Часть 1

Вжавшись всем телом в сидение новомодного спортивного авто, я крепче затянула ремень безопасности, с ужасом рассматривая гололед и бушующую метель.

— Лен, что ты творишь? — охрипшим голосом прошептала я, начиная жалеть, что вообще села в машину к подруге. Сегодня она явно была не в духе. — Мы убьемся, понимаешь?

— Не убьемся, Аль, — самодовольно хмыкнула она, и теперь я вообще не была уверена в ее трезвости. Особенно, когда девушка не затормозила на пешеходном переходе и чудом не раздавила трех маленьких детей в карнавальных костюмах снежинок. Она истерически засмеялась, когда я завизжала от ужаса и злорадно хмыкнула: — Даже если убьюсь — так ему и надо. Будет знать!

— Кому «надо»?! Кто «будет знать»?! Лен, я не планировала сегодня сыграть в ящик! — от страха зуб на зуб не попадал, короткая двадцатиоднолетняя жизнь пролетала перед глазами снова и снова.

С Леной мы познакомились на третьем курсе института престижного вуза, когда наши группы расформировали. Она ребенок из обеспеченной семьи, взбалмошный и ветреный, а я, пусть родилась в столице, но моя мать — учительница в школе, а отец — обычный слесарь.

С ней казалось весело, она была словно человек-праздник. Всегда в хорошем настроении, всегда с алкоголем. Именно Ленка открыла для меня мир тусовок, а я для нее — мир уроков. Мы дополняли друг друга, но по большей части я чувствовала свою внутреннюю миссию научить ее хоть чему-то полезному. Кроме того, какие фильтры в социальных сетях больше подходят ее типу лица.

Мы договорились, что Лена заберет меня вечером тридцать первого декабря от родителей, и мы поедем отмечать Новый год вместе с ее парнем в клуб «Красная Роща». Но парня в машине не оказалось, и это сразу должно было насторожить. Отчасти меня это радовало, ведь Роман был еще тем подонком. Спонсировал Ленку травкой, вытягивая из нее огромные деньги.

— Папе моему нужно! — прорычала она раздраженно, а затем достала новый, еще даже не распакованный телефон в целлофане и выбросила его в окно, громко смеясь. — Пошли нахер его тупые подарки, пусть знает!

Я хмыкнула от мысли, что только что девушка выбросила сумму, на которую моя семья жила три месяца. Для нее это был ужин в ресторане или парочка новых носков известного бренда.

— Не понимаю, о чем… — молчать было страшно, я то и дело ловила взглядом прохожих, разбегающихся перед колесами машины. Лена даже не включила фары, будто специально испытывая судьбу.

— Этот урод, — так Лена за глаза величала своего отца, — поговорил с Ромкой без моего ведома, представляешь? Дал ему денег, чтобы тот меня бросил. И он бросил!

— Если бы Рома тебя любил, то ни за какие деньги не бросил бы… — прошептала я, закрывая глаза. От страха сосало под ложечкой, сводило челюсти.

— Он меня любит! — закричала Лена, вдавливая педаль газа, как умалишённая. — Просто перед деньгами не все устроят, понимаешь? Тебе не понять, у тебя ни денег, ни любви…

Когда Лена была зла, она не следила за словами, а я от этого будто вечно жила на пороховой бочке. Но и бросить ее не могла, потому что была уверена — без меня Ленка точно влипнет в неприятности.

— Спасибо, — глухо отозвалась я, не скрывая сарказма. — Высади меня где-нибудь, пожалуйста. И разбивайся кому-то назло без меня.

Девушка тяжело вздохнула, заметно успокаиваясь. Она снизила скорость до приемлемой, и только тогда я поняла, как давно не дышала нормально — ощутимо пекло легкие.

— Прости, — прошептала она, паркуясь. Я все еще не могла найти сил открыть глаза, тело потряхивало от пережитого стресса. — Ты ведь понимаешь, что это я на нервах ляпнула, да? Я же тебя люблю, Аль! А теперь идем. Хочу устроить взбучку старику, пусть встряхнется.

«Только не это!» — простонала я про себя, но, стоило открыть глаза, как мои худшие ожидания оправдались. Перед глазами предстал ресторан «Сокол». Самое дорогое люксовое заведение в столице, находящееся во владении депутата. А по совместительству и отца Ленки.

— Иди без меня, — взмолилась я, уже зная, что подруга ответит. Выбора мне никто не оставил.

— Нет! Я не могу без поддержки, ты же знаешь. Отец меня раздавит своим авторитетом! — она заглянула мне в глаза с мольбой, пустив скупую одинокую слезу. Эта девушка умела выпрашивать то, что ей было нужно. Играть на нужных струнах.

С тяжелым сердцем выйдя из авто, мне потребовалось около пяти минут, чтобы прийти в себя, голова нещадно кружилась. Средний чек ресторана «Сокол» был выше месячной зарплаты моих родителей вместе взятых, о крохотной стипендии не стоило и вспоминать.

Я с ужасом и стыдом посмотрела на мраморные колонны, ступеньки, покрытые красным дорогим ковром, а потом на себя… Пусть я и собиралась на праздник: легкий вечерний макияж включал в себя стрелки, красные губы, а также аккуратно завитые белокурые волосы. Но все же мое простое черное клубное короткое платье и полусапожки на шпильках никогда не будут приняты высшим светом. Особенно тонкая черная шубка из искусственного меха, которую Ленка месяц назад высмеяла.

— Идем давай, — поторопила она меня, нагло утягивая за руку. — Нет времени. Я хочу высказать ему все при трезвых друзьях и уйти с высоко поднятой головой. У нас по плану тусовочная ночка!

Ленка не заботилась о моих чувствах, не замечала накативших слез. Я опустила взгляд, стараясь не обращать внимания, с каким презрением меня разглядывает швейцар. Не привыкать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Ясно было одно — сегодня намечается скандал. И в нем, увы, буду задействована и я.