— 11 Назар -

Мне повезло — с Ольгой я не ошибся. Она сумела найти подход к Платону и при этом ее присутствие рядом не напрягало. Так что несколько дней проходят довольно спокойно. Конечно, я пока не рискую полностью перебираться в офис. Глупость, наверное — вроде Оля и правда показала себя надежным человеком, но… Не могу. Внутри так и точит мысль, что после того, как Полина вот так безответственно оставила его у меня под дверью, поступить с ним так же просто не могу. Даже на полдня.

Поэтому в основном работаю из дома.

За это время моя квартира потихоньку превращается в филиал детского мира. Поначалу я заказал все что необходимо, как мне казалось — кроватку, пеленальный стол, и все.

Потом выяснилось, что нужен стульчик для кормления, у которого есть возможность откидывать сидение. Да и помимо смеси Оля стала спрашивать о прикорме, а я так и не смог внятно ответить на вопрос о возрасте Платона. Вдобавок она сама принесла кучу разных погремушек и каких-то цветных штук, чтобы занимать малыша.

Вообще девушка оказывается весьма приятной в общении и понимающей. Еще ко всему прочему и готовить успевает обеды и ужины. Просто идеал. Вот только…

Глядя на то, как Ольга держит на руках малыша, я все чаще представляю на ее месте Полину и задаюсь вопросом — а как это делала она? Так же улыбалась? Тоже пела колыбельные сыну?

От Олега по-прежнему никаких вестей, и это начинает уже всерьез беспокоить. Сам себе я дал срок до сегодняшнего вечера — и дальше либо он объявится, либо позвоню сам. Потому что неизвестность начинает напрягать.

С утра Ольга отпросилась и уехала по делам, и я снова впервые остаюсь один на один с Платошей. Впрочем это даже хорошо — нам ведь ехать за результатами ДНК. А объяснять няне, почему это я вдруг решил сдавать этот анализ, я уж точно не планирую.

Малыш, словно чувствует важность момента, ведет себя просто идеально. Хотя уже зайдя в клинику, я вдруг ловлю себя на мысли, что, может, послать это все лесом? Я ведь и так уже привязался к нему, как к своему. Да что там! В мыслях я давно уже называю пацана своим сыном. Так, может, ну, его?

Даже останавливаюсь, решая стоит и правда вернуться домой без результатов, как меня перехватывает тот самый мужчина, который брал у нас анализ.

— Назар Леонидович, добрый день. Вы за результатами?

— Здравствуйте, — киваю в ответ. — Да, но я тороплюсь, так что…

— Проходите, это быстро.

В итоге все же получаю запечатанный конверт на руки и зависаю, глядя на тот. Сотрудник клиники смотрит с явным интересом.

— Спасибо, — говорю и быстро покидаю кабинет. Наверное, обычно папаши вроде меня тут же вскрывают и читают результат. А я… Я вот только в машине все же решаюсь на это. С твердым пониманием, что написанное не изменит принятого решения.

Когда вижу в графе результат цифру 99,99 внутри что-то обрывается.

То есть вот она правда, которая ничего, по сути, и не меняет. Больно ли мне от понимания, что Полина лишила меня нескольких месяцев жизни моего сына?

Очень.

До безумия. Я злюсь на нее. Злюсь так, что внутри все кипит. Но одновременно с этим во мне растет благодарность, что не избавилась, не отказалась. Выносила, родила.

Когда найду, спрошу за все, разумеется. Но уже сейчас знаю — Платона не отпущу больше. Ни за что.

Подъезжая к дому, вижу машину брата. И понимаю, что неспроста это. Стоит мне припарковать тачку, как Мирон выходит из своей и идет ко мне. Да вот только я-то не один. Поэтому как только здороваюсь с ним, подхожу к задней двери и, открыв ту, достаю переноску.

Мир забавно хлопает глазами и смотрит то на меня, то на Платона.

— Теперь я понимаю почему мама сказала заехать к тебе в гости, — выдает он ошарашенно.

— Так все же она, — усмехаюсь я. Даже не сомневался, что младший не просто так появился тут. — И что еще она сказала?

— Просто попросила заехать узнать, как твои дела и напомнить, что скоро у нас семейный ужин. Ева с Ником прилетают. Так что ты тоже должен быть. Но, видимо, не один?

