Глава 29. Спасение рядового Вишенки

Ричард Питон Торн

Воздух казался раскаленным. Всему виной вовсе не адская жара, пылающая снаружи моего трейлера. Никогда не думал, что буду отбивать девчонку у собственного сына. Скотский поступок, недостойный любящего отца. Но они расстались. К тому же это было решение самой Вишенки. Она теперь принадлежит только мне, и я руки оборву и засуну в задницу каждому, кто осмелится протянуть клешни к моей девочке. Даже, если это будет Генри, который сейчас сидит передо мной, опустив голову.

— Знаешь уже? — спросил я, всучивая ему бокал с виски. — Извини, весь лед утащили ребята, так что пей так.

— Спасибо, — тихо отозвался сын.

Неожиданно он пригубил алкоголь, а затем сделал и вовсе невероятное — допил бокал до конца одним глотком и вернул мне.

— Не хочу, чтобы ты считал меня козлом, — заявил я. — Но ты должен принять тот факт, что мы с Шерри теперь вместе.

В голове сплыли обрывки воспоминаний. Я — совсем еще мальчишка. Встаю посреди ночи, чтобы сменить маленькому засранцу подгузник. Он орет как резаный, а Миранда дрыхнет на тахте. Я не могу слушать этот крик, затыкаю уши, но потом поднимаюсь и беру его на руки. Мой ссыкун сразу успокаивается. Быстрый залет моей школьной подружки обернулся самым большим приключением в моей жизни. Я стал отцом.

— Пап…не буду скрывать, вначале я злился, но больше от того, что моя спланированная жизнь полетела в жопу. Прости.

— Не извиняйся, — хмыкнул я. — Со мной можешь называть вещи своими именами. Я готов выслушать, все, что ты обо мне думаешь.

— Шерон… Она такая…

Я ощутил, как каждая клеточка моего тела напрягается, шлюха-ревность царапнула прямо по сердцу своими острыми коготками. Блядь, слишком сильно запала мне в душу детка. Вначале была сводящая с ума похоть, но сейчас я понял, что рядом с ней чувствую себя другим. Я хотел видеть в ее глазах желание, хотел слышать смех, хотел просыпаться рядом, после ночи, проведенной вместе.

— Она была несчастной со мной, а я… Я, вообще, наверно никогда не жил своим умом. Дела, что мне говорят, старался быть правильным парнем. Делать все, как полагается, — он неопределенно махнул бокалом. — Хочешь знать правду? Мне давно уже нравится другая девушка. Она взбалмошная, дурная на всю голову, как выражается моя мать, но именно от нее у меня сводит член в штанах. Каждый раз, когда она рядом, я словно сам не свой. Хочется задрать ей юбку и засадить поглубже, чтобы, наконец избавиться от огня, пожирающего меня изнутри. Считаешь меня ненормальным?

— Почему? — задумчиво отозвался я. — Страсть — это совершенно нормально, что бы там не внушали тебе твоя мама с отчимом. Ты все-таки мужик. Самец. Желание обладать женщиной, которая нравится — это нормальный инстинкт, Генри. Так задумано природой. Не стоит стыдиться этого желания.

— Кстати о Кшиштофе, — мрачно произнес Генри. — Он винит меня за скандал на помолвке… И, знаешь что? Мне насрать!

— Ну и правильно, — улыбнулся я.

— Представляю, какой с ним удар случится, когда я приведу на семейный обед Хлою, — продолжал духариться мой сын.

— Вот как? — удивленно заметил я. — Хм…

— Она такая заводная, импульсивная, сексуальная. Но ей вечно нравятся плохие парни, на меня даже и не посмотрит. Презирает! Впрочем, мне от самого себя противно уже… Пап?

— Да Генри.

— Черт, пап, прости меня ладно? Я только сейчас понял, как много времени потерял, играя чужую роль. Шерон показала мне, что бояться не надо. Надо бороться за свою жизнь и свои желания. И я рад, что она будет с тобой. Только не обижай ее ладно? Она такая… Да ты лучше меня знаешь, какая она! Я хочу, чтобы она была счастлива.

— Постараюсь, — кивнул я. — А ты иди и наконец, и задери юбку Хлое, если так уж этого хочешь.

— Она меня пошлет.

— А ты попробуй, только без этого твоего занудства. Прямо скажи девочке, что хочешь ее.

— Ладно, — неуверенно сказал Генри и встал, чтобы налить себе еще стаканчик виски.

В кармане штанов завибрировал айфон. Пришлось достать, чтобы отключить. Звонил партнер по бизнесу. Потом перезвоню. Взгляд зацепился за уведомление о пропущенном смс. И знакомый до боли номер Вишенки. Она отправила голосовое сообщение. Странно, почему не услышал? Ах да… Я же сам выключил звук. Торопливо нажал на зеленый значок и услышал сбивчивую речь Шерон:

Дик! Не смогла до тебя дозвониться. У Хлои в квартире потоп и, кажется… Пожар. Мы срочно уехали туда. Если сможешь, приезжай тоже. Вдруг понадобится твоя помощь.

