Глава 54

Глава 54

Алиса

С грядками я расправилась быстро. Даже пожалела, что не рискнула и не купила семян побольше.

У меня ещё оставались пакетики с семенами томатов и перца. Но просто так их сажать нельзя. Нужна была теплица, которой здесь отродясь не было.

А поэтому я отправилась в дом, чтобы принять душ и намазать нос кремом. Я уже и забыла, что такое весеннее солнце и ветер. Кажется, я немного обгорела. Буду теперь всех радовать красной фигой вместо носа. Ну и ладно. Машка меня любит всякую, а на остальных плевать.

Машка, как я и говорила, спала праведным сном и не проснулась даже от моей возни. Пришлось её поднимать, щекотать, умывать, наряжать. Наша модница слегка капризничала и никак не могла определиться.

– Как думаешь, это платье Яну понавится? – спросила она, разглядывая очередную одёжку.

Я ей вообще-то джинсовый комбинезон предлагала: и гулять хорошо, и практично. На Машкину беду, к нам пожаловал папа Алексеев и услышал её последние слова.

– Это что ещё такое, Маш? – грозно выдвинул он вперёд подбородок.

Машка не осталась в долгу: сверкнула глазищами, сжала губы и доказала, что она дочь своего отца. И я ещё сомневалась в их родстве? Да они похожи так, что дыхание останавливается.

– Мне навится Ян! – заявила она упрямо, и я так и увидела, как у неё маленькие рожки прорезаются из-под взлохмаченных волос.

– Это взрослый дядя, Маша! А ты – маленькая девочка. Алиса не научила тебя скромности? – досталось и мне заодно. – Девочки должны быть гордые и неприступные. Это мальчики за тобой должны бегать, а не наоборот.

– А я за ним не бегаю, мы дужим! – выкрутилась Машка.

– Я вас завтракать пришёл позвать, – посмотрел на меня Евгений. Видимо, второй раунд переговоров о чести и совести маленьких барышень решил отложить на потом. Аргументов не поднакопил.

Машка, насупившись, натягивала комбинезон.

– Пичеши, Алиса! – протянула она мне расчёску.

Ну вот, а то всё папа да папа, – подумала я с удовлетворением, краем глаза наблюдая, как эти двое кидают друг на друга пламенные взгляды.

Кажется, Алексеева задело. Но вслух своё неудовольствие он высказывать не стал и расчёску у меня из рук вырывать тоже. Даже из комнаты не выбежал, стоял, ожидая, пока мы будем готовы.

Его напряжение передалось всем. Нет бы радоваться, наслаждаться природой, общением. А мы молчали.

Машка дулась. Алексеев вообще как туча. Ян невозмутимый, как всегда. И только мама Вика делала вид, что всё нормально – щебетала, как птичка, хвалила еду, несла какую-то дичь и улыбалась.

– Не забудьте про шашлыки, мальчики! – слышался её беззаботный голос. – Соберёмся часа в четыре. У нас тут чудное место за домом есть!

– Будут вам шашлыки, – произнёс Алексеев так, будто проклятье изрыгнул.

Ян и бровью не повёл. Кивнул, как всегда. После завтрака я не рискнула помогать ему с посудой. Мы с Машкой на улицу отправились. В конце концов, что это за дача, если сидеть целый день дома?

Мама Вика выплыла вслед за нами. На свежем воздухе Машка отошла и забыла все свои обиды. Ей всё нравилось. Носилась, как угорелая, нашла кучу песка и занялась кулинарией. Выволокла из дома игрушки и ведёрки с совочком.

– Мне Вита Витальевна сказала, что надо азвивать эту… мотоику, – старательно выговорила она сложное слово. – И говоила, что очень полезно игать в песке!

Думаю, Машка немного слукавила, но то, с каким увлечением она лепила куличи, строила башни, рыла туннель в куче влажного песка, очень походило на увлечение и азарт. И я решила ей не мешать.

Мама Вика принесла ей маленький раскладной стульчик. Мы его на всякий случай ещё и утеплили. Всё же ещё не лето, но хорошо, что на Машке добротный джинсовый комбинезон. В платье в песке не поковыряешься.

Это был тот самый задний двор, где мама Вика шашлыки собиралась делать. Хорошее место, под навесом, с видом на сад, который манил меня неимоверно.

– За деревьями в этом году никто не ухаживал, – вздохнула мама Вика, заметив, наверное, мой взгляд. – Иногда я уговариваю Женю специалиста нанять, чтобы ветки обрезал, как положено. А я в этом ничего не понимаю.

Зато я знала. Папа у нас любил. И я. Ирке вообще всё по барабану было, а Поля у нас не приземлённая была. Любила яблоки собирать. Её больше урожай манил.

– Эх, тут бы тепличку, хоть небольшую, – семена помидоров и перцев мне покоя не давали. – И что попроще я могу и с деревьями. Поздновато, конечно, но хоть сухое убрать да «волчки» вырезать.

– Да есть тут всё, – снова вздохнула мама, – вон, в садовом домике и дуги для теплички, и инвентарь всякий. Тут как остров сокровищ, только никто толком пользоваться не умеет. Женя злился. Так-то он у меня рукастый, хозяйственный, голова золотая, – расхваливала она сына, как залежалый товар, – а желания нет. Если хочешь, можешь посмотреть. Может, что найдёшь подходящее.

Я хотела. Но кинула взгляд на Машку, которой вообще никто не нужен был. Она посадила своих зайцев в ряд и увлечённо возводила кривые замки из песка, что аккуратно утрамбовывала в ведёрки и, постукивая лопаткой, деловито возводила цилиндриками только ей понятные конструкции.

– Совсем как Женя, – умилилась мама Вика. – Он в детстве тоже всё строил, строил… и из песка, и конструкторов у него было не счесть. Гены всё же сила! – жадно смотрела она на Машку, прикусив нижнюю губу. – А ты иди, иди, я пригляжу. С детьми я умею. Я всё же сына вырастила. Он у меня знаешь какой непоседа был? Как моторчик с утра до вечера.

И я сдалась. Бабушка она всё же. И ей надо привыкать. А меня садовый домик так и манил, так и тянул к себе… Ничего не случится, если я полчасика потрачу на теплицу. Заодно и присмотрю инвентарь, чтобы потом, позже, в саду поработать.

Не знаю, что это было. Наверное, ностальгия. Я очень любила с папой на даче копаться в земле, работать в саду. Он так много мне рассказывал, так много дал. Я всегда об этом помнила, но вот так ярко и остро навалилось это на меня только сейчас, здесь, на чужой даче, где всё по-другому, не так, как было у нас.

Садовый домик и в самом деле оказался кладезем сокровищ. Причём не захламлённая свалка, а очень даже удобное, замечательное помещение, где прослеживался определённый порядок.

Дуги для теплицы я нашла. И рулон плёнки тоже. А ещё присмотрела очень хорошую ручную пилу, шикарный секатор и раскладную лестницу.

– Вот ты где, – застал меня на месте преступления Алексеев. Свалился на мою голову, как гром среди ясного неба, злющий, как всегда. Буквально дым из ноздрей вырывался.

Молодец, мама Вика, сдала, – подумала я, роняя тепличные дуги. Руки от неожиданности дрогнули, а сердце заколотилось в груди, как сумасшедшее. Испугал, зараза. Я его тут не ждала.