Глава 15

Среди писем и посылок лежали цветные флаеры в цирк, которые требовалось распихать по почтовым ящикам. Взяла один и прочитала вслух: «Всемирно известный цирк 15 медведей». Когда я последний раз была в цирке? В памяти всплыло очень красивое и яркое воспоминание, как папа вел за руку меня, в нарядном платье и с двумя тонкими косичками, смотреть на дрессированных животных. А сейчас я выросла, но сходить бы в цирк не отказалась, только вот некогда. Да и билеты сейчас дорогие. Весь день разношу получателям заказные письма и посылки. Устала. Хочу домой, снять кроссовки, носки и сунуть гудящие ноги в теплую воду. Надеюсь, дружки Кира уже покинули наше жилище. Автобус везет меня в наш неблагополучный район. Здесь заботливое государство выделило нам квартиру. Автобус остановился возле обшарпанной панельки, я вышла наружу и ответила на звонок от Дарины. Она приглашала меня… в цирк! – Куда? – от неожиданности чуть не врезалась в спину прохожего. – В цирк. Билеты пропадают, а вернуть их уже не получится. Сходи со мной, пожалуйста, на представление. – Я даже не знаю, – бросила взгляд на окна своей квартиры. – Я за тобой заеду через час, ладно? Напомни только адрес. – Да я… может сама подъеду? Не хочу, чтобы Дарина совалась сюда на своем Мини купере. Мой район словно другой мир – параллельный, и ей тут не место. Так, стоп, получается я согласилась? – Хорошо! Встретимся на входе, – обрадовалась Погосова. Придется ехать. Невероятное совпадение – только сегодня днем думала про цирк, а вечером уже получила предложение его посетить. Все планы дистанцироваться от Дарины пошли насмарку. Хотя она, конечно, не виновата в том, что творил её бесстыжий отец. Вот открыть бы ей глаза на папочку, да не привыкла стучать. Раф еще и виноватой меня выставит. Скажет, она сама ходила по моей квартире голой, вот и потянул к ней руки. А богатые люди не любят разоблачений. Прислушиваясь к звукам тишины, вошла в квартиру. Дверь была не заперта. Мой братец спал прямо на полу. Какая вонь! Открыла все окна, пусть проветрится. На каждом ходу спотыкалась об бутылки. Из одной даже вылилось содержимое на мой носок. Гадость… Если начну уборку, то опоздаю в цирк. Завтра воскресенье, приведу в квартиру в порядок. И братца к этому делу привлеку, пусть помогает ликвидировать последствия своей попойки. Дверь в мою комнату взломана. Не поняла! Ящики открыты, содержимое валяется на полу, даже нижнее белье… Сволочи! Деньги искали, будто я дура хранить здесь наличку. До слез обидно. Теперь перестирывать всё, ведь неизвестно чьи грязные лапы касались моих трусиков. Прежде чем принять душ, вычистила до блеска ванну. Поняла, что больше не могу так жить и хочу выставить братцу ультиматум. Надела новые трусы из упаковки, чудом уцелевшие. Джинсы решила сменить на платье-футляр, всё-таки иду «в люди». Чудом нашлись целые капроновые колготки. А вместо кроссовок надела удобные лоферы, купленные на распродаже. На плечи накинула куртку из кожзама, хотя прохладно пока еще для нее, но больше ничего к моему наряду не подходило. Волосы оставила распущенными. Перешагнула через братца, лежащего прямо в проходе. Потом немного подумав, вернулась и накрыла его пледом, чтобы этого горемыку не продуло из приоткрытого окна. Я немного опоздала. Неудобно перед Дариной, что ей пришлось меня ждать. Но она не высказала недовольства, взяла меня под руку, и мы побежали занимать свои места. Начался уже первый номер, и я подумала, что придется лезть через сидящих людей и мешать им смотреть на артистов, но наши кресла оказались в первом ряду. Дарина купила самые