53 глава

Варвар

Утром, 31 декабря, мы выехали к родителям Сладкой. Свой подарок я брать не стал. Решил, что лучше она откроет его дома.

Я не переживал о встрече с родителями, мне было всё равно, понравлюсь я им или нет. Мне с ними не жить, а видеться два-три раза в год можно и без взаимной любви. А вот Сладкая волновалась.

На удивление, Маша была не похожа на своих родителей, её мама была среднего роста с каштановыми волосами, отец довольно высокий, и хоть на его висках просматривалась седина, выглядел он очень крепким мужчиной. Наверное, только черные глаза выдавали родство.

— Знакомьтесь, — сказала Сладкая. — Это моя мама, Наталья Ивановна и папа, Сергей Васильевич, а это Сава.

Услышав моё имя, родители обменялись быстрыми взглядами, а затем разулыбались и стали обнимать Машу и пожимать мою руку.

К обеду Сладкая с матерью ушли на кухню, нарезать салаты. Я взял с собой ноутбук, дабы избежать пустых разговоров, сославшись на работу. Поэтому, как только женщины ушли, я тут же поднялся:

— Вы не против, я немного поработаю, — обратился я к отцу Сладкой.

— Конечно, — ответил Сергей Васильевич, и я пошел в прихожую, где оставался мой ноутбук.

— Значит, Сава? — услышал я вопрос Натальи Ивановны. Дверь на кухню была прикрыта, но не плотно. Я замер и прислушался.

— Сава, — тихо ответила Сладкая.

— И давно вместе?

— Не очень, но знакомы давно.

— Спрашивать не буду, и так вижу, как вы смотрите друг на друга. Я рада за тебя Машенька.

— Ма, давай без слез…

Дальше слушать не стал, ушёл в комнату Сладкой, где нас разместили. Почему их так удивляло моё имя, я так и не понял.

За столом были только родители Сладкой и мы. Всё было уютно и по-семейному, мне это понравилось, а ещё нравилось, что родители не пытались обсуждать наше будущее и не задавали нелепых вопросов.

Первого числа, за поздним завтраком, Сладкой пришло сообщение. Телефон лежал на столе, так как она только что разговаривала с подружкой, и я успел прочесть сообщения от некого Паши.

"Привет! Если ты у родителей, можем встретиться."

Молча выхожу из-за стола. Стараюсь держать себя в руках. Ревность чёрным покрывалом снова накрывает с головой, не могу ничего с собой поделать, но выяснять что-либо при родителях, тоже не могу. Хватает сил только на то, чтобы молча уйти. Беру в куртке сигареты и слышу приглушенный разговор.

— Всё нормально, — говорит Сладкая.

— А если быть точной? — уточняет её мать.

— Это Паша. Предлагает встретиться.

— Пойдёшь?

— Конечно!

— Может…

— Нет, мама, это не повод. Я пойду.

Блядь! Не повод, что я здесь. Она пойдет к какому-то Паше. Просто нет слов. Ах*еть, как клёво!

Выхожу на балкон и тут же делаю глубокую затяжку, обжигая легкие едким дымом. Даже холода не чувствую, хоть и вышел в одной майке. Внутри все клокочет, и хочется разнести всё на свете. И придушить кое кого…

Маша

Сава родителям понравился. Папа сказал, что, не смотря на возраст, он очень серьёзный и надежный. Мама сказала, что, если бы не татуировки, она бы вообще не знала, к чему придраться. Мнение Савы о родителях я не спрашивала.

За завтраком пришло сообщение от Паши. И, так как телефон лежал на столе, Сава явно успел прочесть его содержание. Он резко поднялся и ушёл.

Мама вопросительно посмотрела на меня.

— Всё нормально, — покачала я головой, и посмотрела в сторону двери, куда ушёл Сава.

— А если быть точной? — не сдавалась она.

— Паша предлагает встретиться.

— Пойдешь?

— Конечно! — меня возмутило, что мама, задала такой вопрос.

— Может…

— Нет, мама, — перебиваю её. — Это не повод. Я пойду.

Затем я встала и пошла на балкон к Саве. Зная его, уверена, он уже готов кого-нибудь убить. По дороге натянула на себя пальто и залезла в теплые тапочки.

Он стоял на балконе в одной футболке и словно не чувствовал холода. На моё появление никак не отреагировал, даже не повернулся.

— У меня был друг, — начинаю я, хоть говорить об этом, как всегда, очень больно, но сказать надо, и поэтому я продолжаю. — Он жил в квартире напротив, и мы были очень близки. Всё время и везде мы были вместе. Он спас меня, но погиб сам. А Паша, это его, то есть наш друг. Мы редко видимся, но стараемся посещать могилу Савы, когда бываем здесь вместе, — свой скомканной рассказ я произношу, разглядывая заячьи ушки на тапочках.

А когда заканчиваю и поднимаю глаза, то оказывается, он уже смотрит на меня.

— Сколько тебе было?

— Двенадцать, а Саве тринадцать.

— Сава, — это не звучало вопросом, просто как уточнение. — Я могу поехать с тобой? — подошёл ближе и обнял меня.

— Если хочешь, — я прижалась к нему. — Ты холодный, пошли внутрь.

