас начали оборачиваться. — Того, чтобы тебе тоже было так же больно, как и мне! Чтобы ты тоже поняла, какого это, жить с нелюбимым человеком!

— И зачем тебе это? Что ты получишь, если я буду страдать? Никто ведь не заставлял тебя выходить за Фёдора Ильича! Признаться честно, я совершенно не понимаю тебя, Виолетта. Твой муж любит тебя, души буквально не чает, а ты…

— Зачем мне это? — продолжила она, цепляясь за первый вопрос, а затем начиная медленно на меня надвигаться. — Для того, чтобы ты наконец почувствовала, какого это! Из-за тебя мне теперь придётся тащиться в больницу, чтобы сдать кровь. Фёдор заставляет меня сделать тест ДНК, потому что уже не уверен, что он отец моего ребёнка! И всё из-за тебя! Из-за вас с Димой! Ты хоть представляешь, что будет со мной, когда выяснится, что Фёдор не отец ребёнка? Что он со мной сделает за мою ложь и измену?

— Ч-что? — переспросила я, ведь её слова буквально выбили у меня землю из-под ног. Как оказалось, я не была готова к правде, а потому немного помолчала и спросила внезапно осипшим голосом: — Ты изменяла своему мужу?

— Да, чёрт побери, изменяла! Ну и что с того? А? Что? О, не стоит меня жалеть, сестрёнка! — выкрикнула та и зло рассмеялась. — Я не сделала ничего, за что меня ты можешь жалеть. Не смей!

— Ты просто сумасшедшая, Виолетта. И да, мне тебя правда жаль, — читая в её глазах отчаянную злость, отозвалась я, на что она поджала губы, сжимая кулаки. — Если кто и виноват в том, что ты несчастна в браке с Фёдором Ильичом, то только ты сама. Сама!

Едва я проговорила последнее, как меня обожгла пощёчина. Дёрнувшись назад, я не сразу и поняла, что случилось. Медленно поднеся руку к щеке, что горела огнём, я медленно повернувшись к сестре. Её широко распахнутые глаза выглядели просто безумно, как и она сама.

— Не тебе меня судить, Софья. Ты сама крутишь шашни с моим пасынком, в которого я влюблена! Я первая захотела Диму. Я первая увидела его! Так почему он должен достаться тебе? В чём твоя особенность? — процедила она, а я же, ошарашенная её поступком, совершенно не знала, что и сказать.

Моргнув, я ощутила, как слёзы потекли по моему лицу, оставляя после себя мокрые следы.

— Ты больная, — бросила сестре, прежде чем уйти.

Выбежав на улицу и с кем-то столкнувшись, я бы, вполне возможно, упала, если бы там вовремя не среагировал какой-то незнакомец, поймав меня. Он уверенно положил руку на мою талию и притянул меня к своей крепкой груди, а я же, уткнувшись носом ему в футболку, сразу узнала его запах. Наверное, я могла бы узнать последний даже из тысячи.

«Вот чёрт! Я же плакала! Мои глаза до сих пор на мокром месте и, вероятней всего, они и сейчас красные», — поняла про себя, после чего обхватила Диму руками.

— Эй, ты чего, маленькая? Соскучилась? — лукаво спросил тот, обнимая меня за плечи. — Ты что, плачешь?

Взяв моё лицо в свои большие ладони, парень скользнул по нему глазами, явственно замечая след на щеке, куда недавно пришёлся удар сестры. Когда он внимательно осмотрел меня, то его собственные черты ожесточились, а желваки начали ходить ходуном.

— Кто? — глухо спросил Борзов, а его голос сочился такой яростью, что глупо и неосмотрительно было бы рассказывать ему правду.

— Никто. Давай уйдём отсюда? — предложила я, взяв его за руку.

Мне не хотелось больше ни на секунду задерживаться на месте. «Папу выписали, а семья, как мне думается, вычеркнула меня из списка. Или как ещё понимать их поступок?» — мелькнула у меня мысль, пока я пыталась увести Дмитрия от больницы.

— Твоя сестра? — никак не реагируя на мои попытки, то ли уточнил, то ли просто констатировал он.

Я ничего не ответила, отводя взгляд в сторону, однако он всё же заставил меня посмотреть на него. Прерывая наш разговор, из-за моей спины послышался ядовитый голос Виолетты, которая произнесла:

— А вот и мой любимый пасынок пожаловал!

