Глава 51

СТАС

Спортсмен не должен терять контроль во время боя.

Нельзя поддаваться эмоциям, нельзя позволять злости ослеплять, нельзя рубиться бездумно.

Табу… табу… табу…

Но я забываю обо всем, когда замечаю урода, зажавшего Асю в углу.

Планка упала…

Так, кажется, говорят?

В этот момент я чётко понимаю, что значит не просто упавшая планка, а целый опрокинувшийся с ними грузик.

Пи..да тебе чувак!

Моё не то, что трогать нельзя, даже глядеть косо.

Он же свои сраные ручки протянул…

Смертник.

Всё это проскальзывает в мыслях буквально за считанные секунды, пока я распахиваю дверь в женскую раздевалку и оцениваю обстановку.

Дальше просто действую.

Залетаю в помещение и, дернув скунса за ворот, разворачиваю к себе. Взмах, и гадёныш отхватывает первый «прямой» с такой силой, что отлетает назад, встречая спиной стену.

Хорошо.

Но мало.

Добавляю правый боковой в голову и левый снизу по туловищу. Даже не стремлюсь придержать падаль, которая тут же, подвывая, скорчивается и приседает вниз, прикрываясь руками.

— Ась? — оборачиваюсь к малышке, пусть и напуганной до охренения, но стоящей прямо с, как обычно, задранным вверх подбородком.

И вновь не слезинки. Хоть глазёнки и горят ярко-ярко, а кулачки сжаты до побелевших костяшек.

Вот уж кто боец, так это она.

Умница моя!

— Как ты?

— В норме, — выдыхает, прищурившись, и переводит взгляд на урода, даже не пытающегося подняться. — У него моё кольцо. Забери.

— Конечно, — соглашаюсь тут же.

Скажи она, чтобы я ему голову отвернул и вместо неё глобус приделал, выполнил бы без вопросов.

— Возьми ключи и подожди в машине, — протягиваю брелок от мерса, ожидая отказа или метаний.

Но Власова только кивает и, подхватив свой рюкзачок, оставляет нас с Жабой одних.

- Ну что? — возвращаю внимание чудо-дебилу. — Будем правила хорошего тона вспоминать и то, что девочек обижать нельзя?

* * *

Время кажется резиновым, хотя и проходит всего минут пятнадцать. Именно столько требуется Ромке, чтобы появиться в спортзале.

— Не поверишь, только за город собрался уматывать. Вовремя ты меня выцепил, — влетает в раздевалку Маслов, вертя в руках сотовый. — Ох, какой красавец. Спасибо, что живым оставил.

Переводит он взгляд в сторону жмущегося в углу Жабина.

— Держи, — передаю приятелю пакетик с таблетками, подобранными с пола в том месте, где стояла Арсения — Надеюсь, в этот раз дело пойдет без тормозов. И эту гниль даже богатенький папашка не вытащит под залог.

- О, учитывая скольким он дорожку перешёл, думаю, в камере ему будет безопаснее, чем на свободе.

— Вот и прекрасно. Разберёшься пока сам? Я Арсюшу домой отвезу.

— Конечно, парни уже в пути. Если что, маякну. Не переживай.

— Тогда я погнал, — протягиваю руку для рукопожатия.

— Стой, а эта… Мальцева где? — напоминает Роман про запертую мелкую козу.

— Тьфу, точно. В тренерской, — достаю ключ с биркой.

Совсем забыл про стерву, пришедшую ко мне после тренировки «загладить вину и выпросить прощение». Так ссучка выбесила своими нудными причитаниями и прижиманиями, что я просто закрыл ее в пустом кабинете Петровича.

— Подозреваю, она с этим придурком в паре, — киваю на Жабина.

— Ей же хуже, — хмыкает Маслов.

* * *

— Привет, — стучу по стеклу машины, привлекая внимание Арсении.

Умничка. Сообразила закрыться изнутри и завести двигатель, чтобы не замёрзнуть.

— Ты быстро, — хмурится она, заглядывая мне за спину, давая понять, какой вопрос её беспокоит.