— Что-то случилось? — Генри вернулся с полным бокалом и сделала пару глотков. — Хочешь, и тебе налью?

Отрицательно покачал головой, набирая номер Шерри. Короткие гудки. Ее телефон выключен. Странно, очень странно.

— Пап?

— Подожди, Генри, — отмахнулся я.

Хлоя тоже не отвечала.

Происходящее мне совершенно не нравилось. Детка, куда же ты вляпалась, милая?

Мне показалось, что я находилась в темноте целую вечность. Не знаю, сколько мы ехали, может пару часов, а может и всю ночь. Я слышала стоны Хлои, но в ответ могла лишь мычать. Вонючий кляп во рту мешал говорить. Я давно оставила попытки освободиться. Чем больше дергалась, тем сильнее веревки впивались в запястья, причиняя боль.

Внезапно машина резко остановилась и через несколько мгновений дверь распахнулась, впуская лунный свет.

— Что сучки, соскучились? — раздался мерзкий голос одного из похитителей.

Он грубо хватает меня и рывком вытаскивает наружу. Падая, вся внутренне сжалась, в ожидании удара и боли, но земля оказалась мягкой и влажной, я уткнулась в нее лицом. Рядом что-то глухо плюхается. Хлоя! Сдавленный стон подруги извещает о том, что она приземлилась не столь удачно как я.

Скоты!

Пытаюсь разглядеть лицо бугая. Он, весьма кстати сняв маску, демонстрирует опухшую морду. Неверный свет луны играет на рубцах и ямках от прыщей. На нем какая-то затрапезная футболка в пятнах и разводах.

— Кто будет тащить этих кобыл? — кто-то спрашивает совсем рядом.

— Сами дотопают, пока еще могут, — глумно смеется Бобби.

Бугай нагибается ко мне, обдав резким запахом пота и свежего пива, бесцеремонно хватает меня за шиворот и ставит на ноги.

Так вот откуда эти пятна — облился в машине, пока нас везли, приходит неуместная мысль. Я ловлю взгляд Хлои все еще лежащей на траве. Она испугана не меньше, чем я, в ее глазах пылает ярость. Похоже, она протрезвела за время поездки. Слава богу! Я так боялась, что ее начнет тошнить и она задохнется, а я не сумею помочь.

Я торопливо осматриваюсь, пытаясь понять, где мы находимся. Старый дом с заколоченными окнами и заросшим садом. Судя по всему, здесь давно никто не живет.

Перевожу взгляд на ее придурка-бывшего. Что задумал этот урод? Он нагибается к Ло, сверкает лезвие складного ножа, и я снова внутренне сжимаюсь, подаюсь вперед со сдавленным мычанием. Он ухмыляется мне и просто разрезает скотч, стягивающий ее лодыжки.

Хлоя пытается встать, но со связанными за спиной руками ей это удается только со второй попытки. Бобби поворачивается, чтобы освободить и мои ноги, и в этот момент получает смачный пинок прямиком в тощий зад. Нелепо полетев вперед, Бобби тоже ткнулся мордой в землю. Подруга, воспользовалась шансом, на удивление ловко вскакивает, пытаясь бежать, но ее останавливают подельники Боба. При этом они давятся хохотом и подкалывают незадачливого дружка.

Сам он поднимается с перекошенной рожей, отплевываясь и матерясь на чем свет. Я инстинктивно отодвигаюсь подальше, насколько возможно со связанными ногами. Во взгляде этого ничтожества отчетливо видно безумие.

— Ах ты, сука! — рычит Бобби.

Развернувшись, он отвешивает Хлое звонкую пощечину.

Подруга, вскрикнув, пытается вырваться, но ее держат за руки.

— Ну, ничего, сейчас ты за все ответишь.

Сердце бешено колотится в груди, я понимаю, шанс выбраться из переделки просто ничтожный. Есть надежда, что нас кто-нибудь видел и вызвал полицию. Боже, хоть бы Дик прослушал сообщение! Но чтобы их убедить, что нас похитили, потребуется время. И на то, чтобы найти тоже. А если хватятся нас не сразу, бог ведает, что эти ублюдки успеют с нами сотворить. От паники и ужаса стало дурно, перед глазами помутилось.

— Топай, сука! Чего застыла?

И как? У меня же ноги связаны! Едва сдерживая слезы, возмущаюсь я сквозь кляп. Мое жалкое мычание вызывает лишь новый приступ веселья у мучителей.

— Что ты сказала? Говори четче? — переспрашивает второй дружок Бобби, худой, высокий и с сальными давно немытыми волосами до плеч.

Вместо помощи, меня ощутимо толкают в спину, и я падаю на четвереньки. Раздается новый взрыв хохота. Придурки веселятся.

— Отличная поза! Может, прямо сейчас вдуем? Что скажешь, Боб?

