Эпилог

Лиля Год спустя – Нет, нет, мне нужны белые розы, не кремовые, а белые! Вы что, плохо меня слышите? Организатор праздников снова и снова повторяет, что из оранжереи им пришло подтверждение на кремовые розы, и белых они не могут предоставить в нужном количестве. Но это же не мои проблемы, я хочу белые. – А знаете, я больше не нуждаюсь в ваших услугах, разбирайтесь со своими розами и делайте с ними что хотите. Женщина кричит мне в трубку, что они всё исправят, но мне пофиг, надо было раньше думать. Отбрасываю телефон на диван и в этот самый момент слышу голос за спиной. – И кто посмел разозлить мою девочку. Рома… Только от его голоса мои ноги подгибаются, но я не упаду, потому что уверена, он подхватит, будет держать своими сильными руками. – Эти бездари что-то напутали и место белых роз им пришли кремовые, а я хочу белые! Наверное, сейчас я выгляжу смешно, как ребёнок надуваю губы и топаю ножкой, но что поделать, если я этот день уже представила в своей голове, а организаторы всё портят. – Ну тише, тише, милая, если хочешь белые розы, то будут белые, я сам готов поехать в оранжерею, да хоть на край света, лишь бы ты не нервничала. Муж подходит ближе, обнимает со спины и кладёт руки на мой большой живот. – Как ты себя чувствуешь? Наш лев сегодня себя ведёт достойно? Год назад я и не мечтала о таком, – я апатично смотрела на своё отражение в белом платье и думала, что моя жизнь закончилась. Но Рома меня спас, он ворвался как рыцарь и победил дракона. После того как он меня вывез из загородного дома, Петра, привёз в номер отеля. А после начал с кем-то созваниваться, я так и сидела на большой кровати в белом свадебном платье, не понимала, что вообще происходит. Прошло около получаса, звонки прекратились, и Рома просто сел на пол у моих ног. – Всё хорошо, Лиля. Теперь ты в безопасности, Пётр больше никогда к тебе не приблизится. И после этих слов плотину прорвало, слёзы потекли по щекам. Слёзы облегчения, слёзы благодарности. – Спасибо… спасибо, Рома… Роман поднялся, сел рядом и перетянул меня к себе на колени, он гладил меня по голове и качал как маленькую девочку. – Я всё равно накажу тебя, девочка моя, чтобы больше никогда от меня ничего не скрывала. Лилечка, любимая, ну почему ты мне ничего не сказала? Почему не рассказала, что скрываешься? Слёзы уже высохли, но я всё равно прижималась к груди любимого, вдыхала родной запах и мечтала, чтобы этот момент никогда не заканчивался. – Боялась. Я так боялась, что ты меня отправишь домой, позвонишь моей матери, когда узнаешь, кто я на самом деле. А потом… В горле собрался ком, когда я решилась сказать, что давно было пора, пришлось замолчать, сделать пару вдохов, чтобы немного успокоиться и я продолжила. – Рома, я люблю тебя… давно… наверное, с первого дня, как увидела тебя на одном из праздников… ты стал моей мечтой… моим заветным желанием… Боже, как, оказывается, трудно признаваться в своих истинных чувствах, но это давно было пора сделать, ещё в тот день, когда я решилась прийти в его спальню. – Я думала, что переборола эти чувства, но увидев тебя вновь, поняла, что хочу быть твоей. Я не рассчитывала на что-то серьёзное, просто хотела узнать, каково это – быть твоей. Наверное, я сказала лишнего, но остановиться уже не могла, слова сами сыпались, складывались в предложения, пусть и немного сбивчивые. – А потом… Ром, я уже не могла отказаться, хотела всё, что ты мог мне дать. Знаю, что я у тебя не единственная, знаю, что ты женат, но на мои чувства это не влияет… Господи, что я несу, прости… это ничего не значит… я благодарна, что ты меня спас, но… Хотела сказать, чтобы он меня оставил, что я больше не хочу быть его игрушкой, но Гаевский не дал мне договорить, он резко повернул моё лицо к себе, заглянул в глаза и положил палец на мои губы. – Молчи, Лиля, ты уже наговорила достаточно… Роман провёл пальцем по моим губам, его взгляд потемнел, а дыхание стало частым. – Я развёлся, вчера я получил свидетельство о разводе и теперь свободный человек. Я