Вот ведь… мама. Все просчитала. А я-то гадал, как это она не объявилась за это время ни разу. Не напомнила, что я все-таки обещал с отцом поговорить и про Платона рассказать.

— Это же твой? — Мирон задает вроде бы логичный вопрос, но меня почему-то задевает это.

— Сам-то как думаешь?

— А от кого? Черт, и когда ты вообще успел? — брат ошалело смотрит на пацана, который беззубо улыбается ему, и я прямо вижу, как младшенький начинает таять. А ведь тот еще закоренелый холостяк и чайлд-фри.

— Разве это важно?

— Ну, вообще-то да. Наследственность, знаешь ли, не просто так придумали, — умничает Мир.

— Ладно, ты все передал — молодец. Я тебя услышал. А сейчас мне пора, извини.

— Погоди, так ты правда осел дома? Когда заехал в офис не поверил. Это из-за ребенка? Это кто кстати? Мальчик? Или девочка?

— А ты угадай, — предлагаю ему.

Брат хмурится и вглядывается в Платона, отчего тот тоже перестает улыбаться и вообще губы начинают у мелкого дрожать. Верный признак рева.

— Мальчик. Синий же цвет.

— Гениально, Мир, — хвалю брата. — Купи себе шоколадку за правильный ответ. А мне и правда пора.

— Что, даже не пригласишь в гости?

Тяжело вздыхаю и перехватываю люльку поудобнее.

— Ты ведь не отстанешь?

— Неа.

— Ладно, идем.

Понимаю, что в ближайший час Мирон вытащит из меня все, что захочет. Мелкий засранец. Всегда таким был — как вцепится, не оттащишь.

Но когда поднимаемся в квартиру, у меня звонит телефон, и разговор приходиться отложить. Потому что это Емельянов. Тот самый, чьи юристы едва не свели с ума весь юротдел “АдамКорп”…

— Слушаю! — отвечаю, предварительно занеся ребенка в гостиную. Мир вопросительно смотрит на меня и стоит рядом.

— Назар, добрый день. Звоню по поводу контракта.

— Да я уже понял. Есть еще какие-то дополнения?

— Скорее да, чем нет. Но их лучше обсудить лично. Без наших юристов-бультерьеров, — усмехается потенциальный партнер.

— Даже так?

— Если ты не против, конечно, и все еще заинтересован в том, чтобы заключить договор.

— Не вопрос. Когда и где?

— Предлагаю выбрать неформальную обстановку. Обсудим, так сказать, перспективы.

Вот жук-то! Вообще Емельянов имеет репутацию толкового бизнесмена. Но вместе с тем и довольно жесткого.

— Хорошо. Когда?

— Да хотя бы завтра. Скажем, часиков в двенадцать? Устроит?

— Вполне.

— Адрес ресторана пришлю. Столик будет зарезервирован на мою фамилию.

Прощаемся, и я даже не сразу замечаю, как брат хихикает вместе с малым. Потому что обдумываю предложение Владимира. Вроде бы наши юристы утрясли все тонкие моменты. Контракт предусматривает долгое и плотное сотрудничество. К чему еще один танец вокруг всего этого? Откат? Может, хочет провернуть какую-то схему в обход официальных бумаг?

— Назар!

— А?

— Пацан, спрашиваю, от кого? — повторяет Мирон.

— Сам-то как думаешь?

— Ну, раньше бы сказал от Полинки, а теперь… — он замолкает, поймав мой выразительный взгляд. — Да ты гонишь! Когда успели-то?

— Тебе, может, еще рассказать, как дети получаются?

— Ничего себе, — присвистывает младший. — Так вы, что, вместе теперь? Опять?

Вот что ему ответить? Когда мы разводились, он вопреки своим взглядам на жизнь пытался уговорить меня подумать и не рубить с плеча. Конечно, Мир не знал причину разлада. Поэтому и ратовал за сохранение семьи.

— Не вместе. Я вообще понятия не имею, где Полина.

— То есть как?

— А вот так. Пришел домой — у меня ребенок под дверью. И записка от нее — дескать, твой сын, спаси и сохрани его.

Мир молчит и, судя по его взгляду, на то, чтобы переварить новость, ему нужно время.

— Странные у тебя шуточки, — дергает он плечом. — Не хочешь говорить, так и скажи.

— Ты сам спросил, — развожу руками.

— То есть ты, что, серьезно, что ли?

