Глава 6

Виола (Фиалка)

Сразу после событий в кабинете

— Ви, что с тобой случилось? — Ариша поймала меня, когда я неслась не разбирая дороги по коридорам этого проклятого клуба. — Боже, Ви, ты вся горишь! И платье порвано, перекосилось все, что с тобой случилось?

Всхлипывала, сгорала от необъяснимого пожара, охватившего все тело.

Между ног сладко пульсировало…

Каждый шаг давался с трудом. Половые губки терлись друг о друга, распаляя еще сильнее.

Казалось, внизу живота воспламенилось все. Воспалились все нервные окончания.

Нежные складочки стали невероятно чувствительными…

Терлись друг о друга, от чего невыносимые импульсы растекались по сосудам.

Нервные окончания вибрировали. Казалось, что между моей киской и грудью натянулись невидимые струны.

Они вибрировали и звенели с каждым мгновением все сильней. Напряжение в теле закручивалось тонкой тянущей спиралью. Готовой в любой момент лопнуть, и затопить меня чем-то горячим, сладким.

Низ живота все сильнее тянуло, казалось, по венам растекалась сладкая горячая патока.

Искорки порхали внизу живота, заставляя всхлипывать и стонать от разочарования.

Я хоть и была девственницей, но знала что такое секс. Иногда, смотрела видео для взрослых.

Из-за любопытства.

И желания понять, почему я постоянно хожу с влажными трусиками, ноющей грудью, и тугими сосками.

Гинеколог говорила, что со мной все в порядке. Что это просто повышенное либидо.

Советовала найти парня, и как следует оторваться.

Вот только я хотела чтобы все было по согласию, с любимым.

Огромное нерастраченное сексуальное влечение…

Только вот к кому?

Мне же никто не нравился, ни один парень не привлекал меня как мужчина.

До вчерашнего вечера…

Но доктор заверила, что так бывает. И нужно просто самой время от времени сбрасывать нарастающее напряжение.

Мастурбацией.

Просто временами, когда сексуальное либидо станет невыносимым, просто приласкать клитор, или соски. Самой выяснить, где же расположены мои сексуальные зоны.

Естественно, я не стала искать парня, тем более первого встречного, послала врача в далекие дали.

Больше ни к кому не обращалась с таким вопросом.

А вот маструбацией занималась…

Тайком.

Приноровилась использовать прокладки, чтобы постоянно не ходить в мокрых трусиках. И носить лифчик с мягкими чашечками.

Сейчас, я с трудом передвигая ноги, повисла на шее подруги.

Каждый шаг как взрыв сверхновой, обострил все ощущения. Тело все еще помнило прикосновения того ужасного незнакомца.

Его ласки, его рот, его горячие прикосновения…

И жаждало большего!

Предательское проклятое тело!

— Ариша! — подруга подхватила меня под руки, а я судорожно всхлипывала. — Пожалуйста, помоги мне… Меня… — Замолчала, так и не смогла признаться подруге в том, что случилось в том кабинете. — Пытались изнасиловать… Какой-то старый хрыч! Чем-то опоили! Я пришла на девичник… А меня… перепутали… не туда послала ваша охрана…

Мне было так стыдно.

Сгорала от смущения…

Мужчина никогда не прикасался ко мне до сего вечера, несмотря на советы врача.

Меня никто никогда не трогал… Не ласкал так как ОН.

Лишь я сама мастурбировала когда становилось совсем невыносимо.

Тот Зверь, то чудовище, тот наглый жадный монстр из кабинета.

— Пойдем, сейчас ты примешь горячий душ, переоденешься, и все мне расскажешь! — Подруга, подхватила меня под руку, и потащила дальше по коридору, в неизвестном направлении.

— К-к-куда ты меня ведешь? — прошептала задыхаясь, следуя за подружкой. — Поехали в общагу. Нужно убираться с этого проклятого гадюшника…

— Какая общага, Ви? — подруга продолжала упрямо тянуть меня вперед, петляя по мрачным коридорам клуба. — Ночь на дворе! У меня тут есть собственные апартаменты. Там нас никто не побеспокоит. Ты успокоишься, переоденешься, примешь душ, и все мне расскажешь. — Продолжала тараторить подруга, увлекая меня все дальше в глубь недр клуба. — Если тебя кто-то обидел… — Она разгневанно пыхтела, как злой боевой ежик. — Я расскажу отцу и дядям. Они у меня знаешь какие крутые? Закопают любого! Заживо! Так, что даже останков не найдут!

— Не нужно! — Мне становилось плохо от одной мысли, что придется кому-то рассказывать о том, что случилось в том чертовом кабинете. — Ничего не случилось!

— Думаешь, я слепая? — гневно фыркала Ариша, заворачивая за угол, и останавливаясь возле уходящей вверх, винтовой лестницы. — Ты выглядишь так, словно хорошо потрахалась!

— Тебе откуда знать, как выглядит девушка после хорошего траха, — усмехнулась я, Арина всегда была такой, веселой, взбалмошной, верной подругой. — Ты сама девственница!

