Глава 9

— Как вы смеете⁈ — со злостью бросаю я, пытаясь вырваться из цепкой хватки. — Чем я заслужила такие слова⁈

По телу бьёт дрожь. Моя грудь часто вздымается, воздуха не хватает.

— Садись в машину, Кристина.

— Я никуда с вами не поеду! — кричу ему в лицо.

Брови Хисанова сдвигаются. Он прижимает меня сильнее, буквально впечатывая в твердую грудь. Наши взгляды пылают бешенным огнём.

— Не устраивай сцен, — рычит сквозь сжатые зубы. — Показывать характер будешь в четырех стенах.

Его дыхание горячее и тяжелое, забирается под кожу. Царапает иглами внутри.

— Кто вы такой, чтобы раздавать приказы⁈ — мой голос предательски скачет. — Я взрослая девушка! И сама решу, что мне делать!

Мужчина презренно скалится. Хочет напугать, давит авторитетом. А я стараюсь не опускать глаза. Быть стойкой и твердой, лишь бы не сдаться его напору.

— Ты просто наглая девочка, которая заигралась в своих фантазиях.

— Я не девочка! — сжимаю пальцы и кулачками бью его в грудь. — Вы ничего не знаете обо мне!

Он продолжает стоять ровно. Будто я маленькая бабочка, порхающая возле него. Мои попытки ничтожны перед стальными мышцами.

— Сегодня я увидел достаточно. Твоя ангельская красота влюбляет каждого мужчину. Забирается ядом, превращая мозги в кашу. Я вижу, кем становится мой сын. Ты перестанешь держать его за яйца!

Его слова ранят глубже, чем я могу выдержать. Они проникают в душу, оставляя ледяной след.

Мои плечи наливаются тяжестью. Но я не могу показать слабость. Не перед ним.

— Вы ошибаетесь, — тихо шепчу одними губами. — Моя любовь к вашему сыну настоящая. Я могу положить руку на сердце…

Лицо Хисанова искажается бешеной злостью, и он вновь тянет меня к машине.

— Хватит болтать! — он рычит. — Садись, или я помогу тебе! Говорю в последний раз!

На глазах наворачиваются жгучие слезы. Моё сопротивление бесполезно. Его немереная сила подавляет каждую клетку тела.

Делаю шаг к машине, но в последний момент замечаю движение вдалеке. Это такси, которое я заказала. А отменить ещё не успела.

Оно медленно приближается, и я понимаю, что это мой шанс.

— Нет! — кричу я, лихорадочно вырываясь из его хватки. — Я больше никогда не останусь с вами в машине!

Треск моего пальто, и я ускользаю на свободу. Бегу к такси. Сердце бешено колотится, а ноги спотыкаются о ровный асфальт.

— Кристина! — громко рычит он вслед.

Я открываю дверь машины и бросаюсь на заднее сиденье.

— Вперед! Вперед! — с отчаянием умоляю я, и мы резко трогаемся.

Я заглатываю воздух ртом и обхватываю себя руками в защитном жесте.

— Меня просят остановиться, — напряженно говорит водитель.

— Нет! Везите по адресу!

Без единого вопроса мы продолжаем движение.

Через пару секунд я оборачиваюсь и вижу убийственный взгляд Хисанова. И хотя его фигура становится все меньше, дикая тревога разливается по телу всё больше и больше.

Это не конец.

Я захожу в квартиру полностью разбитой. Скидываю туфли. Опустившись на кухонный стул, роняю лицо на ладони. Жду их.

Вздрагиваю от каждого шороха. Звука проезжающих машин за окном.

Когда проходит час, я начинаю ходить туда-сюда. Звоню и пишу Стасу, но телефон недоступен. Видимо, Хисанов повёз его в другое место.

Даже если бы я знала его номер, то сил бы не хватило на разговор. Выслушала бы новую порцию унижений.

С мучительной пустотой я ложусь на кровать. Мой сон беспокойный. Несколько раз я вскакиваю в холодном поту.

— Ты здесь? Стас… Стас… милый…

Я зову его, а в ответ мертвая тишина.

На утро раскалывается голова. Я пью таблетку, запивая большим глотком воды, и пытаюсь собрать мысли в кучу. Стаса всё нет.

Я берусь за домашние дела, чтобы хоть как-то отвлечься. Мою посуду, протираю полы, раскладываю вещи.

Но каждая минута наполнена тревогой. Сердце ноет, будто кто-то сжал его в кулаке. Мысли возвращаются к Хисанову.

Мог ли он настроить сына против меня? Выставить последней дрянью? Ведь он знает, как подобрать слова, чтобы точно ударить в цель.

Я настолько верю в его абсолютную власть, что даже не допускаю мысли о проигрыше.

Поэтому, когда в час дня Стас заваливается на порог и бросает:

— Да пошел он!

