Глава 18. СЛУЧАНОСТИ НЕ СЛУЧАЙНЫ.

Я заламываю руки под столешницей и густо краснею под пристальным взглядом матери.

- Что-то случилось? – вкрадчиво интересуется та.

И я принимаюсь тут же наигранно улыбаться, делать предельно непонимающее лицо.

- Что? Ты о чем? Я что, не могу просто захотеть увидеть тебя? – говорю, и сама понимаю, как неестественно звучит собственный голос.

Тут же отворачиваюсь к окну. На тротуаре туда-сюда снуют люди, а само кафе, где мы с мамой сейчас разместились, почти переполнено. Ничего удивительного – последние теплые деньки августа. Совсем скоро настанет осень, и у людей уже не возникнет желания вылезать из квартир.

- Мам, - мямлю я, ерзая на неудобном вдруг стуле. – Я вообще-то…, да. Хотела поговорить.

Родительница только ради приличия делает вид, что удивлена. Неспешно отпивает глоток кофе из белой фарфоровой чашки и смотрит на меня выжидающе.

Я тоже не замедлила отпить из стакана с апельсиновым соком. Облизала сладкие губы, улыбнулась ей виновато.

В голове все крутилась вчерашняя встреча с Гришей. А еще вспомнилась наша с ним старая ссора, когда он сказал, что не хочет детей. Вернее «не в ближайшие десять лет точно».

Я поджимаю губы, размышляя об этом и угрюмо кручу салфетку на столике.

С Гришей мы предохранялись даже тогда, когда секс был совсем неожиданным. Например, в наш с ним последний раз… Как раз после того, как я рассказала ему об измене.

А вот с Александром… С Александром мы и думать забыли, что существуют какие-то средства защиты… Не до того было. Да и способны ли мы вообще были здраво размышлять в тот момент?

- Мам, - выдохнула я напряженно, не подняв головы. – Я беременна, в общем…

Чайная ложечка, которую матушка только что держала в руках, с грохотом падает на глянцевую столешницу – аккурат рядом с моей измятой салфеткой.

- Мам…, - сглатываю и смотрю на нее. – Воды? – подвигаю ближе пластиковую бутылку.

Знаю, что огорошила ее секунду назад. Но как к таким новостям вообще подготовить?

Я этот разговор дома у зеркала раз тридцать отрепетировала.

И все равно каждый раз получалось как-то… Нелепо. И совестно мне каждый раз тоже было.

Мы с мамой хоть и не говорили напрямую об этом, но я прекрасно осознаю, чего она ждет от меня. Красный диплом, а значит отличные перспективы. Хорошая должность, карьера, успех.

И что же сейчас? Пеленки и распашонки? Подгузники и бессонные ночи?

Нет, мама никогда на меня не давила и не заставляя жить, так как хочет она. Но я и сама понимала, что ребенок в таком возрасте будет слишком тяжелой ношей.

Мама сама родила меня в девятнадцать. Я знаю как ей непросто пришлось. А у нее ведь был папа… А у меня кто? Никто…

- Милая… - протянула родительница пораженно. Натянуто улыбнулась, но это была вовсе не искренняя улыбка.

Мои глаза защипало. Хотя, другого я и не ожидала. Понимала, какая будет реакция.

Махнула рукой.

- Да ладно, - тихо произнесла. – Чего уж там… Можешь не изображать счастье. – я сказала это по-доброму, с теплой улыбкой, хотя горечь внутри приобретала все большую концентрацию и даже оседала на языке. – Я знаю, мам. Знаю, что мне слишком рано. Но, я не буду делать аборт. Это уже решено.

Родительница вдруг отмерла. Перехватила мое запястье и накрыла руку своей.

- Какой аборт, ты о чем? Об этом и речи не может идти…

Я тряхнула в ответ волосами. Ну хоть в этом вопросе мы единодушны. Доказывать матери, что я не хочу убивать своего малыша, было бы выше всех моих сил в данный момент.

- Я просто… - продолжила мама немного смущенно. – Вик, а отец-то кто?

Позор новой волной окрасил мое лицо в яркий пунцовый.

Вместо ответа я лишь пожала плечами. Родительница жалобно сомкнула брови на переносице.

- Нооо… Ведь это либо Гриша, либо…, его отец, да? Или… был еще кто-то…?

- Мам! – возмущенно воскликнула и распахнула глаза.

Посетители с соседних столиков начали недовольно на нас оборачиваться.

- Мам, - прошипела я тихо. – Ты за кого меня принимаешь? Конечно же, я не знаю, кто из них двоих. А не в принципе не знаю, кто это.

Родительница будто бы выдохнула. Ее плечи слега опустились, а взгляд даже повеселел.

- Боже, ты что, серьёзно думала, что я там у половины Парижа в постели была? – буркнула я немного обиженно и на губах мамы сама собой показалась плохо скрываемая улыбка.

- Милая, ничего я такого не думала. – оправдалась она. – Просто…

Я моментально вскинула руку вперед.

- Нет, всё. Давай закончим эту тему. Мне не важно, кто отец этого малыша. Он только мой. Гриша не хочет детей и никогда не хотел. А Александр…, - на этих словах я запнулась, а мама, наоборот, стала слушать внимательнее. – Я думаю, что Александр тоже был бы не рад узнать о таком. У него уже есть взрослый сын. Сейчас этот мужчина живет в свое удовольствие. Я полагаю, что новость о детях его не обрадует.

Мама осуждающе на меня посмотрела. Чуть заметно качнула головой.