— Я порно смотрела. В тырнете…

— Ариша… — Вот как у нее получалось всегда легко поднять мне настроение.

— Что Ариша! Придурок Кир сказал, что ему нахрен не сдалась девственница. И отфутболил меня. Сказал возвращаться, когда наберусь опыта… Вот я и набиралась… в тырнете… — пробормотала подружка, и покраснела.

— Кир не просто придурок. Он козел конченный. Червяк… не стоящий тебя…

— Вот мы и добрались. — Когда оказались на верху винтовой широкой лестницы, Ариша приложила руку к панели управления на стеле рядом с дверью. И ловко съехала с темы разговора.

Тяжелые серые двери открылись перед нами с тихим шипением, внутри просторной светлой комнаты, загорелся свет.

— Прошу в мою невинную обитель в этом логове разврата…

Мне было настолько плохо, что я даже не обратила внимания на окружающую обстановку.

Все происходило словно в тумане.

Тело горело. В трусиках настоящий потоп. Соски терлись о тонкую ткань платья, посылая электрические импульсы прямо в лоно.

Непонятный туман окутал разум. Подсознение плавало в жарком мареве. Тело требовало разрядки.

Я сгорала от жажды снять напряжение.

Засунуть руку в трусики, и коснуться скользких складочек.

Надавить пальцами на бугорок клитора.

Безумная страсть сводила с ума.

И почему-то, образы того наглого хама с кабинета, разжигали горячий пожар в крови все сильней.

Аж подушечки пальцев зудели, так сильно хотелось к себе прикоснуться.

Дальше, Арина вталкивает меня в душевую. Показывает где что лежит, и уходит.

А я наконец, стащив с себя порванное платье, отбрасываю его прочь.

Включаю воду, настраиваю душ, и захожу в кабинку.

Жесткие струи хоть немного снимают жар с тела, приносят облегчение. Проясняют рассудок.

Я сажусь на лавочку, прямо под душем, обнимаю себя, и снова всхлипываю.

Что же теперь делать?

Я того мужлана вроде не убила…

Я лишь пыталась себя защитить… от изнасилования…

Страшно подумать, что будет, когда тот ненасытный Зверь найдет меня…

И что сделает…

От одной только мысли о том, как он вновь коснется меня…

Сознание снова затуманилось…

Пульсация внизу живота вновь возродилась.

Я тихо застонала, сгорая от стыда, от жадного порочного голода, стянувшего низ живота горячим напряжением.

Обжигающая пружина закручивалась все сильнее. Напряжение нарастало. Как и жар во всем теле.

Стеночки киски пульсировали, сжимались. Ноющая пустота внутри сводила с ума.

Тело требовало разрядки.

И я сдалась, откинулась на холодный кафель. Вздрагивая от контраста температуры.

Холодный кафель и жар тела…

Застонала, скользнула руками на грудь. Сжала пальчиками тугие бутончики сосков.

Слегка покрутила. Задрожала сильнее от сладких импульсов. Они полыхающей волной хлынули от сосков в лоно.

Внизу живот все горело, пульсировало, пошло хлюпало от обильной влаги, стекающей под попку.

На теплом кафеле подо мной уже натекла целая лужа.

Половые губки припухли. Между ними пульсировал выпирающий бугорок клитора. Большой. Упругий. Комочек, способный подарить океан наслаждения.

Горячий душ, и холодная стена будоражили кровь, добавляя острого предвкушения.

Сознание заволокло порочными образами…

И я тихо всхлипнув, сдалась, раздвинула ноги…

Одной рукой продолжала ласкать то одну грудь, то вторую.

Другой ласкала себя…

Неумело скользила руками по лобку, едва задевая пальцами выступающих между половых губок бугорок…

И к своему разочарованию, ничего не почувствовала…

Вернее, ощущала нарастающее наслаждение.

Оно бурлило, нарастало, сводило с ума…

Огонь в крови бушевал, лава текла по венам… Тело требовало разрядки…

Но мастурбация не приносила никакого удовольствия. Жар в крови никуда не делся. Напряжение не спадало. Натянутые тетивой эмоции вибрировали во всем теле.

Но облегчения не наступало.

Оргазм не наступал…

Тело вкусившее ласки того мужлала требовало его…

Руки, губы, оно хотело лишь его прикосновений!

Жажда чего-то запретного, сладкого, лишь усилилось.

Тело не откликалось.

Оно помнило те, другие прикосновения…

Жаждало именно их.

Я отчаянно всхлипнула, ненавидя и себя, и Зверя, что пробудил во мне непонятную пряную горячую жажду…

Погасить которую мог только Зверь.

С трудом помню, как из последних сил, сгорая от непонятного внутреннего огня, выбралась из душа, сдернула халат с вешалки, завернулась в него, и свалилась на постель.

Провались в вязкую огненную бездну, сгорая и извиваясь на постели от неутолимой жажды…

Ноющей пульсации между бедер.

Металась, стонала, сгорая от жажды наслаждения… понимая… утолить ее может только он…

Мой Зверь!