Глава 6

Люба

Мое сердце сжимается от предчувствия.

Не пойму только: хорошего или плохого?

– Что за условие, Никит?

Трубка молчит.

– Ну, это не совсем так чтобы условие, и я не так представлял себе этот разговор…

О, Господи, да что он там мнется?

Гульнара уже бросает на меня испепеляющие взгляды.

Не хватало еще, чтоб побежала жаловаться Регине, а та ему…

Руслан Тагирович явно не из тех, кто идет на поводу у сотрудников. Тем более у такой мелкой сошки.

Мигом заставит меня делать что-нибудь…

От этой мысли по телу прокатывается табун мурашек и становится горячо-горячо внизу.

Закусываю губу и хмурюсь.

– Ну что там у тебя?

Я произношу это довольно резко и раздраженно. Далеко не совсем так, как должен говорить человек нуждающийся в помощи.

Сама это понимаю, и мне ужасно стыдно, но поделать с собой ничего не могу.

Слишком боюсь очередной встречи с моим новоявленным боссом…

Никиту мой тон явно не подбадривает.

Он дает заднюю.

– Знаешь, давай все-таки в другой раз… Раз тебе некогда…

Еще и обижается.

– Ну, Ники-ит, – я усмиряю свое нетерпение.

Все-таки Никита моя единственная возможность.

Он – мой парень. Это раз.

И единственный из моих знакомых, который может даже в теории достать нужную сумму и быстро.

– Я поторопился, Любаш, – Никита остается непреклонен. – Лучше сделаю, как и собирался.

Сердце пропускает удар – неужели он не поможет мне?

И все из-за какой-то глупой ерунды?

– Сейчас спрошу деньги…

Не могу сдержать облегченного выдоха.

– Блин, мама точно не даст… – рассуждает Никита.

У него есть эта особенность.

Обычно, она меня умиляет: когда он вот так рассуждает и раскладывает по полочкам, то превращается в чуть скучноватого мужчину средних лет. Это мило и забавно.

Обычно.

Но не сейчас.

В данный момент я ловлю каждое его слово, и сгораю от тревоги и нетерпения.

– А папа? – выдыхаю я с надеждой.

Еще тридцать секунд назад вопрос денег был решенным, а теперь начались непонятные рассуждения.

Никита кряхтит в трубку.

– Вообще-то, технически он мне не отец, хоть я и привык называть его папой с детства – мама очень настаивала… Попробую ему позвоню. И дам тебе знать тогда… Так-то для него это не великие деньги…

– Спасибо, Никиточка! Ты просто мой принц на белоснежном коне!

– Ла-адно, – и заметно повеселев кладет трубку.

Гульнара тут же берет меня в оборот и говорит, что я болтлива.

Я пожимаю плечами и виновато улыбаюсь.

Я очень благодарна женщине за ее доброту, и за то, что она не стала мне чинить препятствий.

Без споров и уговоров принимаюсь за работу, которой она меня озадачивает.

Работа простая и нехитрая – уборка на кухне.

Она и так сверкает чистотой, и Гульнара говорит, это все, потому что тут постоянно убираются.

Сама я очень не люблю грязь и беспорядок. Мне очень нравится, как Гульнара устроила тут все.

Я с готовностью надеваю нитриловые перчатки, беру чистящее средство и специальные тряпочки для уборки.

На кухне постоянная суета. С каждой минутой она становится все больше и больше.

Сотрудники снуют туда-сюда. Каждый обращает на меня внимание.

– У нас новенькая?

– Какая симпотная помощница на кухне…

И тому подобное.

Конечно, подходят и знакомятся, но всех быстро отгоняет Гульнара.

Она внимательно следит за тем, чтобы мне не мешали трудится.

Поговорив с Никитой, я как-то успокаиваюсь опять.

Теперь больше переживаю из-за прогула на тестировании, да и вообще сегодня я много пар пропустила.

Их придется отработать, но вот тест…

Вряд ли у меня получится договориться о персональном снисхождении.

Сжимаю упрямо губы.

Ладно, не буду раньше времени горевать. Сначала мне надо выбраться отсюда.

А то придется прогулять куда больше…

Задумываюсь так крепко, что сначала даже не чувствую вибрации телефона в кармане.

Достаю и, к своей величайшей радости, вижу на экране перевод на нужную сумму.

Следом тут же звонок от Никиты:

– Любаш, получила?

– Да, котик, спасибо тебе огромное и твоему папе… то есть, отчиму, прости.

– Ну все, давай заканчивай свои дела и сразу же позвони мне – расскажи, как все пройдет. Хорошо?

– Никит… А какое ты все-таки хотел поставить условие.

Почему-то при мысли о том, что я пойду сейчас к Руслану Тагировичу и швырну ему эти несчастные деньги в лицо я дрожу от возбуждения.

Еще и Никита со своими таинственными условиями.

В голову мне лезут всякие непристойности, например, за свою помощь он мог бы попросить… впервые заняться сексом… или что-то типа того.

Мысли о сексе, Никите и… Руслане Тагировиче удивительным и волнующим образом переплетаются в моей голове.

Пульсирующие волны жара растекаются по телу.

На лбу и спине выступает пот.

– Нет, Любаш. Все позже. Пусть это будет, как и задумывалось, сюрпризом.

Кладу трубку и убираю телефон в карман.

– Гульнара, я бы хотела поговорить с Русланом Тагировичем…

Гульнара недоверчиво косится на меня.

– Это зачем еще? Ты еще и поработать как следует не успела.

Не могу сдержать счастливой улыбки:

– А мне не придется здесь работать!

Гульнара ворчит что-то, ведет мне к выходу из кухни и подзывает Регину.

Та подходит с неизменно ледяным выражением на лице и просто кивает головой, как бы спрашивая, что мне нужно.

Повторяю просьбу.

Под ее ледяными глазами моя радость слегка угасает.

В голову начинают лезть неприятные мысли: а вдруг он не захочет меня отпускать?

Вспоминаются его намеки и… взгляд – страстный, обжигающий, твердый…

Я краснею.

Думаю только о том, как поскорее бы выбраться отсюда.

Регина отходит и разговаривает по телефону.

– Тебе повезло, – в ее голосе слышится презрение, – он еще не уехал. Поднимайся наверх, на террасу, и направо. Там увидишь. Потом мигом за работу.

С ней мне уже не очень хочется делиться своей радостью.

Я просто молча киваю и иду к лестнице.

Сердце трепещет от волнения.

Надеюсь, наш разговор пройдет нормально. Без всяких сюрпризов.

Но что-то мне подсказывает, все будет не так просто…