Глава 23. Сергей

Сказать, что я охуел, когда увидел Наталью на пороге квартиры, где от меня пряталась дочь — это ничего не сказать. И мало мне было шока от этой встречи, так эта зараза сделала вид, что меня не узнала!

«Вам кого?»

«Ау, мужчина»

«Может, глазки вверх поднимете?»

Да как поднять-то, когда узел полотенца подчёркивал красивую ложбинку между упругих полушарий, которые я с таким упоением тискал совсем недавно.

И сейчас дико этого хочу, но нельзя.

Я должен держаться на расстоянии от Натали, чтобы Смертный и до неё не добрался. Пусть считает, что связь с девчонкой была одноразовой акцией.

Я знаю, что его люди уже приходили к ней на работу и спрашивали, как часто я появляюсь рядом. К моему счастью, они ответили, что я там был всего один раз, а последнюю смену Наташа была сама не своя. Они косвенно подтвердили наше расставание и мои слова Смертному о том, что эта связь для меня ничего не значит.

Подставили меня знатно. Тем, кому доверял, хотя Рома предупреждал.

На лбу себе, что ли татуху набить «Всегда слушай Рому, он хуйни не скажет».

И я прямо сейчас отлично понимаю, что должен держаться от Наташи на расстоянии…

Но какого-то хуя я надеваю на себя худи с капюшоном, джинсы, которые не носил уже лет двести и иду совсем другой походкой к её подъезду.

Как только металлическая дверь за моей спиной закрывается, а на телефон приходит сообщение от моего человека: «Чисто», я взлетаю на пятый этаж, как молодой пацан.

У меня есть полчаса, чтобы поговорить с ней. Потом нужно мчать в аэропорт.

Поговорить. Ага.

Стучу в дверь. Прислушиваюсь.

Топот ног, щелчок замка, и Натали появляется передо мной в полупрозрачной пижамке.

— Мариш, что-то забыла… Ой… Серёжа…

— Ой… Вспомнила всё-таки?

Я переступаю порог, закрываю за собой дверь и скидываю обувь. Натали не сдерживает смешок. Стервочка моя.

— А ты чего пришёл?

Настроение её тут же меняется. Из игривой кошечки она превращается в опасную тигрицу.

— У тебя самолёт. Вот и катись.

— У меня есть полчаса. И я собираюсь потратить их с пользой.

— Это какой же? — спрашивает она, отступая, видимо к ванной комнате, в которой может закрыться.

Я успеваю поймать дверь в тот момент, когда она почти захлопывается. Ладонь с глухим стуком врезается в дерево. Наташа испуганно застывает на месте. Я жадно скольжу глазами по её идеальной фигурке, обрисовывая мягкие изгибы.

— Тебе тоже понравится, Натали, — мой голос низкий, хрипловатый.

Она приоткрывает рот в возмущении, но я не даю ей ничего сказать. Обхватываю её талию, легко поднимаю, прижимая к себе так плотно, что её грудь упирается в мою.

Она обхватывает меня за шею, а я поворачиваюсь, толкнув дверь плечом, и иду в её комнату. Мягко опускаю её на кровать, срываю худи, отбрасывая в сторону, и тут же склоняюсь над ней.

Натали облизывает кончиком языка губы, и у меня напрочь срывает контроль. Хватаю край пижамы, ткань трещит, рвётся. Фиксирую девичьи запястья одной рукой, прижимая их к подушке над её головой. Вторая ладонь мягко скользит по талии к груди, осторожно сжимает.

Натали выгибается, и я опускаюсь губами к её шее. Оставляю там влажные, горячие следы, впиваюсь зубами в чувствительную кожу. Тихий стон бьёт прямо в пах.

Отпустив её руки, спускаюсь ниже, покрывая поцелуями ключицы, грудь, играю языком с сосками, и с удовольствием слушаю новые стоны.

— Ах, — громко стонет Натали, когда моя ладонь оказывается у неё между ножек. А там горячо и влажно.

Срываю с себя ремень, джинсы, трусы. Коленом раздвигаю бёдра и вхожу в неё резко, глубоко.

Натали вскрикивает, но от наслаждения. Новый толчок. Она снова кричит и обхватывает мою спину руками, оставляя на коже царапины.

Держу её бёдра, двигаюсь глубже, быстрее, меняя угол, пока она не начинает извиваться, теряя контроль. Её глаза закатываются, крики становятся громче, а дыхание — рваным. Она срывается первой. Её тело выгибается, дрожит подо мной. Вбиваюсь ещё несколько раз и чувствую, как пульсирую глубоко внутри неё.

— И что это было? — наконец, шепчет она.

— Я тебе потом всё объясню.

Скольжу большим пальцем по приоткрытым губам.

— А сейчас мне пора.

Оставляю невесомый поцелуй на её губах и встаю с кровати. Под её шокированным взглядом быстро одеваюсь.

— Только без глупостей, Натали, — говорю на прощание, потому что её взгляд мне не очень нравится. — Я обещаю всё объяснить, когда вернусь.

Ну и конечно, я не договариваю, что надеюсь, что вернусь. Потому что случится может всякое…