- Зачем ты так? – аккуратно спросила.

- Мам, это правда. Достаточно того, что я уже натворила. Ломать жизнь кого-то из них и дальше я не хочу.

Родительница немного сощурилась.

- Ты решила сейчас за него. За них обоих, по сути. Возможно, Александр был бы рад этому малышу. Возможно, ему бы и Гриша был рад. Ведь одно дело говорить о перспективах. И совсем другое, когда это уже произошло… Не думаю, что кто-то из них…

- Вот именно! – горячо перебила. – Вот именно, мам. Я не хочу ставить никого из них перед фактом. Этот ребенок будет только моим.

Мама тихонько вздохнула и с теплотой мне улыбнулась.

- Ты у меня уже взрослая девочка. Я уверена, что ты все сделаешь правильно. А я всегда буду рядом.

Только в этот момент с моего измученного сердца упал невидимый камень.

- Спасибо. – растрогавшись, произнесла одними губами.

- Ну, ну, милая. Только не плачь. – со смехом произнесла мама, поднимаясь со стула. Обняла меня, и как меленького ребенка принялась гладить по голове. – Как мне теперь оставить тебя?

- Нет, нет! – опомнилась я, отстраняясь. – Тебе ведь на работу пора. Иди.

- Точно?

- Конечно! Со мной все хорошо! Я заплачу за кофе. Еще обед себе закажу, аппетит зверский просто.

Мама дружелюбно усмехнулась, чмокнула меня в щеку и умчалась на выход.

А я, сделав заказ, отправилась в уборную, чтобы привести в порядок лицо после слез.

И ничего не предвещало беды…

Но стоило мне только выйти из туалета и направиться обратно к своему столику, как взгляд, будто магнитом притянутый, упал на знакомый мужской силуэт…

Я замерла возле входа в зал, а ноги сами собой приклеились к полу. В спину мне в это время чуть не врезался официант с полным подносом.

Судорожно сглотнула, боясь оторвать остекленевшего взгляда от предмета моего ступора.

Боялась даже моргнуть, вдруг это окажется просто… видением?

Но, секунду спустя, рядом с мужчиной мелькнула еще одна знакомая тень…

Это он. Несомненно.

Отец Гриши. Прямо сейчас. В этом кафе. Занял столик в противоположном углу от моего.

А рядом с ним… Вера Сергеевна. Его экс-супруга. Или уже…?

Я шумно выдохнула. Сделала шаг в сторону, чтобы убраться с глаз.

- Девушка, с Вами все хорошо? – обеспокоенно спросила сотрудница на ресепшен. Подскочила ко мне в тот же миг и зачем-то принялась обмахивать папкой с меню, привлекая еще больше внимания. – Вы так побледнели!

Со всей силы затрясла головой.

- Да! Нет! – отмахнулась от назойливой папки, мелькавшей у меня перед носом. – Уберите это, пожалуйста! Со мной все в порядке!

Девушка стушевалась и отошла на пару шагов.

- Вы мне нужны! – выпалила я, не задумываясь над тем, как это звучит. – То есть, мне очень нужна Ваша помощь!

Я рьяно ухватила девушку за руки, на что та посмотрела на меня с подозрением и испугом.

- Нет, не пугайтесь! Я просто в туалете была! А когда вышла, увидела в зале… - скосила взгляд, подбирая слова. Как мне назвать Александра? Бывшим? Это явно не уместный эпитет. Отцом своего бывшего? Не раскрывает всю суть…

- Я поняла. – не став меня мучить, улыбнулась вдруг девушка. Я облегченно выдохнула в тот же момент.

- Можете принести мою сумочку? Я оставила ее на стуле вон у того столика. – махнула рукой и внимательно проследила, как девушка выполняет мое поручение.

Слава Богам, что в кафе многолюдно сегодня и я не бросаюсь в глаза среди толпы остальных гостей заведения.

Быстро вынув из кошелька пару купюр, я всучила их девушке, горячо ее поблагодарила, и, натянув на голову капюшон, выскользнула из переполненного кафе.

Быстрым шагом прошла мимо панорамного остекления, сквозь которое посетители виднелись как на ладони, и вдруг… замерла.

Взгляд сам собой потянулся к нему.

«Всего разочек… Я взгляну на его непринужденное выражение на лице. Всегда веселое и беззаботное. На его аристократический прямой нос. Приятный изгиб на губах. Творческий беспорядок на рассыпчатых волосах. И сразу уйду…»

Но это было ошибкой.

Как только я повернула голову, увидела, как изящная ладонь его бывшей супруги ложится на руку мужчины.

И было в этом жесте что-то собственническое, повелительное. Будто она делает так по двести раз в день… А может и делает?

Александр не убрал ее руку. Не отстранился. Не разорвал тактильный контакт.

Просто продолжил что-то говорить женщине, беззвучно шевеля выразительными губами.

В памяти вспыли и тут же рассеялись картинки того, как эти губы кусали, терзали меня доводя до настоящего исступления.

Я тряхнула головой, сгоняя с себя наваждение. Засунула руки в карманы и быстрым шагом направилась подальше от этого места.

Уже тогда знала, что в одно из любимых кафе больше и ногой не ступлю, лишь бы исключить малейшую вероятность наших с ним встреч.

Выходит, я все же была права? Не за мной он вернулся в Москву, а за своей бывшей супругой?

Отлично – тем меньше вероятность, что кто-то из этой семьи еще раз захочет влезть в мою жизнь.