Давно я не видел брата таким обалдевшим.

— Ну да.

— И мама в курсе?

— Вроде того. И ответ на второй вопрос — нет, отец не знает.

— Очуметь, — выдает младший. — А где Полина-то?

— Ты чем слушал-то? Говорю ж — не знаю.

— И ты так просто оставишь? Ну, просто заберешь себе ребенка, и все?

— А что ты предлагаешь?

Возможно, еще пару дней назад я бы тоже был в ступоре, как и Мир. Но сейчас уже принял ситуацию, можно сказать, сросся с ней. Поэтому подкалывать брата довольно увлекательное занятие.

— Найти ее, конечно!

— Зачем?

— Ты правда не понимаешь? Это же ненормально, когда мать отказывается от ребенка! — искренне возмущается Мирон.

— Уж кто бы говорил, — иронично усмехаюсь в ответ.

— Ты стрелки-то не переводи — я предохраняюсь, чтобы вот таких фокусов не было как раз. Но если случится — уж точно не стану избегать ответственности, как твоя Полинка!

— Ну, положим, ты не знаешь, какие причины ее заставили пойти на такое…

Еще не договорив, понимаю, что сам не замечаю, как начинаю заступаться за бывшую. А ведь не должен бы.

— Тоже верно, — соглашается Мирон. — Поэтому и надо ее найти! Давай я поищу для этого кого-нибудь?

— Расслабься, я уже нашел. Дело в процессе.

— Точно?

— Да точно-точно. Угомонись, — заверяю брата, а сам думаю, что все же пора звонить Олегу. Не нравится мне его молчание.

В этот момент Платон мявкает, привлекая внимание к своей персоне. Я уже понял, что он не любит, когда про него забывают. Привычно беру сына на руки, а Мир завороженно смотрит на меня.

— Знаешь, а он ведь похож на тебя, — заявляет он. И такая гордость меня распирает в этот момент.

— Тебе в офис-то не пора? — спрашиваю, мельком взглянув на часы.

— Да, точно! — спохватывается Мир. — Пойду. Надеюсь скоро увидимся.

А в дверях он сталкивается с Олей, которая как раз выходит из лифта.

— Ой, Назар Леонидович, простите, я чуть задержалась.

Брат тут же проходит по ней цепким взглядом, а затем оборачивается ко мне и вопросительно смотрит. И я уже знаю, что именно его интересует. Платон, увидев знакомое лицо, широко улыбается, Оля отвечает ему взаимностью и подходит поближе.

— Нестрашно, — говорю ей. — Мы только приехали.

Няня косится в сторону Мирона, а тот уже цепляет свою фирменную улыбку, которая помогает ему клеить всех и вся.

— Мой брат — Мирон, — представляю этого мачо.

— Оля, — смущенно произносит девушка.

— Очень рад познакомиться, — бодро заявляет младший. — А вы, Ольга, тут какими судьбами?

— Так ведь с ребенком сижу…

— Проходите, Оль, — ставлю точку в этом недофлирте и открываю дверь пошире. — А моему брату уже пора, — с нажимом произношу, чтобы тот, наконец, включил голову.

— А ты неплохо устроился, — шепчет Мир, едва девушка скрывается в квартире. — Она прям — зачетная. И ребенок пристроен. Понятное дело, зачем тебе Полинка при таком раскладе.

Я только устало вздыхаю и взглядом указываю тому на выход. Хватит на сегодня клоунады.

Брат напоследок ухмыляется, но все же уходит. А я возвращаюсь домой, и, перепоручив Мирона няне, иду звонить Олегу. Пора все же узнать, какие у него там подвижки.

Полянский отвечает не сразу. Я уже теряю надежду дозвониться, как слышу:

— Что-то случилось?

— Эээ… Олег, мы вроде договаривались созвониться, как будут результаты, но прошло несколько дней, а вы не выходите на связь. Все так плохо?

Повисает непродолжительная пауза, и я успеваю надумать всякого.

— Назар, не хотелось бы пугать вас раньше времени, но, похоже, ваша жена вляпалась по самые щи.

— Бывшая жена, — поправляю на автомате. — А что значит вляпалась?

— Я пробил почту, которые вы дали. И надо сказать, друзья у вашей Полины очень и очень неплохие хакеры. Вы знали об этом? Или, может, она сама подобным занимается?

