Глава 52

Ирина

Палец за пальцем Виктор разжал мой захват, расстегнул ремень безопасности и одним махом вытащил меня из машины.

Не оставил.

Поддержал.

Мой взгляд опустился на дорогу, я увидела длинный тормозной путь, ободранное крыло машины о заградительный барьер и вторую машину, которая влетела нам в зад.

Судорожно сглотнула.

Я не могла поступить иначе.

Потому что это могло никогда не закончиться.

Или закончилось бы трагедией для кого-то из нас.

Подняла глаза на Виктора.

Замерла.

Он смотрел на меня как-то иначе.

Не так, как обычно.

С каким-то преувеличенным вниманием, будто ждал от меня чего-то непривычного.

— Спасибо, — тихо проговорила я. Но не из-за слабости. Из-за связок, которые офигели от моих голосовых возможностей и все ещё были в шоке.

— Не за что, Ир. Это тебе спасибо. За всё. За тебя, за детей, за мою жизнь.

Он оставил меня без поддержки всего на секунду, потому что через мгновение его руки обхватили мое лицо, и Виктор меня поцеловал.

Или Пантелей?

Или просто он?

Он.

И стало так хорошо-хорошо.

Легко.

Просто.

Так, как и должно быть в жизни, когда ты счастлив.

— Прости меня, — прошептал он, прервавшись, но продолжая смотреть мне прямо в глаза.

— За что?

— За тот день.

— Какой?

— Когда я врезался в курятник.

— Пфф… Ты все отработал, — не удержалась от смешка я, потому что видела все того же близкого, почти родного Пантелея.

— Курятник — да, но не слова, которые тогда тебе сказал.

— Про то что я пью или про то, что с моей внешностью в городе кто-нибудь да позарится?

— И те, и другие. А ещё за то, что угрожал отобрать у тебя детей.

Меня прострелило от темечка до пяток.

Я не говорила ему об этом!

— Т-ты это вспомнил?! — чуть не задохнулась от волнения я.

— Да.

— И что с тобой произошло?!

— Всё. Я вспомнил всё.

В носу вмиг защипало, к горлу подступили слезы радости, губы задрожали, я улыбнулась и робко спросила:

— Ну это же хорошо? — И непроизвольно положила руку ему на область сердца в попытке защитить.

Не нужно было быть ясновидящей, чтобы предположить, что с возвращением памяти в жизнь Виктора вернутся и не самые лучшие воспоминания.

— Терпимо, — улыбнулся он мне, а затем неожиданно мягко надавил мне на спину, прижал к себе и спросил: — Знаешь, почему?

— Почему?

— Потому что сейчас у меня есть ты. Дети. И пусть и короткое, но прошлое Пантелея. И самое интересное…

— Что? — с замиранием сердца рискнула уточнить я.

— Оно держит меня сильнее, чем всё прошлое Виктора. И ты, ошибаешься, если думаешь, что я от него откажусь. Ни-ког-да.