Глава 58

– Я так хочу тебя, детка… Обнимаю, прижимаю к себе, а сам думаю – ну, не мудак ли ты, Агдамов? Неужели нельзя было промолчать? Или что-то другое сказать? Она ведь ждёт других слов. А я… Я не могу ей их сказать. И дать то, что ей нужно не могу. Потому что не нужен ей такой как я. Это она сейчас думает иначе. Пока у неё ещё эйфория, влюбленность, свежесть отношений, наивная вера в чувства. Да даже если и есть эти чувства – всё это не для нежной Евочки. Я тяжелый человек. Со мной трудно. Она пока знает меня только с одной стороны, поэтому ей и кажется, что я… что-то типа принца на белом коне, ну или на черном «Гелике». Я ни хрена не принц. Я жёсткий, чёрствый, циничный. Это меня пока «вставляет» её чистота и невинность. И наив в глазах. А что будет, когда это начнёт раздражать? Когда я стану вести себя с ней иначе? Начну «жестить»? Ей будет больно. Горько. Она начнёт понимать, что принц оказался вовсе не из той сказки, из которой хотелось. Скорее из фильма ужасов. Поэтому нет. Пока нас обоих устраивают отношения – они будут. Но я не готов испортить жизнь этому нежному созданию. Так что как только почувствую, что градус упал – будем решать, как жить дальше порознь. – Адам, извини меня. – За что? – поворачиваю голову к ней. – За истерику. Я сама не понимаю, как так получилось. Просто не смогла сдержаться. – Это нормально. Бывает. Потом обсудим твоё поведение. – Обсудим? Зачем? Она, по ходу, не совсем понимает, но, может пока не стоит трогать эту часть наших отношений. – Забей. Я пошутил. Мы в ресторан-то пойдем? – С Ясминой? – опять трясётся как кролик. – Может… побудем дома? Я и сам понимаю, что дома лучше. – Так, давай вставай, умойся, я закажу доставку. – Ты… ты поговоришь с Ясей? – Поговорю. Не волнуйся. Всё будет хорошо, Ева. – Правда? – такими глазами смотрит… Точно, как раненный оленёнок. Несчастный, с разбитым сердцем. Неужели её на самом деле так мучил этот вопрос с моей дочерью? Она боялась, что я брошу её из-за Ясмины? Ева настолько плохо меня знает? Нет, я люблю дочь, я прислушиваюсь к её желаниям. Но я не позволяю лезть в мою личную жизнь. И Яся это прекрасно знает. Ева – моё личное. Даже несмотря на то, что она подруга дочери. Да, я старался избежать отношений с Евой именно потому, что они с Ясей близки. Но если уже случилось то, что случилось, значит я буду настаивать на том, чтобы моя дочь принял мой выбор. Пусть даже он временный. Оставляю Еву в спальне, выхожу. Ясмина стоит в коридоре у своей комнаты. Вижу, как она напряжена. Делаю жест, показывая, что надо спуститься вниз. – Папа, я… – Погоди. Ресторан отменяется, закажем доставку. Будешь мясо или рыбу? – Почему отменяется? Еве плохо? – Сама как думаешь? Запугала её до чёртиков. – Я? – дочь глаза округляет, потом краснеет. – Почему я, пап? Я же… – Кто ей рассказывал про подруг, которые ко мне клеились? Умная Маша… – Пап, я же… я без задней мысли! Я уверена была, что Ева не будет клеиться. – Но ты ошиблась, да? – Нет. Не ошиблась. Я знала, что ты Еве очень нравишься и… просто уверена была, что и ты тоже… Моя дочь опускает голову, вижу, как уголки губ подрагивают. Чего-то я не догоняю. Сильно не догоняю. Мы спускаемся в холл, я беру телефон. – Так мясо или рыбу? – Всё хочу. И креветки еще, тигровые, помнишь у них такие вкусные, на гриле в соусе? – Хорошо. Так что ты там сказала про «нравишься»? – Ничего. Вы… вы так подходите друг другу. Очень красивая пара. – Неужели? – набиваю сообщение в меню ресторана, выбираю продукты. – И давно ты это решила? – Что? – Что мы пара? – Ну… Глаза хочется закатить, бл*дь, как в известном меме. То есть всё это время моя дочь пыталась мне подсунуть свою подружку, а мы с Евой оба ни сном ни духом? – Ясмина! – Пап, ты у меня такой красивый, умный, импозантный… – Богатый еще, не забудь. – Богатый. Да. А что? Это тоже важно! – Неужели? – ухмыляюсь, просто «рука-лицо». – А женщины у тебя, ну, прости… Совсем не те… – Да? С этого места поподробнее. Откуда ты вообще знаешь про моих женщин? – Ой, пап! – Ясмина качает головой, усмехаясь, – Бином Ньютона! Все знают, а я не знаю? Ну, правда… – Стоп. И в какой момент я дал тебе право обсуждать мою личную жизнь? – Пап! – Ясмина слегка тушуется, – я же не обсуждала, просто… подумала… – Подумала? Да неужели? Реально? – Па-ап! Не надо меня троллить! – Я еще и не начинал. Значит, ты решила свести меня с Евой? – Нет! Ты что? Я… Ну я правда подумала, она такая красивая, и умная, и милая, и… – Она была не в курсе, я правильно понимаю? Ясмина подражая мне закатывает глаза. – Пап! – Что? – Ну, ты подумай только! Ты Адам, а она – Ева! Это ведь не просто совпадение! Не просто. Именно. Теперь я начинаю догадываться, что моя дочь тот еще стратег и тактик. И, в общем, есть на кого оставить построенную мной империю Агдамова. – Пап… она так сильно расстроилась, потому что боялась, что я узнаю про ваши отношения, да? – Именно. Она просто паниковала каждый раз, когда я говорил, что надо сказать тебе. – Бли-ин… Я… я не сообразила. – Ты сегодня приехала, потому что узнала? – Ну… не точно. – В смысле? – дочь снова меня удивляет. – Я знала, что ты будешь с кем-то, но не была уверена, что с Евой. Представляла, что ты притащил сюда какую-то… эскортницу. Думала скандал закатить, и… – Не надо скандал. Я… я ухожу. Мы с дочкой одновременно поднимаем головы и видим бледную Еву, которая дрожит так, что, кажется, трясутся перила лестницы, за которые она держится. – Куда? – и говорим мы тоже одновременно. Ева спускается. На ней уже нет шикарного платья, простые темные джинсы и толстовка. Она протягивает мне руку, на которой лежит подаренная мной цепочка. – Вот, заберите… спасибо, я не могу это принять и… деньги я тоже вам все верну. – Ева, погоди. Остановись. – еще не осознаю до конца, что происходит. – Ева, ты что? – кажется и моя дочь тоже. – Извините, я… не могу… Она проходит в холл, вижу, как достает из гардеробной вещи. Чёрт возьми… она серьёзно собралась сейчас уйти? Уехать? Вот так просто? И что же, это… конец?