— Что? Поля? Нет, она аналитик. Экономист, в общем. То есть у нее совсем другая специализация.

— Значит, либо вы не были в курсе ее талантов, либо ей кто-то помогал. В любом случае, слова в записке, вероятнее всего, имеют место быть.

— То есть ей правда угрожает опасность?!

— Я не исключаю этого.

— А как же вариант, что ей просто надоело тянуть ребенка одной? — язвительно спрашиваю я.

— Как собственно, не исключаю и этого. Но пока все указывает, что Полина работала на людей, ворочающих весьма внушительными суммами. Что именно могло пойти не так, пока не знаю. Но разберусь.

— Ясно, — выдыхаю, а у самого в голове каша какая-то. — А сама она где?

— А вот это еще одни вопрос, ответа на который у меня пока нет, — с неохотой признается Полянский. Похоже, он и сам не рад такому раскладу.

— То есть вы не можете ее найти?

— То есть у нее вышло неплохо замести следы, когда она принесла ребенка. Оборудование, способное на такое — не рядовая игрушка. Так что друзья у нее — товарищи серьезные. И если не хотим спугнуть ее, придется действовать осторожно.

— И как долго все это будет длиться?

— У меня есть пара зацепок. Большего сказать не могу — не люблю обнадеживать зря.

— Ясно. Надеюсь, результат будет как можно скорее, — вежливо намекаю Олегу.

Но в ответ получаю только короткие гудки. Все-таки очень странный мужик.

В итоге разговор не успокоил только добавил повода для тревоги. Куда Полинка могла влезть? Она же всегда была против темных схем и прочего. Наоборот, отказывалась, когда некоторые намекали об этом. Неужели сменила приоритеты? И что это еще за таинственные друзья, которые помогают замести следы?

В общем, я не только не успокаиваюсь, но напротив — сильнее начинаю волноваться. Даже работа не особенно спасает.

На встречу с Емельяновым приезжаю чуть позже назначенного. Потому что Платон прям перед выходом решает, что обслюнявить мне рубашку — отличная идея. Но я даже разозлиться не могу — стоит посмотреть на его улыбку, как становится плевать на испорченную рубашку.

— Извините, — тут же хлопочет Ольга. — Я его только недавно покормила. И вот…

— Все хорошо, — отмахиваюсь и иду переодеваться.

Ресторан Владимир выбрал весьма пафосный. Но вместе с тем он находится в относительной близости к его офису. Так что я даже не особенно удивлен. Хостес проводит меня к нужному столику, за которым уже сидит мой потенциальный клиент.

— Прошу прощения, — виновато произношу, садясь за стол. — Ребенок пометил очередную рубашку.

Вроде бы ни к чему вдаваться в такие детали, но я, во-первых, ловлю кайф от того, что я — отец. А во-вторых, мне и правда нужен этот контракт. Так что начинать переговоры с непунктуальности не хотелось бы. Кто знает, что в голове у Емельянова.

— Ничего, понимаю, — легко отвечает тот. — У вас мальчик?

— Ага. Сын. Почти полгода.

— У меня пацану пять лет. Так что я еще помню как это.

Удивительно, но эта тема как-то сразу разряжает атмосферу. Даже странно. Никогда бы не подумал, что дети могут стать мостиком на деловых переговорах.

Нам приносят меню, и, сделав заказ, наконец, переходим к тому, ради чего встретились.

— Назар, не буду ходить вокруг да около — ваша компания и ваш контракт меня полностью устраивают.

— Однако есть но?

— Именно. Дело в том, что…

Но договорить он не успевает, потому что рядом раздается громкое “папа” и к Емельянову подлетает маленький мальчик.

— Пап! Пап! Можно мы с Алиной погуляем, пока ты делаешь важные дела?

Тот хмурится и уже собирается отчитать, очевидно, своего сына, как я слышу голос, от которого внутри все замирает.

— Володь, ты прости — я просто не угналась за ним.

Резко оборачиваюсь и вижу перед собой жену. Мою жену. Вот только она почему-то совершенно не замечает меня, а смотрит на другого мужчину. Да еще и ребенок чужой жмется к ней и берет за руку…

— Полина? — хрипло выдавливаю, ослабляя узел галстука.

Друзья! Чтобы не потеряться, добавляйте книгу в библиотеку и подписывайтесь на мой профиль, чтобы не пропустить новинку про Мирона — брата Назара:)