Услышав последнее, я вздрогнула и, стремительно повернувшись назад в кольце рук парня, впилась в её лицо глазами. «Чего она добивается?» — в который раз задумалась про себя, желая как можно скорее избавиться от её общества.

— Что? — продолжила Виола. — Она не рассказала, кто украсил её лицо красными следами?

И, встав прямо напротив нас, она едко улыбнулась.

— Так это ты! — даже не спросил, а утвердительно проговорил Дмитрий, и его тело вмиг напряглось.

— Дим, не надо! — тихо взмолилась я, крепко ухватившись за запястья его рук, которыми он удерживал моё лицо. — Давай уйдём. Прошу!

— Соня, садись в машину, — твердо произнёс он, при этом даже не посмотрев в мою сторону.

— Но Дима…

— Живо!

Поняв, что с ним совершенно бессмысленно спорить, я в последний раз посмотрела в сторону смеющейся сестры, а затем направилась к автомобилю. Пристегнувшись, нервно закусила губу и стала наблюдать за тем, как Борзов подошёл к Виолетте и, схватив её за руку, что-то резко и отрывисто той сказал. Пара мгновений — и её смеющееся лицо стало медленно менять выражение. Поначалу на нём промелькнуло удивление, затем страх, а уже после отразилась неподдельная злоба. Я так и не поняла, что Дмитрий сказал ей, но она даже не спорила с ним, просто молча его выслушивая. Что до меня же, то я, будучи не в силах услышать их разговор, потихоньку бесилась от неизвестности.

Впрочем, их диалог длился недолго, а Дима, вернувшись в машину, так хлопнул дверью, что я даже подпрыгнула на месте. Признаться честно, его агрессия иногда пугала меня до дрожи, ведь когда он злился, то ему было трудно контролировать себя.

— Покажи мне щеку, — потребовал парень, а я отвернулась от него, не спеша этого делать. Тихо выдохнув, он сам схватил меня за подбородок, силой поворачивая к себе.

— Сука! — выругался Борзов после того, как внимательно рассмотрел моё лицо. — В следующий раз убью её!

Хмыкнув, я лишь закатила глаза, но по правде мне льстило то, как он опекал меня и беспокоился.

— Ты что, закатываешь глаза? — постепенно оттаивая, спросил Дима и прищурился, а потом откинулся на спинку сиденья и принял расслабленную позу. — А теперь рассказывай.

— Что рассказывать? — уточнила у него, складывая руки на коленях.

— Не стоит строить из себя дуру, маленькая.

— Я пришла навестить папу, поскольку думала, что хоть сегодня нам удастся поговорить, но… — начала было я, однако на последнем слове остановилась, не зная, как правильнее сказать о том, что отца выписала из больницы, а меня никто об этом не известил.

— Но его выписали из больницы, — догадался Дмитрий, словно бы читал мои мысли.

Кивнув в ответ, я просто пожала плечами и отозвалась:

— Да.

— А что сказала эта су… Твоя сестра? — поинтересовался он, вовремя исправляясь.

— Сказала, чтобы я не жалела её. И что она первая влюбилась в тебя, — шмыгнув носом, призналась ему.

— Вот же! Впредь не оставайся с ней одна. Я не хочу, чтобы тебя обижали. И не позволю. Пристегнись, — скомандовал парень, после чего мы отправились в его квартиру.

Живя в последней с самых тех пор, как папе стало плохо, я уже постепенно начинала привыкать к обитанию с Димой под одной крышей. Он и сам не отпускал меня, каждый день придумывая новые отговорки для этого.

— Я хочу познакомить тебя со своей мамой, — ошарашил Борзов меня вечером, когда мы лежали в постели.

Услышав такое заявления, я сразу же подскочила и изучающе посмотрела на него, пытаясь понять, шутил ли тот или нет.

— Скажи, что это шутка, — попросила дрожащим голосом, ведь пока не была готова к подобным событиям.

— Ни капли, маленькая, — ответил Дмитрий, взяв меня за кисть и резко притягивая к себе. — Хочу познакомить тебя с ней и представить, как свою официальную девушку. В будущем, как её невестку.

— Ты сошёл с ума, — простонала я, закрывая лицо руками.

Он же лишь рассмеялся и тут же осыпал моё лицо поцелуями.

— Только если от любви к тебя, маленькая. Только к тебе…