Глава 25.

– Слышь, тварь, я смотрю ты слишком свободно дышишь, – меня разбудил угрожающий голос Ревана, и я тут же вскочила.

Ошалело оглядевшись, я увидела, что я в постели, и может быть даже в постели Ревана. Это привело меня в полный ужас.

Я бросилась к двери, но запуталась ногой в одеяле и полетела на пол прямо лицом вниз.

В следующую секунду я встретилась носом с полом, и раскалывающая боль пронзила мне всю голову.

– Ай! – взвизгнула я.

Было так больно словно меня ударили молотком по лицу.

Я зажала лицо и тут же разревелась от боли.

– Анфиса? – Реван показался в дверях с телефоном в руке. – Что с тобой?

Я не могла ответить, а только заскулила от боли.

– Ну подожди, курносая, – Реван присел возле меня на корточки. – Дай посмотрю.

Я послушно убрала руки. Если у меня перелом пусть уж лучше этот громила отвезет меня в больницу.

Реван же обхватил мое лицо ладонями и приблизился ко мне очень близко. Он тщательно осмотрел мой нос, а я почувствовала тотальное смущение.

Этот мужчина был сейчас так близко. Кожей я ощущала его горячее дыхание и еще более горячие ладони. Беспокойным взглядом я встретилась с глазами Ревана и замерла. Они у него были настолько темного цвета, что в их мраке не различался зрачок. А еще я только сейчас заметила, что у Ревана шрамы на лице: один над бровью, еще рубец на щеке, уходящий в густую щетину, немного деформированный нос и кустарный рубец справа на горле.

Это все выглядело очень страшно, но не уродовало этого мужчину. Но если подумать как ему досталось такое огромное количество шрамов, то становится страшно. И наверняка это еще не все, что я увидела.

– Чего застыла, курносая? – усмехнулся Реван и тут же вывел меня из завороженного оцепенения. – Засосать бы тебя сейчас, но тебе ведь больно, да? Или уже прошло?

– Нет... еще больно... – жалобно пробормотала я и все болезненные ощущения вновь обрушились на меня.

– Пойдем, – он с легкостью подхватил меня на руки, – надо приложить что-то холодное.

Я тихо всхлипнула и прижалась носом к шее Ревана. Так как будто стало немного полегче, а еще очень тепло.

Реван тем временем принес меня на кухню и усадил на кухонный остров, а затем полез в морозилку. Вытащив лед, он насыпал его в полотенце, свернул мешочком и вновь подошел ко мне.

– Спасибо, – всхлипнула я и потянулась за мешочком, но Реван небрежно отбросил мою руку.

– Я сам, – он обхватил меня за затылок и приложил лед к моему носу, а затем уставился на меня жадным взглядом.

– Как я здесь оказалась? – спросила я, с опаской глядя на Ревана и все еще немного вздрагивая от слез.

– Я тебя принес, – ответил он, прожигая взглядом мои губы.

– Нет, я имею в виду как я оказалась не на кухне, а в вашем доме? – нахмурилась я и желание плакать резко прекратилось.

– Ответ тот же, курносая, – усмехнулся он, а затем рывком развел мне колени и устроился между ними.

– Нет! – забрыкалась я, но Реван лишь притянул меня к себе за поясницу.

– Да подожди, глупая, – он нагло улыбался. Очевидно, что мои трепыхания очень ему нравились. – Успокойся. Я не пристаю к тебе.

– А что же вы делаете?! – воинственно спросила я.

– Грею тебя, – спокойно ответил он. – Ты замерзла.

Да, точно. Мне и так было холодно после сна, а уж с этим компрессом у меня дрожала челюсть. Но я была уверена, что для Ревана это только предлог.

– Я... не помню как оказалась в вашем доме, – буркнула я и все же завладела мешочком. – Что вы со мной сделали? Вы приставали ко мне в машине, а потом? Вы ударили меня?

– Нет, конечно, – Реван заправил мне прядь волос за ухо, но в каждом его прикосновении и действии я ощущала дикую похоть. – Я никогда не подниму на тебя руку. Можешь это сразу исключить из списка своих курносых страхов.

– Тогда как?! – прорычала я сквозь зубы, чтобы унять трясущуюся челюсть.

– Ты уснула у меня в машине, – произнес он и крепко обнял меня, а я на мгновенье прикрыла глаза.

Так тепло было рядом с этим грубияном...

– А теперь ты расскажи, куда ты так ломанулась? – спросил он. – Я же буквально на минуту вышел за дверь, а ты уже погром учинила. Не спала, что ли?

– Спала, – тихо отвечала я, – но вы так грубо с кем-то разговаривали! Сквозь сон мне показалось, что вы говорите это мне.

– Дуреха, – усмехнулся он и спустился ниже той ладонью, которая лежала на моей пояснице. – Ты уже доставила мне столько мелких проблем, и ни за одну я тебе не нагрубил.

– Вы все время грубите, – возразила я. – Вы не умеете нормально разговаривать.

– Допустим не умею, – согласился он, – но все же это не грубость. Я не называю тебя недостойными словами.

– Вы называете меня глупой и дурехой! – не сдавалась я.

– Называю, – я уловила улыбку в голосе Ревана, – но эти слова достойные. Я бы сказал ласковые в твоем случае.

– Мне не нужна никакая ласка от вас, – рычала я, потому что не могла даже пошевелиться в объятьях Ревана. – Отпустите меня домой. У меня куча дел!

Я давно поняла, что мне сейчас лучше замолкнуть, но рядом с этим мужчиной у меня прям все клокотало внутри. Мне хотелось расцарапать его – настолько сильно он меня бесил!

– Единственная твоя куча – это я, – сообщил он. – И ты будешь заниматься только мной. Через полчаса к тебе приедет кое-кто. Поможет собраться.

– Кто еще?!

Как же он меня злил своей непробиваемостью!

– Парикмахерша, – Ревану очень нравилось как я шебуршилась в его руках. – Причешет тебя и что-то там еще сделает. А потом мы пойдем прогуляемся.

– С парикмахершей? – съязвила я и поджала губы, чтобы не засмеяться.

Реван лишь хитро оскалился на мой сарказм и жадно облизнулся, а я, напротив, испугалась и притихла.

– Давай посмотрим, что там с твоим носом, – сказал он и убрал наконец этот ледяной мешочек.

Я послушно замерла, чтобы он все осмотрел. Наверняка он больше понимает в травмах, чем я, но...

Вместо этого Реван жадно обхватил меня за затылок и грубо смял мои губы своими. Я успела только жалобно замычать, но Реван в этот момент уже засунул мне в рот свой язык и не оставил ни единого шанса на спасение...