шумно втянула воздух, а сердце замерло. – Но эта свобода мне не нужна, в ближайшее время я снова женюсь… – И на ком? Задала вопрос, но ещё сама не понимала, хочу ли слышать ответ. – Не догадываешься? Я лишь отрицательно покачала головой, а вместо ответа Рома, просто прижался к моим губам. Этот поцелуй я запомню на всю жизнь. Он был солёным, с привкусом моих слёз, но я чувствовала, что мои крылья за спиной расправляются. – Ты. Моя. Оторвавшись от моих губ, прорычал Гаевский и повалил меня спиной на кровать, его взгляд блуждал по моему лицу, как будто он запоминал каждую деталь моей внешности. – Ты свела меня с ума Лиля, заставила моё сердце снова биться и чувствовать. Я люблю тебя, девочка моя… люблю… Больше мы не разговаривали, наши тела отлично общались без нашей помощи. – Лиля, ты хочешь пышную свадьбу? Неожиданно после очередного оргазма, пока я лежала на груди единственного мужчины, с которым я хочу провести всю оставшуюся жизнь, Рома задал такой вопрос. А я не знала, как ответить на него. Раньше, конечно, мечтала и о белом платье, и о свадьбе на берегу моря с кучей гостей, но сейчас я смотрела на кучу атласа и фатина, на свадебное платье, которое бесформенной кучкой лежало на полу, и понимала, больше не хочу. Мне нужно, только чтобы он был рядом и больше ничего не нужно. – Нет, я хочу просто быть твоей… Свадьба всё-таки состоялась через неделю после того дня. Рома настоял, чтобы я всё же купила платье, выбрала по своему вкусу. Праздник тоже был для своих, с моей стороны были только Таня с Мишей. Мои друзья, которые познались в беде, я была рада узнать, что они вместе, они поженились немногим раньше нас. Таня смеялась, рассказывала, как Миша чуть ли силком потащил её подавать заявление. Они счастливы, а это главное. – Лёня сегодня просто чудо, перестал бить маму по печени, и я просто счастлива. Наш сын родился уже через пару недель, я волнуюсь ужасно, но жду, хочу его увидеть, взять на руки, вдохнуть запах своего ребёнка. Но этого человечка жду не только я, его отец тоже считает дни, мечтает взять на руки сына. Как же я счастлива, это всё, о чём я мечтала. Хотя… – Стася не звонила? Спрашиваю, поворачиваясь и утыкаясь в широкую грудь мужа. – Нет. С дочерью Романа у нас сложные отношения, она при встрече делает вид, будто меня не существует. – Я отправила ей пригласительный на нашу годовщину. Как ты думаешь, придёт? Рома жмёт плечами и задаёт встречный вопрос. – А маму позвала? Теперь моя очередь мотать головой. Я так и не смогла простить Дарью Валерьевну и совершенно с ней не общаюсь. Отчим до сих пор руководит моим заводом, но является лишь наёмным рабочим. Рома сам следит за ним, и я полностью доверяю мужу. – Ладно, не будем о плохом, ни о чём не переживай, белые розы будут, как ты и мечтала. Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива, девочка моя. Рома не обманул, белые розы действительно были в день первой годовщины нашей свадьбы, огромный букет, который он вручил мне, а затем забрал у медсестры Леонида Романовича. Да, я родила, и в день нашей годовщины нас как раз выписали из роддома. Дома меня встречали близкие люди, но мой взгляд выхватил лишь одну фигуру. Стася стояла в углу и смущённо улыбалась, а когда меня уже все поздравили и я осталась одна с кучей букетов в руках, она подошла ближе. – Поздравляю. Проговорила, не сводя взгляда с отца, который улыбался и никому не давал посмотреть на сына. – Он счастлив. Переведя взгляд на меня, она улыбнулась. – Прости меня, Лиля, я влезла не в своё дело, думала, знаю лучше, что нужно моему отцу, но сейчас вижу, как ошибалась. – Спасибо, что пришла Стася, двери нашего дома всегда открыты. – Знаю. Сдерживая слёзы, мы потянулись к друг другу и обнялись, цветы упали к нашим ногам, но нам было плевать. Спустя месяц мы гуляли уже на свадьбе Станиславы и Тимура, а через год Роман стал молодым дедом, а ещё через год – вновь отцом очаровательной Виктории. Вот так сложилась жизнь четы Гаевских, они счастливы, а значит, всё было правильно.