Часть 3

Мы оказались на огромной кухне, где суетились официанты и бесчисленные повара. Виктор Семенович лишь махнул рукой, и пространство очистилось без единого вопроса. Когда Лена отпустила меня, я сложила руки на груди и уставилась на выставленные в ряд розовые тарелки с кучей маленьких идентичных тортов. В комнате витали искры, не предвещающие ничего хорошего. Мне стоило уйти, но я боялась оставить Лену одну, чувствуя странную ответственность за нее.

— А теперь говори, — рявкнул мужчина грозно, отчего моя подруга явно задрожала, но энтузиазм, увы, не потеряла.

— Ты заставил Ромочку меня бросить! А я ведь так его люблю… Люблю, понимаешь? — немного сбивчиво и менее борзо, воскликнула она. Бросив на меня краткий взгляд, снова обратилась к отцу. — Как так можно? Ты вообще меня не любишь? Тиран! Деспот!

Виктор Семенович тяжело выдохнул, а после оперся обеими руками на край широкого железного наполированного стола. Он смотрел вниз, но его тяжелая, разрушающая все на своем пути энергетика чувствовалась так ярко, как никогда раньше.

— Ты с ней? — с явным неодобрением спросил он, и я ощутила привкус желчи во рту, хмурясь. По телу прошла дрожь.

— Да, она со мной! — Лена обняла меня, гордо вскинув голову. Я любила свою подругу, но сейчас хотела провалиться сквозь землю от стыда. — И всегда меня поддерживает, вот!

— Говорю… — резко подняв взгляд, Виктор Семенович выбил из моего тела дух, заставляя на мгновение задохнуться. Сейчас он казался таким сердитым, но в тоже время невообразимо красивым. До одури, до потемнения перед глазами! Я даже на мгновение забыла, где нахожусь и что вообще здесь делаю. — Ты с ней травки накурилась?

Я беззвучно негативно мотнула головой, но подруга не успела этого заметить. А Виктор Семенович успел и облегченно выдохнул, будто этот факт для него было немаловажен. После мужчина вытянул руку вперед, ожидая чего-то. Лена нахмурилась и вопросительно выгнула бровь.

— Ключи от машины, телефон, кредитки, — потребовал он. — Я жду, быстро.

Лена опешила и даже рассмеялась истерически.

— Пап, ты че? Перепил, да? Может, мне завтра подойти, а? Ты вообще в адеквате? Я дочь твоя, Лена, алло! — внаглую протянула она, и я не удержалась от того, чтобы больно ущипнуть ее за пятую точку. Пора было остановиться, пока все не зашло слишком далеко.

В общем-то, Виктор Семенович впервые лишал Ленку всех благ обеспеченной жизни, какие бы финты она ни вытворяла до этого. Но и под травкой за рулем Лена тоже ездила впервые. Мужчина не был дураком и наверняка в полной мере понимал, что дочь его чудом добралась до ресторана без аварии и жертв.

— Либо ты отдаешь мне все сама, — медленно протянул он, — либо я сейчас позвоню в банк и просто заблокирую все твои карты. А еще свяжусь с охраной и запрещу тебя пускать в загородный дом. — Виктор Семенович быстро кивнул на меня: — Вон у подружки своей поживешь, может, чему-то и научишься. Пример с нее какой возьмешь.

Челюсть Лены так и поползла к полу, а лицо заметно побелело. Мне же с трудом удалось сдержать улыбку. Подобное решение было самым правильным для девушки в данной ситуации. Но я очень сомневалась, что она примет все без боя.

Лишь на долю секунды на ее губах появилась коварная улыбка, а затем тут же пропала.

— Хорошо, папочка. Ты же у меня умный, лучше знаешь, — спокойно протянула она, тяжело вздыхая и делая шаг вперед к отцу, по пути доставая из кармана телефон. Как вдруг она замерла и уставилась на широкую зеленую дверь. — Что это? Вы слышите? Не пойму…

— Это все твоя травка, — закатил глаза Виктор Семенович, начиная заметно расслабляться. Лена умела быть послушной, когда требовалось, и это его явно успокоило. Да и вообще, резкие перемены настроения являлись для моей подруги чем-то привычным. Вот она плачет навзрыд, а секунду спустя корчится от истерического смеха.

— Какая там травка, кто-то что-то крикнул! Там человек, пап! — она резко повернулась ко мне и подмигнула. — Аль, ты ведь слышала тоже? Да?

Я все еще не понимала, что находится за этой дверью, но выставлять подругу дурочкой не хотела, потому согласно кинула. Когда мужчина тяжело вздохнул и направился к двери.

— Сейчас посмотрю. Может, повара там забыли? Я же их выгнал впопыхах… — бормоча себе что-то под нос, Виктор Семенович торопливо откупорил дверь, а это оказалась огромная морозильная камера, размером как половина моей квартиры. Внутри было много стендов, так что мужчине пришлось войти внутрь, чтобы пройти между рядами, а мы с Леной остались у двери, ее придерживая. Стало жутко, что кто-то действительно мог остаться там внутри, ведь холод там стоял собачий.

— Нет тут никого, Лен! — отмахнулся мужчина с самого конца морозилки. — Бросай травку, иначе скоро инопланетян услышишь.

В одно мгновение Лена резко толкнула меня назад, а дверь — вперед, захлопывая ее крепко-накрепко, оставляя Виктора Семеновича запертым внутри.