Глава 8

Софья

— Извините, а мы раньше с вами не встречались?

Немного растерявшись, я забыла, что хотела сделать и куда собиралась идти. Бросив беглый взгляд за спину мужчины, отметила то, что Борзов уже успел сделать несколько шагов навстречу ко мне, но потом остановился, как вкопанный.

— Нет, не думаю. Я вас вижу впервые. Извините, но мне нужно идти, — ответила я неизвестному.

— Подождите, — сказал мужчина и перехватил мою руку, не позволяя мне сбежать и поглаживая большим пальцем запястье. Такой жест мне не очень понравился, но и вырваться из его захвата я не смогла.

— Что вы себя позволяете? — грубо спросила у него, не заботясь ни об этикете, ни о репутации своей сестры.

— О, извините, я не хотел вас обидеть, — хмыкнул он и задержал долгий взгляд на моих губах, прежде чем отпустить меня, из-за чего мне стало дурно. — Вы очень похожи на одну мою знакомую. Я спутал вас с ней, — елейный голосом добавил незнакомец, без всяких стеснений перед гостями обводя моё тело похотливым взором.

— Если убедился, что ты спутал её… — рядом раздался пропитанный холодом голос Борзова, отчего я вздрогнула, ведь не заметила, как он оказался рядом. Казалось, даже воздух между этими двоими накалился, а между нами — наэлектризовался. Я весь день пряталась и избегала с ним встречи, но парень всё равно получил своё. — Может, пойдёшь своим путём? — закончил он, процедив почти с рычанием.

Гости уже начинали коситься в нашу сторону, перешёптываясь между собой. То ли персона Дмитрия привлекала их внимания, то ли что-то другое, чего я не могла разобрать.

Когда мимо нас прошёл официант с вино, то я без раздумий подхватила у него один из бокалов, залпом осушая тот. Алкоголь обжёг моё горло, горячим и сладким комом опускаясь в желудок. Напряжение, витавшее вокруг нас, достигло предела. Ещё немного — и я сама не выдержала бы взгляда Борзова, порвалась бы струна моих туго натянутых нервов и тогда…

Я не захотела развивать дальше свою мысль, а своевременное появление Виолетты и Фёдора Ильича заставило меня натянуто и нервно улыбнуться. Обменявшись с неизвестным рукопожатием, они словно бы забыли обо мне, но это длилось недолго.

— Что ты делаешь, дура? — схватив меня за локоть, зашипела змеёй сестра, когда мы отошли с ней куда-то в сторону. Её хватка была сильной, поэтому грозила оставить синяк. — Зачем общаешься с этим оболтусом? Ты хоть представляешь, что сейчас случилось бы, если бы Дима что-то сделал с Морозовым?

— С кем? — уточнила я, уловив из всех слов только фамилию незнакомца. — Виола, мне больно!

Девушка тяжело дышала и смотрела на меня мрачным взглядом.

— Послушай, Соня, — смягчившись, она отпустила меня и погладила по плечам. — Держись подальше от сына Феди. Он не тот, кого можно любить. Он поиграется с тобой и бросит.

— Нет, ты всё неправильно поняла. Я… То есть, мы… — начала было я.

— Ой, брось, — отозвалась сестра и слегка поморщилась. — Думаешь, я не вижу, как ты на него смотришь?

— Как? — заинтересовалась в ответ.

— Так, будто бы перед тобой Бред Пит. Но ты пойми, что Дмитрий не Бред Пит, я ведь живу вместе с ним. Видишь ту девушку рядом с ним? — спросила она и повернулась к Диме, который стоял в компании друга и своей невесты, после чего ткнула в последнюю пальцем. — Альбина — это его невеста. Конечно же, пока неофициально, но это ведь не меняет сути. Они с детства вместе, а я как-то видела, что она вышла из его комнаты в одном полотенце. Ну что они вдвоём будет делать в спальне, как если не заниматься сексом? Извини, конечно, что я так грубо с тобой, но я волнуюсь о тебя. Да и к тому же, подобное точно не понравилось бы нашим родителям. Помнишь же, как папа за сердце схватился, когда я сообщила, что выхожу замуж за Фёдора?

Выслушивая её, я только кивнула, совершенно не зная, что и говорить. Мой взгляд следовал за Борзовым, который одной рукой обнимал за плечи ту самую Альбину.

— Даже если они не поженятся, то Фёдор не позволит вам быть вместе. Взять хотя бы его маму. Она вот точно не разрешит такое, — немного помолчав, продолжила сестра.

— Виола, — мягко, но настойчиво я оборвала её, сама удивляясь тому, как спокойно прозвучала мой голос. — Я тебя поняла, но теперь пойду. Общежитие скоро закроется, и я не смогу в него войти.

Девушка нахмурилась, но рот благополучно закрыла. «Ну и слава богу!» — не без облегчения мысленно решила я.

