Часть 71

— И, что это мой котеночек загрустил, а? — ласково пропел мне мужчина, прыгая рядом на постель. Я жадно к нему прижалась и застонала в бок. — Расскажи-ка мне, драгоценная, чего это ты белая весь день ходишь? Кого наказать?

— Витечка, эта работа диспетчером меня доконает, — жаловалась я, совсем как ребенок. Но если не любимому мужчине, то вообще кому?

— Всех покусаю! — рыкнул мужчина, но укусил почему-то меня. За мочку уха, подтянув к себе повыше за ягодицы. А затем пронзительно заглянула в глаза и прошептал, пробирая голосом почти до костей:

— А если серьезно. Аль, может ко мне вернешься, а? Работа не пыльная, делать особо нечего. В тепле и мозг себе не паришь.

— В том-то и дело. Что там нет никакой работы… Единственное мое телодвижение: до бухгалтерии за деньгами раз в месяц и обратно. А в институте жизнь бурлит! Я чувствую себя нужной и важной. — на эмоциях заговорила я и мужчина согласно закивал. От радости, что он меня понимает, я возьми, да и поплакайся:

— Ректор попросила в срочном прядке перенести все уроки физической культуры одного потока на последние пары, чтобы студенты не шли запыхавшимся к нашим слишком уж восприимчивым на запах преподам. Но, как это сделать?! Ничего не лепиться… Мозг сейчас лопнет. Ничего не выходит, а придумать надо до понедельника.

— Не лепиться, говоришь? — многозначительно хмыкнул мужчина, затем нежно поцеловал меня в губы и погладил по щеке. — Ну, давай свой ноутбук. Сейчас подумаем, что можно сделать.

Ситуация настолько меня доконала, что я с радостью дала Вите то, что он просит. Если честно, вообще не надеялась на его помощь. Все же, он совсем в другом мастер… И, вообще, должно же у него хоть что-то получаться плохо, а?

— Ты с Дмитрием Петровичем проговорил? — вскочив с места, я принялась гладить парадный костюм мужчине на выход. В тот день, который Лена обозначала, как «корпоративный» у Витечки должно было состояться подписание важной сделки с немцами. То бишь, сегодня! Сперва планировались долгие изнурительные переговоры с юристами обеих сторон, а после — мужской банкет. Ничего более. Я не видела смысла напрашиваться туда, как какая-то ревнивая идиотка. И вообще, выкинула из головы мысли про измену. Чтобы не бросаться в крайности, как Машка.

— Поговорил, — задумчиво хмыкнул тот и замолчал, что-то активно печатая.

— И?.. — поторопила его я.

— Знаешь, может, ты была права, — удивленно постановил тот. — Кажется, его конкретно так кроет на этой твоей подруге. Маше, кажется? Прямо башню мужику снесло. Мда, что с людьми любовь делает… Пугает он меня, котенок. Ой как пугает…

— Маша на связь не выходит, — грустно постановила я. Витя мне таки ее номер достал, но телефон оказался отключен. Уже два дня как!

— Я думаю, она выйдет, как сможет говорить, — с усмешкой ответил мой мужчина и я покраснела. Чужое примирение представлять совсем не хотелось. — Не бери дурного в голову, зай. Разберутся сами. Ты лучше обо мне постоянно думай, ага. А не о всяких чужих мужиках.

Я хотела была сказать что-то еще, но Витя вдруг отодвинул ноутбук в сторону, оставляя его у постели, а сам встал, начиная постепенно собираться.

— Вуа-ля! — подмигнул мне тот самодовольно и безумно сексуально.

Я как раз закончила гладить костюм и едва не обмелела от счастья. Проблема, которая убивала меня дни напролет — решилась по щелчку пальцев! Набросившись на мужчину с поцелуями, я закричала от счастья:

— Ты у меня самый лучший! Самый-самый, Витечка! Ура-а-а! Господи, это почти оргазм!

— Почти оргазм? — ревниво переспросил он, а я отмахнулась и плюхнулась на кровать, разглядывая то, что он придумал. И, о, мой бог, его вариант расписания был более легким для студентов, но и подходящим для преподавателей. По факту, каждый преподаватель имел каждый день по две или четыре пары подряд, а не вразнобой.

— Как ты это сделал? Ума не приложу! — ахнула я, сгорая от гордости благодарности! — Мой гений!

— А ты думала, я на работе спички в потолок бросаю. Да, зай? — деланно обиделся тот, а затем кровать между моих широко разведенных ног прогнулась. Мелкие поцелую посыпались от самых пят, поднимаясь все выше и выше.

— Нет, — хмыкнула я, жадно вбирая воздух. Легкое показывание от внезапного возбуждение ударило в голову нежданно-негаданно. — Я думала, ты тренируешься перед зеркалом людей взглядом пугать. Или гудрон жуешь… Не знаю, как там мальчики развлекаются, мм?

— Вот как! — ахнул этот актер недоделанной и укусил меня под коленкой. Меня аж повело. — Значит, я тебя пугаю, да?

— Меня нет, — покачала головой я, поспешно пересылая новое расписание на рабочую почту. Сколько времени им там понадобиться на принятие его и подписание всех нужных бумажек — меня уже не касалось. Самое страшное позади! — А вот того бедного юного охранника в продуктовом вчера — до полусмерти. До сих пор его глаза по пять копеек вижу… Уф!

— Этого того, который на твои буфера пялился? — сквозь зубы рявкнул он, двигаясь поцелуями все выше и выше. — Так скажет спасибо, что я ему краник не открутил.

— Он пялился не на меня. А на хлеб, который я жевала, не оплатив! — запротестовала я. — Я тебя сейчас очень удивлю, Витечка: но кроме тебя, никому в этом мире я не нужна.

Она на мгновение замер и я потеряла бдительность.

— Ты серьезно так думаешь? — удивленно протянул тот и не успела я ответить, как он на полном серьезе заявил: — Ты сама прекрасная женщина их все, кого я встречал. И если кто-то не хочет тебя завалить, он просто гей или… пидорас.

— Ха! Интересная градация, — рассмеялась я, но тут же смех сменился стоном, когда Витя совсем неожиданно укусил меня за пятую точку. Я не глядя захлопнула ноутбук, где работа была закончена. До понедельника меня никто не потревожит!