Часть 83

Осторожно постучавшись в кабинет, я медленно открыла дверь, просовывая в него нос:

— Можно к тебе?

Витя задумчиво потер виски, растерянно открываясь от ноутбука. Выглядел он уставшим… Еще бы! Сидеть тут безвылазно с восьми утра. А уже, между прочим, двенадцать дня.

— Конечно, котенок. Могла и не спрашивать.

Медленно переставляя ногами, я затащила внутрь огромный поднос различной еды. Витя тут же вскочил с места и перехватил его у меня.

— С ума сошла, да? — покачал головой тот, ставя его на огромный стол из красного дерева. — Зачем так мандаринку нагружать! Я бы сам спустился.

— Не спустился бы, — поджала губу я. Да, последнее время Витя все чаще работал из дома. Но несмотря на нахождение в одном доме мы виделись только по вечерам. — Что я там такого принесла? Три тарелочки… И вообще, обижаешь! Уже не мандарина, а целый грейпфрут!

Подгладив свой заметно округлившийся живот, я словила улыбку мужчины. Он глухо выдохнул, притянул меня себе и нежно поцеловал.

— Почти семь месяцев беременна, а я все поверить никак не могу, — мягко прошептал он мне. Не успела я ответить, как он подхватил меня на руки и вернулся в кресло, усаживая к себе на колени. — Опять чем-то вкусным пахнет. Я с тобой скоро в размерах сровняюсь. Только в тебе — наш котенок, а я полный твоих кулинарных изысков.

Откинув головой на плечо мужчине, я жадно зарылась носом в его шею. Его аромат и раньше казался мне прекрасным, сейчас же просто легкие от него трепетали в экстазе. Стонать хотелось от удовольствия.

— Не придумывай. Если кто и поправляется от всего этого, то это только я, — отмахнулась, как маньячка какая-то сжимая его шею своими ладонями и вдыхая все глубже и глубже. Еще, еще и еще… — Господи, как ты пахнешь…

Волосы на голове мужчины стали дыбом, а пальцы активнее заскользили по телу, когда он хрипло прошептал:

— Чем, колобочек мой любимый?

— Гуталином, мелом, мятой и… Ах! Господи, да! Гера-а-анью! И, о! Ванилью, точно! — вырвалось с губ, потому что именно так мой больной мозг воспринимал этот запах. Уверенно, его на теле Вити даже не было. Гормоны — страшная штука.

Муж гортанно рассмеялся и понюхал края рубка:

— Переодеться что ли? Новая одежда ведь. А я так вообще утром душ принимал!

— Не смей! — жадно вскликнула, обнимая его шею так крепко, чтобы он двинуться не мог. — Я сейчас кончу от этого запаха просто… О, мой бог! Как же это прекрасно… Еще чесночка в эту компанию не хватает и у меня взорваться мозг от счастья!

— Не знаю, — задумчиво выдохнул Витя, — мне обидеться или спасибо тебе сказать?

— Просто не двигайся, любимый, — попросила его я. Дыхание стало рваных, шипящим. Тело трепетало от мужчины, голова сходила с ума. Я ощущала, как возбуждение становится все сильнее. От бессилия буквально застонала в голос. — Витюш, может мне какую-нибудь игрушку купить резиновую, чтобы не задалбывала тебя, а? У меня же все мысли в одном направлении… Работать некогда тебе, бедному.

— Я тебе дам «игрушку резиновую»! — рыкнул он, едва ощутимо шлёпнув меня по бедру. — Муж то тебе зачем, зай? Как раз для таких «задалбываний» и придуман. Спец агент особого назначения.

Осторожно поднявшись со мной на руках, мужчина бережно уложил меня на свободную часть его бескрайнего стола. Предварительно положил мягкую подушечку мне под голову, а свой плед — под спину. Плакать от счастья хотелось во время такой его трогательной заботы.

— Мокрая, — гортанно прорычал он, медленно погружаясь с мое лоно сантиметр за сантиметром. — Всего такая готовая для меня…

С каждым толчком мое тело сокращалась от судорог, а когда мужчина наклонился ко мне и в ноздри ударил его запах, я мгновенно кончила, оглушая комнату своим криком.

— Признавайся, — лениво прошептал мужчина, когда я безмолвно сидела у него на коленях. Он должен был начать работать. Но, видимо, не срослось. — О чем печалишься, красавица?

— Родители звонят все чаще, — глухо выпалила я и Витя взглянул мне в глаза с какой-то странной тревогой. И я знала, за что именно он переживает. — Не думай, я стану рисковать ребенком в таком положении и встречаться с ними. Тем более, в тайне от тебя!

— Они родители, Аль, — нехотя протянул мужчина. — Но… ты беременна. И, хрен его знает, что им взбредет выкинуть в твой адрес следующий раз.

Я обиженно поджала губу. Вот уже пол годы мы не общались с мамой. И какой бы «интересной» женщина не была, она все же меня родила. Сейчас, ощущая это невероятную связь со своим пока еще не рожденным ребенком, я пыталась понять своих родственников и простить. А те, как узнали, что я ушла в академический отпуск — звонили каждый день.

— Я поговорю с ними, котенок, — спустя долгую паузу, ошарашил меня мужчина. Я удивленно сфокусировала на нем взгляд и тот пожал плечами. — Когда-то же это долго было произойти, правда? Ты — моя жена. У нас скоро ребенок будет. И, уверен, это один из многих. Нам придется наладить контакт.

— Насчет детей… — глухо прошептала я, отворачиваясь к стене, потому что боялась реакции Вити. — Лена тоже постоянно пытается поговорить. Кажется, она стала добрее…

— Тебе кажется, — жестко отрезал мужчина, поворачивая меня к себе за подбородок и нервно отчеканив прями в глаза: — Аль, я люблю свою дочь какой бы она не была. Но сейчас ты беременна, а она уже один раз закрыла живых людей в морозильной камере. Ничего не пей из ее рук, ничего не ешь. Не пускай ее к себе в одну комнату, чтобы не случилось. Поняла?

Я нервно поерзалась на месте. От стращаний мужчины стало немного страшно, но я деланно улыбнулась:

— Ты ведь всегда рядом, муж! Как ты там сказал? «Спец агент особого назначения». Главный кот нашего семейства. Кто же меня обидеть сможет?

Он глухо выдохнул и уткнулся губами мне в щеке, снова и снова поглаживая мой живот. Кажется, так Витя ловил нирвану.

— Надо будет уехать дня на три-четыре в Германию. Я бы взял тебя с собой, но поездка деловая и изнуряющая. Чтобы вернутся пораньше, я даже не буду снимать гостинцу. В офисе перекантуюсь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Будь там столько, сколько нужно, но не надо в офисе ночевать! — запротестовала я, стыдливо морщась. — Я же беременная, а не больная. Телефоны никто не отменял…

— Само собой, телефоны. И видео связь. И давай-ка ты на это время в городскую квартиру переедешь, а, зай? Там доктор если что в трех шагах. Охраны побольше выставлю… — нервно принялся загибать палицы мужчины. И чем больше было условий, тем сильнее расширялись мои глаза. Неделька без Вити обещала быть «веселой», как тюремные будни. Но закончил он не менее нервной фразой: — Главное, никакой Лены и родителей в мое отсутствие. Условились?