Глава 51

Кайхан

– Итак, ты женишься, – посмеиваясь, произносит Руслан, провожая взглядом ювелира, с которым я назначил встречу в ресторане. Так было удобнее. Пожалуй, с кольцом надо давно было решить, но все время что-то отвлекало. Вот, состыковаться наконец получилось, и я выбрал достойный бриллиант для своей любимой девочки. Рус присоединился случайно, уже в конце. У нас обоих этот ресторан один из любимых. Партнер только вернулся из Токио, где провел месяц. Полетел вместо меня, как только узнал, что у меня не получилось уехать. Нам предстоит как раз обсудить результаты его поездки, довольно неоднозначные, но я уверен, что Рус сделал что смог. Заменить меня у него вышло не очень, но какие-то положительные сдвиги все же есть. Только не думал, что разговор мы начнем с моей личной жизни.

– Это тебе кажется смешным? – хмурюсь.

Все что касается Златы, замечаний на ее счет, о наших отношениях, их перспективе, дико меня напрягает. Ни с кем не хочу это обсуждать. Достаточно с меня что терплю ехидные подколы Георгия, отца Злата. Этот мужик мне совсем не симпатичен, но я рад, что с дочкой у них все наладилось. Сам же никогда не пойму и не прощу его отношения, той истории с попыткой похищения. Георгий понимает, что лед тонкий, но пользуется своим положением больного. За что спасибо дуре-бывшей. Подгадила знатно.

– Нет, прости, нисколько, – тушуется Руслан. – Я лишь доволен, что не ошибся. Правильно прочел сигналы. Сразу было ясно, что ты положил глаз на Злату.

– Тебе это зачем? Психологом решил заделаться, доморощенным?

– Не злись, брат. На самом деле, я страшно рад за тебя.

– Спасибо.

– Догадываюсь, что сложностей более чем достаточно.

– Все решаемо.

– Не сомневаюсь. Да, Кстати, я сделал что мог в Токио. Тебя не заменить, но кое-что срослось.

– Отлично, давай переключимся на эту тему.

– Хорошо, прости. Последний вопрос не по работе. Как Наиля?

– Черт, Рус. Серьезно, давай пока о делах, – морщусь.

– Все сложно?

– Более чем. Но мы справимся.

-Удачи, друг. Если понадобится моя помощь – только скажи.

Из ресторана сразу едем на совещание в офис. Четыре часа пролетают незаметно. Все сотрудники уже на пределе. Приходится выработать новую стратегию. С японцами дела вести непросто, а уж если ты внезапно срываешь кучу договоренностей о встречах – пиши пропало. Но мне удалось удержаться, пусть все висело на тонкой нитке. Сэнго помог. Руслан все делал с полной отдачей, плюс хорошая репутация фирмы. Похоже, выкарабкаемся.

Был ли у меня выбор поступить иначе? Нет. Я ни секунды не сомневаясь решил остаться рядом со Златой в ситуации, когда ее отец в критическом состоянии. Неважно, как я сам отношусь к этому странному типу. К Георгию у меня много вопросов, по меньшей мере. Но это все подождет. Сейчас самое главное, чтобы моя женщина не пострадала. Значит, надо сделать все, чтобы ее отец вылечился как можно скорее. Остальное неважно.

Я и сам не заметил, как Злата стала значить для меня настолько много. Она целый мир для меня. Вселенная.

Вспоминаю недавний прощальный разговор с Ташей. Она молодец, держалась достойно, в отличии от моей бывшей супруги.

– Не думала, что ты способен на такие глубокие чувства, Хан, – качает головой бывшая любовница. – Если бы кто-то сказал, спорила до хрипоты, доказывая обратное.

– Мне жаль. Если нужна будет моя помощь…

– Позвоню Руслану, – перебивает.

В ее глазах боль, но держится шикарно. Испытываю восхищение, глядя на нее.

– Я не дура, Хан. Если бы видела хоть малейший шанс бороться, но увы. Я понимаю, что бессильна против этой девчонки.

– Только не вали все на молодость.

– Ни в коем случае, – улыбается слабо.

– Спасибо, что ты принимаешь все с достоинством.

– Полагаю, есть другие, кто с избытком вынесет тебе мозг. Желаю сил и терпения.

Таша оказалась очень мудрой, мы расстались на позитивной волне. Возвращаясь с этой встречи продолжал прокручивать в голове ее слова. Главное – мне действительно безумно повезло встретить Злату. Испытать то, что еще ни разу в жизни не было до нее. Сильнейшие эмоции. Самые глубокие. И я сделаю все возможное, чтобы эта девушка была со мной рядом. Остальное неважно. Бизнес, родственники. С чем угодно справлюсь, если Злата будет рядом.