дорогие места. Так что мы никому не помешали. Я смотрела на представление с восхищением, чувствуя себя ребенком, а вот Погосовой было откровенно скучно. Она то и дело лезла в свой телефон и проверяла переписки. Оживилась только тогда, когда на арену вышли два мускулистых парня в безрукавках с капюшонами и стали ходить по крутящемуся колесу. Я всегда переживала за циркачей, которые работали без страховки. Вот и сейчас сжала кулаки, наблюдая, как смелые парни раскачивали аттракцион, расхаживая на приличной высоте. В конце номера один из парней спрыгнул вниз и… упал неудачно. Всё происходило прямо напротив нас, всего в нескольких метрах, и я на эмоциях подскочила с места и подбежала к парню. Он поднял на меня глаза и улыбнулся: – Со мной всё нормально. Идите на свое место, девушка. – Будьте осторожны, – ответила смущенно. Господи, на меня смотрел весь зал! Зачем я только вылезла на арену? Быстро вернулась на свое кресло, где меня ждала удивленная Дарина. – Что это было? – спросила она. – Я не знаю, – ответила честно. – А циркач на тебя запал, кажется. Проводил тебя заинтересованным взглядом. Хочешь, я узнаю, как его зовут? – Ты что! – покраснела я еще больше. – Не надо ничего узнавать. Мне просто страшно стало, я подумала, что он разбился. Вот и всё. После представления, во время выхода на поклон парни, которые выступали на колесе, смотрели в нашу сторону и улыбались. А потом один из них перепрыгнул через стенку арены и, проходя мимо, сунул мне в руку карточку. На ней было написано: «Девочки, позвоните нам», и номер телефона. – Я с тебя в шоке, – сказала Погосова. – Склеила циркачей! А парни классные, давай, звони. Я поднялась с кресла и ответила испуганно: – Нет, я не буду никому звонить. – Тогда я позвоню, – сказала она и выхватила из моих карточку. …Через полтора часа мы уже сидели в уютном кафе в компании циркачей. Тот парень, за которого я испугалась, глаз с меня не сводил. А второй окучивал Дарину. Погосовой то и дело звонил кто-то, но она смахивала звонок. Когда её телефон завибрировал в очередной раз, я увидела на экране фото Рафаэля Таировича. Увлеченная парнем из цирка Дарина даже не собиралась отвлекаться на звонки. Знает ли Раф, что она со мной? Будет ли звонить мне? Что мне ему сказать? Он явно будет не в восторге от новых знакомых своей дочери. – Тая, ты чего такая напряженная? – взяв меня за руку, спросил Платон. – Заказать тебе мороженое? Клубничное любишь? Воспоминания о клубничном мороженом шли теперь в связке с Погосовым. Я ужасно волновалась, когда о нем думала. Картинки возникали сами по себе: Раф в одном полотенце, рельефное тело, бугрящиеся мускулы и не старое лицо. Наглые руки и требовательные губы. И борода не слишком мешала целоваться… Так, всё, хватит! Платон продолжал держать меня за руку и рассказывать о работе в цирке. Мне интересно его слушать, но мысли всё равно возвращались к Рафу. Лучше бы Дарине ответить на его звонок, волноваться же будет за дочь. Но не могу же я ей приказать! Господи, она уже целуется со своим новым другом! Какая шустрая. Платон посмотрел на мои губы, испугав меня. Он хороший, но я не совершенно не хочу поцелуя с ним. Однако его губы приближались к моему лицу, и я была зажата в угол так, что не сбежать. Рука парня лежала на спинке моего стула, а мне казалось, что он обнимал меня. Все происходило слишком быстро… нельзя же так… Это Дарина задала темп нашему общению с парнями. Я же так не могла. Надо узнать друг друга получше, прежде чем обмениваться слюной! А когда губы парня почти коснулись моих, я услышала знакомый до боли мужской голос…