— Там Ромка остался и своих парней уже подтягивает.

— Значит, всё официально? — прищуривается сообразительная малышка.

— Ага.

— Фух, — выдыхает она, расслабляясь и откидываясь на спинку пассажирского сидения.

- Не понял, — приподнимаю бровь.

— Значит, не прибил, — улыбается заразка довольно.

— А надо было?

— Не-а. Вот еще, руки о всякую срань пачкать.

— Тоже верно. Ну, что, домой? — перехватываю такую маленькую по сравнению с моей ладонь, несильно сжимая.

— Ага, — соглашается Арся и устраивается поудобнее.

Жду, что попытается выпутаться из захвата, так как ей не очень удобно сидеть, но нет, и сама держит крепко.

— Устала? — ловлю направленный на меня взгляд.

— Нормально, — щурится, явно что-то уже обдумывая в голове. — Слушай…

Ну, так и думал. Где покой, и где Арсения.

— А ты почему так поздно пришёл?

Мля… начинается…

— Задержали.

— Кто?

— Э-э-э… это так важно?

— Мальцева?

Даже воздухом давлюсь от сообразительности некоторых.

— Долго же она тебя задерживала, — делает свои выводы «невеста». — Значит, хорошо получалось.

— Да с чего ты взяла?

— С того, что ты кобель!

— Я?

— Ну не я же! — фыркает злючка, вылезая из машины, так как за время препирательств успели доехать до дома.

— Да я вообще её запер в кабинете! — рыкаю, хлопая по кнопке вызова лифта.

— Ну кто бы сомневался? Вдруг такая перспективная барышня сбежит!

— Чушь несёшь!

— Да что ты? А скажи-ка, милый, ты случайно назад не собирался ехать, как меня домой доставишь? — бьёт не в бровь, а в глаз Власова.

Даже замираю, приоткрыв рот, от ощущения, что «невеста» меня, как открытую книгу, читает.

Не, ну, собирался. Естественно, чтобы с Жабиным помочь.

Только этой красотке фиг, что докажешь.

— Арррся! Не беси меня! — нахожу пока единственный аргумент, нажимая на цифру «9», и дожидаюсь закрытия створок лифта. — Всё не так!

— Трепло!

— Язва!

— Балабол!

— Зануда!

— Ай! — резко сдувается моя заразка, бледнея и часто дыша.

— Эй! Асенька, солнце, ну прости меня, — тут же беру на себя все грехи, замечая крупные слёзы на глазах. — Я — идиот, придурок, болван. Конечно же, ты права!

Мляяя! Сцука!

Она никогда не плакала. А сейчас-то что?

— Лифт сломался… — выдаёт сквозь всхлипывания это чудо.

А я шумно выдыхаю от облегчения, притягивая трусиху к себе.

Твою ж кочерышку… у каждого свои тараканы.

— Не бойся, смотри на меня. Всё хорошо, — ловлю испуганный карий взгляд, чтобы она видела только меня, слышала только меня, чувствовала и дышала вместе со мной. — Давай. Вдох-выдох. Не страшно же?

— Страшно… — не соглашается упрямица, пыхтя, как ёжик.

— Тогда есть другой способ. Даже лучше, — ухмыляюсь и с огромным удовольствием впиваюсь в сладкие-сладкие губы.

— Эй! Есть кто в лифте? Вы там как? Подождите немного, сейчас вытащим, — прорывается спустя какое-то время в сознание чужой голос, заставляя разорвать поцелуй.

— Ждём, — говорю громко, чтобы нас услышали.

И снова сосредотачиваюсь на своей невесте.

Глаза в глаза.

— Мне кроме тебя никто не нужен. Было бы по-другому, ни за что не позволил себя окольцевать. Даже в шутку, — тихо произношу то, что думаю, и глажу Арсю по щеке. — Не хочу больше игр, давай попробуем по-настоящему.

— На полгода?

— Насовсем, — чмокаю строптивицу в нос и, достав из кармана помолвочное колечко, возвращаю его на законное место.