Глава 12

Ефим – Ну что там у тебя, Антон? – спрашиваю своего помощника. – Есть что по Беззаконову? – Товарищ генерал, ходит слух, что Андрей Валентинович продает должности. – Мелко. Но можно попробовать через него куда-то устроиться и поймать на взятке в особо крупном размере. Для основного дела, конечно, маловато, там тюремный срок совсем небольшой. Но для подстраховки сойдет. Что-то еще? – Наш объект заподозрил неладное и стремительно подчищает за собой следы, – виновато разводит руками Антон. – Плохо. Наружка водит его? – Да, Ефим Матвеевич. Мне звонили две минуты назад, доложили, что он движется в сторону вашего дома. – Вот сукин сын! А что ж ты молчишь? Хватаю телефон, чтобы позвонить Арине и спросить за Еву, но вижу входящий звонок от дочери. Сердце часто-часто колотится, разгоняя по венам страх. Что, если он уже забрал ее? – Да, дочь?! – Папа на мой мобильный только что звонил Беззаконов. Он сладко лил нам в уши, что готов извиниться перед Евой и сказал, что будет ее ждать возле КПП. – Она пошла? Она пошла, я тебя спрашиваю?! – гаркаю в трубку. – Пап, ты чего кричишь на меня? – Прости, малыш. Нервы. Скажи ей, чтобы не выходила из дома. Это ловушка. Если потребуется, запри дверь на ключ и не выпускай ее. – Да никуда она не собирается, пап. Все ок. – Хорошо, – от сердца отлегает. – Я поговорю с ребятами, они его оттуда спровадят. Ничего не бойтесь, в дом он войти не сможет. Успокой подругу. – Да я знаю, папуль. И она это знает. Мы в домашней сауне сегодня отдыхаем. Непрошенные картинки тотчас лезут в голову: Ева в бикини лежит на деревянной лавке, подставляя тело под горячий сухой пар. Никогда еще мне так не хотелось бросить всё и помчаться домой, чтобы увидеть это. – Хорошо, отдыхайте. Я скоро буду. Вот урод, уже и мою дочь втянул в семейные разборки! Ладно меня, но Арина тут при чем? Надо усилить дочурке охрану, а то мало ли что этому шакалу взбредёт в голову. Звоню на КПП и велю ребятам гнать в шею прокурорского щенка. Там у нас частная территория и стоянка запрещена, так что пусть валит подобру-поздорову, если не хочет проблем. И ксива ему, кстати, не поможет. Клали мои ребята на его корочки, у них приказ. Очень рад, что Ева поступила благоразумно и не поверила в речи бывшего. Смена тактики – это следовало и ожидать. Выйди она к нему на разговор, и я больше никогда её не увижу. Невыносимая мысль оглушает до боли в висках. Хоть сиди рядом с ней нянькой, чтобы окончательно не поседеть. Ева так крепко засела в моей голове, что я постоянно думаю о ней. Чем бы я ни занимался, мои мысли все время возвращались к ней. Вчера я, конечно, снова позволил себе лишнего. Я должен иметь выдержку, чтобы не спугнуть ее. Девочке и так столько вытерпеть пришлось. А тут я еще, старый дурак, руки распускаю и из штанов выпрыгиваю, желая с ней сблизиться. Еще не хватало влюбиться под старость лет! Аринка скоро замуж выйдет, внука мне родит, а я туда ж еще – на подружку ее заглядываюсь и облизываюсь, ночами толком не сплю, прикидываю различные варианты. Да как спать, зная, что Ева в сексапильной ночнушке через стену лежит? Где-то через полчаса отзвонились ребята с КПП и отрапортовали, что Беззаконов уехал. Один. Никто к нему не вышел. Вот и славно. Да уж, спокойствие нам только снится. Ничего-ничего, не долго этому ублюдку осталось гулять на свободе. Преступники должны сидеть в тюрьме. Поднял руку на свою женщину – ты автоматически становишься нарушителем закона и должен понести наказание, я считаю. Следующим утром я как обычно поехал на работу с водителем. Дорога, по которой мы обычно ездим, перекрыта, и Гриша просит разрешения на объезд. Не люблю я съезжать с маршрута, но похоже придется, не стоять же тут до вечера. Мы благополучно пересекли улицу и остановились на светофоре. С моей машиной поравнялся мотоциклист. Ничего необычного, но… он достал из-под кожаной куртки пистолет и три раз выстрелил в окно с моей стороны… *** Ева С утра проснулась с жутким предчувствием надвигающейся беды. Андрей, должно быть, дошел до точки кипения из-за того, что я вчера не вышла к нему и решился на что-то страшное. Только вот на что? Подхожу к окну и вижу, как Ефим Матвеевич садится в машину. Видимо что-то почувствовав, он поднимает голову и машет мне рукой. Я улыбаюсь и тоже приветствую его. Вчера он приехал поздно, я уже спала, разморенная сауной с бассейном. Я знаю, что Молотов делает всё, чтобы мне помочь. Но находиться в подвешенном состоянии очень тягостно. В этом доме я словно в тюрьме, красивой, уютной, роскошной – но тюрьме. Я не могу выйти на улицу. Не могу отправиться на фитнес. К счастью, в цоколе есть оборудованный спортзал, и я ему могу выпустить пар там. Сколько всё это будет продолжаться? Даже Арина не вытерпела домоседства и с двумя охранниками отправилась в город. Раньше у нее был только один бодигард, но вчера Молотов усилил ей охрану. Но Беззаконову нужна я, а не она, и Андрей даже пытаться не будет ее достать. – Тебе что-нибудь купить? – спросила Арина перед выходом из дома. – А? – переспрашиваю рассеянно. – Нет, ничего не нужно. – Если что – звони. Весь день не нахожу себе места. Мне дали мобильник для связи, но я не могу осмелиться набрать Ефима. Что мне ему сказать? Что я тут сижу в одиночестве, и мне страшно? Он это и так прекрасно знает. Приехать – не приедет, ведь генералы люди занятые. А вот отвлекать человека от дел все же не следует. Арина отзвонилась ближе к вечеру и сообщила, что ужинает в ресторане с Мэтом. Чтобы я не беспокоилась и ложилась спать без нее. Но я не ложусь и жду Молотова. Как только машина заезжает во двор, набрасываю на плечи куртку и выскакиваю во двор. Не знаю, что мною движет. Просто хочу убедиться, что у него все хорошо. Устал, должно быть… В ужасе смотрю на заднюю дверцу, видя три круглые отметины на стекле. В машину стреляли, сразу понимаю я, но стекло оказалось пуленепробиваемое. Я уже видела такие следы, мне Беззаконов как-то показывал расстрелянную бронированную тачку. Значит, на Ефима напали, бог мой! В горле пересыхает, и я готова хлопнуться в обморок. Его пытались убить, его машину расстреляли и просто чудо, что он живой и невредимый выбирается из салона. Бросаюсь к нему, чтобы крепко обнять. Поддержать, извиниться, почувствовать его тепло. Ведь это всё из-за меня… Из-за меня…