Бобби, размахивая ножом-бабочкой как грабитель из кинофильма приближается ко мне. Я слежу за сверкающим лезвием, не веря, что это происходит со мной. Так, Шерон, успокойся. Не показывай слабость. С психами нельзя давать слабину.

В голове всплывают обрывочные сведения из инструкций, как вести себя, если тебя взяли в заложники. Быть смирным, не выводить из себя агрессора. Не смотреть в глаза. Опускаю взгляд, и становится немного легче. Как ни странно, это действует. Бобби, лишившись зрителя, перестает выпендриваться и освобождает мне ноги.

Нас заводят в дом и приказывают спуститься в подвал. Страшно, очень страшно! Тусклый свет одинокой лампы, сменяется ярким лучом прожектора, направленного прямо в лицо. Он слепит, заставляя глаза слезиться. Я верчу головой, пытаясь укрыться от этого сжигающего сетчатку света.

— Ну что, Ло, думала, что так легко отделаешься, да? — Бобби демонстрирует камеру и смеется. — Помнишь ее, да? Вижу, что помнишь.

— Может, хоть рот освободим девкам? — вопрошает прыщавый тип. — Чем они сосать будут?

— Не терпится, чтобы сучки член тебе отгрызли? — подкалывает его худой.

— Да пошел ты!

Кляпы нам все же вынули, похитители не опасались, что мы будем звать на помощь, все равно никто не услышат.

— Тебя посадят! — выдохнула Хлоя. — И твои дружков-педиков тоже!

— Заткнись! Я не педик!

— Станешь! — парировала она.

Прыщавый бугай подался было к Хлое, но его жестом остановил Бобби

— За что? — притворно удивился он. — Нас здесь нет, мы сейчас развлекаемся на вечеринке у Кейти.

— Что вам от нас нужно? — шепчу, пересохшими губами. Язык еле ворочается во рту.

— А ты не догадываешься? Бар «Свобода». Толпа байкеров на одного. Помнишь, как вы наблюдали, как ваши приятели издевались надо мной? Ни одна не вызвала полицию, — взвизгнул мудак. — Я говорил, что отомщу? Теперь вы на моем месте.

— Тебя поимели мужики, а ты собрался мстить девушкам? Тебе самому-то не стыдно?

— Молчать сука!

Он бросился ко мне, и я шарахнулась прочь, но уткнулась спиной в бетонную стену.

— Сейчас и тебе засадим во все щели, да так что скулить будешь от счастья, — шептал Бобби, брызгая слюной. — А, может, вы к этому привычные? Кто знает, чему там вас научили ваши любимые байкеры.

Он сунул камеру худому и вновь достал нож.

— Как только приступлю — снимай. Начну, пожалуй, с нее, — заявил он. — Вторая ваша. Я ее уже поимел во все дыры, ничего нового не узнаю.

Я поползла вдоль стены, тщетно надеясь, что все это злая, очень злая шутка. Сейчас они рассмеются и скажут нам валить отсюда… Но нет. Бобби, натянул на голову маску и направился ко мне.

Боже! Почему я? Что я ему сделала?

Ответ на вопрос последовал незамедлительно:

— Давно хотел трахнуть эту снежную, блядь, королеву. Вся из себя такая правильная. Надменная тварь из высшего общества. Посмотрим какая она там — под юбкой.

— Боб, ты с ума сошел?! — спросила я, голос предательски дрожал. — Попугали и хватит.

— Советую вести себя хорошо и подмахивать, — он угрожающе навис надо мной.

— Не трогай ее, ублюдок! — вопила Хлоя, которую уже вовсю лапал прыщавый тип.

Она отбивалась, угрожала и дралась не на жизнь, а насмерть, только силы были неравными.

— Хочешь провести оставшиеся дни за решеткой? — пыталась я призвать к доводам разума.

Бобби никогда мне не нравился, но ведь не был раньше таким идиотом.

— Поговорим после того, как у меня будет видео, как тебя одновременно дерут двое парней. Думаешь, сможешь пойти в полицию, зная, что станешь достоянием Интернета? Нет, крошка. Ты будешь держать рот на замке. Думаю, такая ты нахер будешь не нужна твоему женишку и его богатенькой семье. Кому нужна жена-шлюха?

— От вашей трепотни у меня упал! — рыкнул прыщавый. — Харэ лечить телку, пусть открывают рты только по делу.

Боб толкнул меня на грязный матрас, лежащий в углу.

— Ты прав. Пожалуй, начнем, — заявил он, растягивая ширинку и обернулся ко второму: — Люк, ты снимаешь?

— Ага. Ставь ее раком, так ракурс получше будет.

— И сразу в зад засаживай, обойдемся без прелюдий. Только хардкор!

Они снова заржали как полные утырки.

— Мудье! Когда Дик вас найдет, вас самих раком поставит, — кричала Хлоя, пытаясь вырваться из цепкого захвата.

— Дик? О, да! Этого черта тоже ждет «приятный сюрприз», я об этом позаботился, — прошипел Бобби. — Сегодня все получат по заслугам.

Его лицо приняло жесткое выражение.