Глава 78

Сергей

Дом готовится к свадьбе, как декорация к чужой жизни.

Тихо. Чисто до стерильности.

Воздух пахнет свежим деревом, моющими средствами и чем-то новым, еще не обжитым. Как будто здесь уже всё решили, расставили, согласовали и только людей забыли спросить.

Я стою у большого окна, за которым темнеет участок, ровные дорожки и аккуратные фонари. Всё под контролем. Всё правильно.

А внутри – нет.

Этот дом не про «вместе». Он про «удобно». Про безопасность. Про тишину, в которой слишком хорошо чувствовать, чего именно тебе не хватает.

Аня в спальне. Я слышу, как она ходит, открывает шкаф, что-то перекладывает. Мы живем вместе уже месяц, и за это время я выучил ее шаги лучше, чем собственные мысли. Она всегда старается не шуметь. Как будто боится занять слишком много места в моей жизни.

И в то же время, уже живёт в ней.

До свадьбы осталось совсем немного.Дата назначена. Зал забронирован. Список гостей утверждён.Пресса под контролем.

Всё выглядит так, будто я победил.

Но иногда мне кажется, что это не победа, а аккуратная клетка, обитая бархатом. И ключ у меня в кармане, вот только дверь почему-то открывается внутрь.

Я отворачиваюсь от окна, когда слышу шаги в коридоре.

– Сергей Романович, – голос у начальника охраны деловой, но не уверенный. Плохой знак. – Можно вас на минуту?

Я киваю и захожу в кабинет, прикрывая за собой дверь.

– Что случилось?

Он не садится. Стоит, сцепив руки за спиной, как человек, который пришёл не с докладом, а с плохой новостью.

– По линии наблюдения есть странности, – начинает он без вступлений. – Люди Баратова стали активнее. Не напрямую. Через третьих лиц. Запросы, встречи, движения по старым контактам. Ничего уголовного. Но… – пауза. – Так обычно прощупывают почву.

Я смотрю на него внимательно.

– Прощупывают перед чем?

– Перед тем, как решить, что правила можно перестать соблюдать, – отвечает он ровно. Слишком ровно.

Я не сразу реагирую. Беру со стола папку, перелистываю пару страниц, хотя знаю, что внутри. Просто тяну время.

– Конкретнее, – говорю.

Он делает шаг ближе.

– Появилось ощущение ещё одного игрока. Не Баратов. И не его обычные люди. Кто-то действует между линиями. Не светится. Не давит. Как будто проверяет: кто дернется, кто промолчит.

– И вы не понимаете, кто это, – констатирую.

– Пока нет. И это тревожит больше всего.

Вот теперь внутри что-то действительно щёлкает.

– Ты говорил, что есть ещё что-то.

Он на секунду опускает взгляд. Потом снова смотрит прямо.

– Да. Степан Михайлович.

Имя падает тяжело. Не как обвинение – как факт, который не хочется трогать руками.

– Что с ним? – спрашиваю почти спокойно.

– Он стал действовать… автономно, – осторожно подбирает слова мужчина. – Реже выходит на связь. Несколько раз отменял согласованные действия без объяснений. Работает в обход привычных цепочек. И… – пауза длиннее, чем нужно. – Был замечен в подозрительных контактах.

Я медленно сажусь за стол.

– Ты сейчас что мне предлагаешь? – спрашиваю. – Заподозрить человека, который двадцать лет прикрывает спину моей семье?

– Я ничего не предлагаю, – отвечает он. – Я докладываю. Либо он знает больше, чем мы. Либо начал действовать сам. В нынешней ситуации разницы почти нет.

Я откидываюсь на спинку кресла.

В голове всплывает слишком много сразу: Ржавый в Казахстане, его короткие ответы, ощущение, что он всегда на полшага впереди… и Аня в соседней комнате, выбирающая цвет скатертей к свадьбе, как будто от этого зависит безопасность мира.

– Продолжайте наблюдение, – говорю после паузы. – Без резких движений. Без попыток лезть к нему напрямую.

– Понял.

Он ждет продолжения. Я знаю.

Но вместо приказов у меня в голове только одна мысль: если сейчас начать копать, вылезет то, к чему я не готов.

– И ещё, – добавляю. – Пока никаких действий, которые могут напугать Аню. Или испортить подготовку. Усильте охрану дома, но аккуратно, без фанатизма.

Он кивает. Понимает, но не одобряет.

Когда дверь за ним закрывается, я остаюсь один.

С тревогой, которая требует внимания.И с решением, которое я откладываю, потому что слишком близко свадьба, и мне отчаянно хочется верить, что хотя бы это событие я еще контролирую.

Хотя интуиция уже шепчет: игра началась.Просто я в ней не главный игрок.

Дом за стеклянными стенами живет своей вечерней жизнью: где-то тихо работает климат контроль, вдалеке глухо хлопает дверь, шаги охраны растворяются в коридорах. Слишком спокойно для того, что начинает происходить.

Я думаю о том, как странно всё сложилось:я готовлюсь к свадьбе, но чувствую себя не женихом, а человеком, который подписывает договор, не дочитав мелкий шрифт.

Я люблю Аню. По-настоящему.И именно поэтому мне страшно.

Я верю, что после свадьбы все изменится. Она перестанет быть настороженной.Не будет отказывать мне взглядом, жестом, паузой между словами. Станет наконец моей женой не только на бумаге.

Я верю.Мне очень нужно в это верить.

Выхожу из кабинета, и почти сразу слышу её шаги. Аня появляется в дверях спальни. В домашнем свитере, с распущенными волосами. Она выглядит спокойной. Почти счастливой, и от этого внутри что-то сжимается.

– Ты долго, – произносит она мягко.

– Работа, – отвечаю и сразу чувствую, как это звучит. Пусто. Удобно.

Она кивает. Не уточняет. Давно перестала уточнять.

Я подхожу, беру её за руку. Она не отдергивает. Но и не сжимает в ответ.

– Всё будет хорошо, – говорю я. Больше себе, чем ей.

Она смотрит мне в глаза долго, будто хочет что-то сказать. Потом просто кивает:

– Я знаю.

И именно в этот момент мысль, от которой я отмахивался весь вечер, встаёт слишком четко, чтобы её игнорировать.

Если Ржавый действительно что-то скрывает.А Баратов ждёт удобного момента.То свадьба ничего не закроет.

Только подвинет момент, когда придётся смотреть в глаза тому, что уже рядом.

Конец первой книги