— Кто? — судорожно шепчу.

Притянув меня за спину, он крепко обнимает.

— Отец, конечно! — со злостью выплевывает. — Он нифига не изменился. Такой же непробиваемый!

Я сначала не могу поверить. Стою, как вкопанная, боясь шевельнуться.

Но затем он тянет меня в спальню и начинает рассказывать дальше:

— С утра наехал. Я на диване подскочил, не успев глаза открыть. Матом кричал. Зачем я напился? Как смел вести себя неподобающе? Опозорил его. Капец! Только он идеальный.

Мои пальцы нервно теребят край одеяла. Я дышу через раз, представляя всё в красках.

— А где ты был? — тихо задаю вопрос.

— У него дома. Прикинь, ещё и тебя облил грязью. Назвал охотницей за богатыми мужчинами. Сказал, что тебе нужна только выгода.

— И ты… веришь ему?

— Крис, — нежно произносит он, беря мою руку. — Я знаю тебя. Какая ты хорошая. Сама зарабатываешь. Умница моя. Я уже давно не ребёнок, чтобы слушать его. Мы с тобой почти семья. А он кинул меня, когда развелся с матерью. Так что пусть опять сваливает!

Я неспешно выдыхаю, опуская напряженные плечи.

— Что теперь будет?

— Ничего, — решительно бросает Стас. — Я заблокировал его везде. Он больше не появится в нашей жизни.

Три дня я хожу, как на иголках. Любой звук на телефоне — и меня охватывает паника. Не верю, что Хисанов оставит нас. Позволит сыну жениться на мне.

Я жду, что он появится снова. Ворвётся также резко и жестоко, как в прошлый раз. Его тень, будто, витает где-то рядом.

Но через неделю меня отпускает. Я заново привыкаю к размеренному темпу жизни. Стас больше не ведет себя глупо.

Мы устраиваем романтический вечер дома.

— А надень платье, в котором ты была в ресторане, — просит он, когда я зажигаю свечи.

В комнате создаётся комфортный полумрак.

— Зачем? — удивляюсь я. — Оно не слишком открытое.

— Ну помнишь, я завелся в туалете, а ты отказала? Давай повторим. Но теперь с окончанием.

В его понимании «повторить» — это толкнуть меня к стене, натянуть край юбки и войти сзади. Без ласк и нежностей. Я помогаю себе рукой, стараясь нащупать возбуждение…

Но как только в памяти мелькает ресторан, перед глазами встаёт образ Хисанова. Его жёсткий взгляд. Пылающая ненависть. Горячее дыхание, скользящее по моему лицу.

И вместо удовольствия я спешно прогоняю его из мыслей. Стараюсь думать о женихе. О моей любви к нему.

Однако всё тщетно.

Стаса хватает на пять минут. Он шлёпает меня по ягодице и кончает, тяжело дыша.

— Офигенно! Черт, охх! Детка, ты всё?

— Да…

Нет.

Я часто не успеваю получить оргазм. Поэтому мне так хочется разнообразить наш секс. Может купить игрушки или вибратор.

Стас против. Говорит, что резиновый член никогда не появится в доме. Хотя я объясняю, что игрушки бывают разные, показываю картинки, ему это не интересно.

Поэтому иногда я говорю, что кончила. А сама иду в ванную и там завершаю дело.

Через две недели я обговариваю с флористом букет невесты. Выставляю в «Телеграме» фотографии и опрос, какой лучше выбрать?

Даша и мои подружки с энтузиазмом комментируют. Помогают определиться и накидывают крутые идеи.

Думаю, Хисанов подписан на меня. И этот пост явился триггером к его возвращению.

На следующий день я на работе. Топчусь возле стеллажей с джинсами и выкладываю их по размеру.

Как сзади раздается голос Хисанова:

— Здравствуй, Ангел.

Я цепенею.

Нет, Боже! Спаси меня! Пусть это будут слуховые галлюцинации! Или ночной кошмар! Но я не хочу принимать факт, что он заявился ко мне на работу!

— Ты разучилась говорить?

Сердце бьётся так сильно, что может вырваться из груди. Оставить навсегда.

Я медленно поворачиваюсь.

Это не сон… а кошмар наяву!

Он выглядит шикарно. Как и всегда. Белоснежная рубашка немного распахнута на груди. Дорогие брюки, идеально сидящие на подтянутой мощной фигуре. Черные туфли, уверенно отстукивающие по плитке, когда он делает пару шагов ко мне.

Его жесткий, немигающий взгляд пронзает насквозь мою уязвлённую душу.

Он смотрит так, будто видит всё. Мои страхи, неуверенность и тайные желания.

Но в глазах мужчины нет ни капли тепла — лишь холодная расчётливость и нечто опасное.

— Что вы здесь делаете? — с волнением шепчу.