Глава 29.

В этот раз я более уверенно чувствовала себя в доме Марка, но все равно испытывала некоторую неловкость. 

- Если не хочешь готовить, можем что-то заказать, - устало произнес мужчина и бросил пиджак на стул, стоило нам пройти в гостиную. 

- Я приготовлю! - снова оттягивала тот момент, когда нужно было попытаться все прояснить. 

- Тогда я в душ...    

На этот раз я не стала изощряться и страдать ерундой, а приготовила салат из свежих овощей и пасту с курицей. 

К тому времени как Дмитриевич спустился вниз, с мокрыми волосами и переодевшись во все домашнее, я уже накрыла на стол. 

Мужчина прищурился, но все равно сел за стол и наложил в тарелку еду. Попробовал осторожно небольшую порцию, но когда понял, что я была настроена дружелюбно, все быстро доел. 

- Ты, кажется, хотела сегодня утром о чем-то поговорить, - положив приборы на стол, Марк перевёл на меня спокойный взгляд. 

- Да, - я решила сначала поговорить о нашем соглашении, а уже потом о своей поездке в Лондон, - я хочу обсудить наш договор. 

Проговорила на одном дыхание и замерла. У меня возникло такое чувство, как будто я сорвала с раны пластырь и теперь ждала будет ли болеть или все страшное уже позади. 

Молчание и пристальный взгляд Марка заставил меня нервничать. 

- Все это было очень весело и авантюрно, но так больше продолжаться не может... 

Я старалась звучать как можно беззаботнее и даже улыбнулась. 

- А как может?... 

В сдержанном вопросе чувствовался пронизывающий холод. Этот разговор не должен быть легким, но я не предполагала, что с самых первых слов Марк будет настроен враждебно. 

- Как ты уже понял, что я не чья-то любовница или содержанка. Я сама себя обеспечиваю, и у меня есть своя жизнь... 

На этих словах Марк прикрыл глаза и шумно выдохнул. С раздражением. Я же постаралась никак не реагировать и только собралась продолжить, как мужчина меня перебил. 

- Принеси мне папку. 

- Что, прости...? - мне было достаточно сложно решиться и все это сказать. Я старалась подбирать правильные слова, чтобы между нами не возникло недопонимания, но в итоге он даже не стал меня слушать. 

- Красная папка, - Марк проговорил сдержанно и это вызвало во мне бурю возмущения, но я все равно устала из-за стола, чтобы выполнить его просьбу, - ту, которую ты взяла из кабинета. 

Пусть подавится своей папкой и своей работой, директор бездушный. Бизнес-сухарь. Циничный коммерсант. 

Вместо того, чтобы прояснить происходящее между нами, он предпочёл заняться своими договорами. Как будто я говорила о чем-то незначительном и второстепенном. 

Пусть со своей папкой хоть ночует, а я больше такой глупости не допущу. С ним же обсуждать что-то бесполезно. Для этого нудно считаться с мнением остальных, но куда там до этого Марку Дмитриевичу. 

Подгоняемая злостью, я влетала в коридор и схватила с комода ту самую папку. 

Что же, теперь мне стали ясны его приоритеты. Я даже до папки с договорами по важности не дотягивала, если меня только что задвинули на второй план... 

- Приятного вечера! 

Бросив папку на стол прямо перед ним, я не стала задерживаться. Направилась в комнату собирать чемодан, но пеня остановил его голос. 

- Вернись на место и сядь, - я сцепила зубы и развернулась, но, встретившись с ним взглядом, все же решила последовать словам. Что-то в его настроении и поведении в целом сегодня было такое, что внутренний голос подсказывал не перечить. 

Эти несколько минут были похоже на экзамен для моей самообладание, который я сдала. Для этого потребовались просто неимоверная сила воли. 

- Я тоже хотел поговорить с тобой о том договоре, - сначала мне показалось, что все услышанное лишь плод моего воображения. Однако стоило Дмитриевичу открыть папку и достать оттуда скрепленные листы бумаги, как я увидела перед собой договор. Наш договор, его копию. 

- Что ты хотел сказать? - эмоции во мне ожили двоякие: как надежда, так и непонятная горечь неизбежности, - пересмотреть какие-то пункты? Ужесточить условия? - я хмыкнула и отвернулась в сторону, не ожидая ничего хорошего. 

- Нет. Я хотел сделать это, - мужчина взял в руки контракт и с легким пренебрежением разорвал листы надвое, таким образом аннулируя между нами соглашение, - а теперь я хочу поподробнее услышать о «твоей» жизни.