Обнявшись с ней на прощание, я неудачно повернулась назад, из-за чего проходивший мимо официант столкнулся со мной и опрокинул на меня содержимое подноса. Рядом тут же засуетилась сестра со своим мужем и тот самый официант.

— Всё хорошо, ничего страшного, — попыталась успокоить я их.

— Как ничего страшного? — запричитала в ответ Виолетта. — Ты посмотри на себя!

— Милая, успокойся. Софья, иди с сестрой, она даст что-то из своих вещей, — голос Фёдора Ильича не терпел никаких возражений.

Не став противиться, пошла за его супругой, немного жалея кофту, ведь теперь на той точно должны были остаться пятна. Сестра выдала мне белое платье в горошек и, пока мои вещи стирались, я решила пройтись по дому, однако не выходя наружу. Эта идея казалась мне отличной ровно до тех пор, пока меня кто-то бесцеремонно не схватил поперек живота и не поднял над полом. Я не успела закричать, когда услышала над головой такой знакомый голос:

— Даже не думай!

Удивлённо распахнув глаза, я и правда его послушалась. Горячее и мощное тело парня зажало меня в тёмном углу, где одна его рука легла на мой подрагивающий живот, а другая перебирала мне волосы. Моя грудь тяжело вздымалась, соски стремительно затвердели, а дыхание прерывалось. Несмотря на то, что случилось между нами, и что я успела услышать о нём, должна была признаться — его близость странным образом ещё волновала. И пусть я могла сколько угодно обманывать его, но своё тело уже не могла. Она откликалось на Диму.

Убрав мою выбившую из хвоста прядь за ухо, он наклонился, чтобы поцеловать меня в губы, но я отвернулась. В ушах набатом звучали слова его невесты и моей же сестры. Как-то тяжело вздохнув, Дмитрий выпрямился, но не отстранился, а только опёрся двумя руками о стену возле моей головы.

— Рассказывай, — велел мне сдержанным тоном.

Я поняла, что это был момент истины, чтобы поставить точку в наших непростых, но непонятных отношениях. Я даже поймала себя на мысли о том, что пришла на вечеринку не столько из-за сестры, сколько из-за него. Мне просто не хотелось в этом себе признаваться.

— Пришла сказать, что случившееся между нами больше не повторится. Ты никогда больше не тронешь меня, никогда больше не поцелуешь. Ты понимаешь? Больше никогда этого не будет, ясно? — сказала я твёрдым голосом. При этом ни одна слезинка не покатилась из моих глаз.

— Сонь… — голос парня прозвучал как-то растерянно, поэтому мне на секунду стало жалко его, а сердце сжалось в невидимых тисках.

«А я любила тебя, Дима. И отдала тебе всё, что имела. Доверилась же», — с горечью подумала про себя и оттолкнула его, отводя взор. Пусть и было темно, но я не хотела, чтобы он заглядывал мне в глаза.

— Что ты ко мне чувствуешь, Соня? — тихо задал мне неожиданный вопрос Борзов, чем вверг меня в лёгкий шок.

«Разве не понятно, что я испытываю? Не ясно, как я люблю тебя? Я скоро сойду с ума из-за всего этого», — мелькнули у меня быстрые и искренние мысли, но конечно же, что я не сказала ничего из этого и промолчала, ведь было нечего говорить. Виолетта оказалась права, а он игрался с моими чувствами, чтобы потом, когда я надоела бы, просто бросить. «Только я одна буду страдать после наших отношений», — явственно понимала я.

— Это не имеет значения. Ты изменил своей невесте. Если ты раньше рассказал бы о ней, то я бы не согласилась быть… — резко замолчав, не договорила, ведь произнести слово «любовница» у меня просто не поворачивался язык.

— Чего замолчала? Договаривай! Не согласилась бы быть моей? — бросил он, быстро обходя меня и вставая передо мной, чтобы опустить руки на мои плечи и сжать их. — Соня, посмотри на меня.

— Прошу, не рви мою душу, — попросила я и заплакала, прикрывая глаза. — Мы не можем быть вместе. Я не могу быть твоей! Зачем играешь со мной? Что я такого сделала?

— Это не я играю с моими чувствами, Соня! Я не знаю, что успела рассказать твоя сестра, но я не отступлю. Не откажусь от тебя! — резко выпалил парень.

Он толкнул меня обратно к стене и, пока я не успела ему воспротивиться, схватил моё лицо и поцеловал. Грубо, жадно и настолько провокационно, что у меня даже и мысли не возникло прервать поцелуй.

— Нам нельзя, — прошептала я, как только Борзов отстранился. — Нельзя! — громко и отчаянно крикнула, отталкивая его и убегая.

— Ты всё равно будешь моей! Если не по-хорошему, так по-плохому! — донёсся до меня его злобный крик.