Глава 22

Напряжение и неловкость между нами, которые исчезли в машине, снова появились в ресторане, куда меня привел Рафаэль Таирович. Это очень дорогое и изысканное заведение. Неужели Погосов здесь постоянно ужинает? А вдруг он приходил сюда с Сусой, а теперь пришел со мной? Что о нем подумает персонал? Одна девочка моложе другой. Не боится, что его запишут в извращенцы? На мне хоть и дорогое платье с туфлями, но макияжа на лице ноль. Без косметики у меня лицо подростка, я это прекрасно знаю. Так что Раф сильно рискует своей репутацией, выходя со мной в люди. Мужчина отодвинул стул, и я села за стол, накрытой белоснежной скатертью. Зал не был набит людьми, на столиках все еще стояли таблички с надписью «Резерв». Официант оставил меню и деликатно отошел. Я боялась даже раскрывать папку, чтобы не выпасть в осадок от цен. – Тая, что будешь заказывать? – вопросительно вздернул бровь Рафаэль Таирович. – А можно на ваш выбор? – пропищала в ответ. – Может, все-таки взглянешь? – Если я взгляну, то специально выберу самое дешевое блюдо, – призналась честно. – Зачем? – рассмеялся Раф. – Все равно по счету плачу я. – Не хочу, чтобы вы тратились на меня. Это не имеет смысла. Чем больше он потратит на меня средств, тем обязаннее ему я себя буду чувствовать. Надо будет уточнить насчет сдачи обратно в бутик платья и пиджака. Надеюсь, у Рафа остался чек. – А если для меня есть смысл? – Говорите уже прямо, что после ужина намерены затащить меня в постель. – А что, можно? – растянул он губы в улыбке. – Ты не против? – Конечно же, я против. Официант принес вазу с желтыми тюльпанами и оставил на нашем столе. Чтобы избежать щекотливой темы, я открыла меню и принялась читать замысловатые названия блюд и их состав. Да уж, целого вечера будет мало, чтобы всё досконально изучить. – Мне пожалуйста крем-суп из шампиньонов, – сказала я официанту, потому что успела ознакомиться только с первыми блюдами. – И салат «Цезарь» с курицей, – добавила я, зная точно, что «Цезарь» подают везде, от третьесортной забегаловки до помпезного ресторана. – На десерт? – Клубничный мусс, – ответил вместо меня Раф, и я укоризненно посмотрела на него. Еще немного – и меня будет тошнить от клубники. – Что ты так на меня покосилась? – спросил Погосов, когда принявшей заказ официант отошел от столика. – Слишком много клубники в последнее время. – Да ладно. Не хочешь клубнику – могу предложить банан. Посмотрела на него с возмущением, учуяв двойное дно в данном предложении. Уж не свой ли он банан предлагает, который прятал под полотенцем тем утром? Лучше промолчать, чтобы его не провоцировать. Он и так мне в лицо говорит, что хочет меня. Что же дальше будет? Его вполне может потянуть на всякие пошлости. – Расскажи мне о себе, Таисия, – попросил Раф. – Эм… Да нечего рассказывать. Я скучная и необщительная, можете у дочери своей спросить. – Мне кажется, что ты просто хочешь быть такой. Намеренно сторонишься сверстников. – Потому что ничего хорошего от них не жду. – Почему? Тебя кто-то обижал? – Нет, в лицо мне никто не говорил плохого. Но однажды я услышала, как однокурсники обсуждали мои новые кроссовки, которые были подделкой. Там еще звучали слова «нищебродка, заучка-недавучка и королева бомжей». Не знаю, зачем я всё это рассказывала Рафаэлю Таировичу, может хотела отвратить его от себя? Он помрачнел и сжал в кулаке льняную салфетку. Я опустила глаза и принялась теребить край скатерти. – Никто. – сказал он четко, – Больше ни одна мразь не скажет о тебе ничего подобного. – Плохо вы их знаете, Раф. – Я поговорю с этим зверьем. – Не надо, прошу вас! Сделаете только хуже. Сейчас я хотя бы могу мимикрировать под мебель. Мне еще долго учиться, поэтому прошу вас: забудьте о том, что я вам сказала! – Нихрена я не забуду, Тая. Нельзя допускать буллинг в учебных заведениях. Какая же я идиотка… Вот зачем нажаловалась ему? А если он и правда пойдет в наш ВУЗ и станет разбираться с теми, кто меня обижал? Я получу новые прозвища, еще обиднее тех, которые «ношу» сейчас. Меня запишут в шлюхи, которые заводят себе папиков. И никто мне не поможет потом! – Почему ты расстроена? – вглядывается в мое лицо Раф. – Потому что испортила вам вечер. – Ничего подобного. Ты его украсила собой. Это платье тебе очень идет. Надеюсь, ты его сохранишь, и я когда-нибудь тебя еще увижу в нем. Я промолчала насчет чека и сдачи товара обратно в магазин, и так чувствовала себя неуютно. – Спасибо вам, – поблагодарила сдержанно. – Но всё это очень неправильно, что вы и я ужинаем вместе. Что бы на это сказала Дарина? – Тебе действительно волнует ее мнение? – Она доверяет мне. Дарина протянула мне руку помощи, привела в вашу квартиру, не боясь, что я что-то украду. Поэтому да – волнует. – Я понял, – кивнул Раф и накрыл мою руку своей горячей ладонью. – Перед Дариной у тебя будет кристально чистая репутация. Я позабочусь об этом. У Рафаэля Таировича зазвонил телефон, и я успела прочитать имя звонившего – Суса, прежде чем он повернул гаджет экраном вниз. Сусанна подала его в розыск, а он тут со мной… Одернула свою руку, которую он гладил. Никаких больше интимных жестов, пока он встречается с другой девушкой. Понимала я, конечно, что требовала от него невыполнимого. Такие как Раф мгновенно не расстаются со своими «проектами», в которые вложили средства. Тем более «новый проект» такой невнятный, что непонятно, стоит ли вообще связываться и тратить время. Лучше поиграться немного с новенькой, а потом вернуться к проверенному варианту. Официант принес готовые блюда, но никто из нас не спешил приступать к еде. Между нами висела недоговоренность, куча вопросов и понимание того, что мы ступили на опасную и запретную дорогу. И только взаимное притяжение удерживало нас на месте. Трудно бороться, когда ты плавишься под жадным мужским взглядом. Пытаешься дышать ровно, но временами вообще забываешь, как это делается. Смотришь на свои руки – а они ходят ходуном. Одно его касание – и ты сгораешь, превращаясь в пепел. Выдержать эту пытку будет очень сложно. А ведь вечер только начался…