С Пашей мы договорились встретиться второго числа в одиннадцать уже на кладбище. По дороге я купила букет ромашек.

— Почему ромашки? — спросил Варвар.

— Не знаю, Сава мне всегда дарил ромашки. Теперь моя очередь.

Когда мы подходили к могиле, там уже стоял Паша. Как и прежде, красивый, высокий с копной непослушных волос.

— Привет, — он обнял меня.

— Привет. Знакомься, — отстранившись от друга, говорю я. — Это мой парень — Сава.

Паша приподнимает бровь, потом протягивает ему руку.

— Паша, очень приятно.

Я прошла за оградку, стряхнула снег с памятника, очистила фотографию.

— Привет, — одними губами проговорила улыбающемуся парнишке.

Выгребла снег из установленной здесь вазы и вставила в неё цветы. А затем вернулась к мужчинам, что стояли за оградкой.

— Я пойду покурю, — сказал Сава и отошел, чтобы не мешать нам поговорить, но при этом, чтобы хорошо нас видеть.

— Ревнивый? — с ухмылкой спросил Паша.

— Не без этого, — улыбаюсь в ответ.

— Сава, — хмыкает Паша.

— Это не специально. Я его имя узнала только через пару месяцев.

— На тебя не похоже.

— С ним всё по-другому, — Паша перевел взгляд на Варвара, словно пытаясь понять, что в нём особенного.

— Я рад, — искренне сказал он и снова прижал к себе. — Ты заслужила, Карамелька.

Не знаю почему, но Пашины слова вызвали слёзы, и вообще что-то я часто плачу. Я отстранилась и, сняв варежку вытерла щёки.

— Как твои? — решила сменить тему.

— Танюша занялась танцами, даже третье место на районных соревнованиях заняла, представляешь?! Юрка в следующем году в школу пойдёт. Уже совсем большой. А Оля беременная, — на последней фразе Паша улыбнулся ещё шире, видно было, что он этому очень рад.

— Поздравляю! — теперь уже я обняла Пашу.

— Ладно, холодно, да и твоему другу, похоже, не очень здесь нравится. Рад был увидеться, Карамелька. До свидания, — крикнул Паша Саве, и пошёл к выходу.

Я посмотрела на фото моего друга.

— Нет, ты можешь себе представить? Пашка многодетный отец, — это новость произвела на меня впечатление.

— Пойдём? — спросил Варвар, подойдя ближе. Я кивнула, ещё раз глянула на фото Савы, мысленно попрощалась и пошла за Варваром.

Напряжение чувствовалось в каждом его шаге.

— Ну, говори уже, — прошу я, когда мы сели в машину.

— Что? — буркнул он, заводя мотор, но пока не трогаясь с места.

— Ну, тебе явно есть, что сказать.

Варвар смотрел в окно, а потом всё-таки перевел взгляд на меня.

— Тебе обязательно со всеми обниматься у меня на глазах? — вопрос вызвал улыбку. — Не вижу повода для улыбок, — фыркнул он.

— А я вижу, — беру руку Савы и переплетаю наши пальцы. — Самое забавное, что и Фил, и Паша, они, а не все, — делаю акцент на последних словах. — Обнимали меня, радуясь за нас.

— А ты?

— Ты хочешь спросить почему я обняла Пашу? Он сообщил, что Оля, его жена, снова беременна.

Пальцами свободной руки Варвар барабанил по рулю, словно это помогало ему привести мысли в порядок.

— Ты считаешь, я зря ревную?

— Считаю, — он всё ещё не смотрел на меня.

— Ладно, может быть, но всё же не провоцируй, — он наконец-то смотрит на меня. — Я люблю тебя и не намерен делиться.

— И не надо, — я сама потянулась к его губам.

***

В тот же вечер мы поехали домой, там под елкой меня ждал подарок. Когда я его открывала Сава, кажется, замер и даже не дышал. Я сняла крышку с большой коробки и развернула бумагу внутри неё. Под ней я обнаружила много яркого белья. Я так и стояла с открытым ртом над коробкой. Сава подошел сзади и, положив свой подбородок мне на макушку спросил:

— Не нравится?

— Не знаю, — честно отвечаю я. — Ты только не обижайся, оно очень красивое, но я не ношу яркие вещи. Очень давно… Мне кажется, я растеряна… — выдыхаю я, а затем достаю кружевные трусики цвета яркой, молодой зелени. Смотрю на этикетку и ахаю. Я знаю эту фирму, она неоправданно дорогая. Ну, может быть оправданно, но всё равно. — Ты с ума сошёл?! — восклицаю я

— Не понял?

— Она же дорогущая! А тут, — я стала перебирать белье.

— Двадцать комплектов, — говорит Сава, разворачивая меня к себе. — И, если ты захочешь их примерить, я буду только рад. С Новым годом, моя Сладкая, — шепчет он в губы, прежде чем поцеловать.

А когда я уже теряю связь с реальностью от его поцелуев, он отстраняется и предлагает:

— Может всё же примеришь, чтобы знать, угадал ли я с размером?

— Выберешь?

На его губах появляется довольная, наглая ухмылка. Он лезет в коробку и достает оттуда нежно-голубой комплект.

— Может начнём с него?

С него мы и начали, правда, надолго он на мне не задержался.