С дочерью – самое сложное. Наиля избалованная, капризная эгоистка. Не желает ничего понимать, ведет себя как испорченный ребенок. Умчалась в Европу, сошлась с бывшим, тем мерзавцем что приставал к Злате в моей квартире. Вспоминаю тот случай и сразу колотить от бешенства начинает. Неужели моя дочь настолько стерва, что вернулась к тому мерзавцу Владлену, специально?

Нет, не до такой степени она идиотка. Предпочитаю считать, что гаденыш нашел способ снова задурить ей голову.

– Пока ты с ней, я не вернусь, понял? Брошу учебу! – угрожает дочь.

– Это твоя жизнь, – отвечаю хладнокровно, хотя внутри все кипит. – Только тебе решать, во что ты ее превратишь.

– Вы оба мне противны! Ненавижу ее! Слышишь? Всегда проклинать эту хитрую стерву буду!

– За что? Потому что Злата сделала меня счастливым? Ты настолько меня ненавидишь? – спрашиваю устало. – Она не предавала тебя. Она полюбила.

– Почему ты ей веришь?

– А ты почему нет? Сама хоть раз любила искренне? Меняешь партнеров как перчатки.

– Она тебя на девственность поймала? Фу!

– Ты и правда сейчас омерзительна, согласен, – киваю, чувствуя смертельную усталость от этого разговора.

– Только не говори, что вы поженитесь! Это будет совсем треш!

– Мы это сами решим, без твоих комментариев.

– Я никогда ее в мачехи не приму! Ты же понимаешь, что это смешно!

– Я лишь надеюсь, что ты со временем повзрослеешь.

Наиля выскакивает из моего кабинета. Разговор состоялся на работе, и кричала дочь так, что теперь в курсе все сотрудники, сомневаться не приходится.

Даже удивительно, насколько мне плевать, хотя раньше терпеть не мог, когда личное выносилось на всеобщее обозрение. С Наилей уже ясно, что путь будет сложным и долгим. Радмилу я поставил в очень жесткие рамки. Унизительные извинения перед Златой и ее отцом, конечно были не самым легким испытанием. Радмила сразу после умчалась в Европу. Специально не стал отменять пособие, которое бывшей выплачивалось постоянно, хотя очень хотелось. Чтобы у нее была возможность жить в Европе, комфортно. Чем дальше она – тем мне лучше. Вернется – сразу отменю выплаты и Радмила отлично это уяснила.

Из напрягающего рядом оставался только Георгий. Пока отец Златы болен, я вел себя максимально сдержанно. Терпеливо сносил его заискивания. Папаша Златы радовался, что дочка фактически выполнила его мечту. Нашла себе обеспеченного взрослого мужчину. Момент с чувствами явно не интересовал Георгия. Я все же дал ему понять, что не позволю больше использовать Злату. Пусть ведет себя как любящий отец и ничего большего. Никаких заискиваний и поиска выгоды.

Вроде мы поняли друг друга.

**

Дочь продолжала трепать нервы и мне, и Радмиле. Какие-то безумные вечеринки в Европе, непристойное поведение, клубы за гранью приличий. В конце концов, лишаю Наилю всех источников финансирования. Строго настрого своей секретарше, Руслану, Горской, и другим сотрудникам запрещаю одалживать Наиле, если та попросит.

Пусть помыкается без денег и вернется. Или начнет наконец самостоятельную жизнь. Сердце все равно болит за непутевую дочь, но убеждаю себя, что ей это на пользу.

***

– Куда мы едем? – сонно спрашивает Злата.

В последние дни мы все время вместе. Георгий идет на поправку, к нему вернулась жена, так что, моя девочка наконец все время рядом. Больше никто не отнимает ее время. Злата очень много спит. Возможно, это последствия стресса. Мы много времени проводим в постели, в нашей квартире. С каждым днем секс между нами только острее, слаще. Мне нравится раскрывать грани своей женщины, все время новые. Ее чувственность запредельна.

– Это сюрприз.

– Не очень люблю сюрпризы, – вздыхает. Заметно начинает нервничать, когда узнает дорогу.

– Только не это… Ты везешь меня к Мадине?! – восклицает полушепотом.

– Все отлично, малыш. Не переживай.

– Но как она отреагирует? Ты же ей не сказал?

– Сказал. Успокойся. Она не ест хороших девочек на завтрак.

– Ты издеваешься?

– Малыш, все что наговорила тебе Радмила – бред. У нее свои интересы, более чем корыстные. Забудь ее слова. Мадина нам обрадуется. Иначе быть не может.