Глава 38

Кристина

Ужин оказался очень вкусным. Я смаковала его несколько часов, при этом смотря в окно и взвешивая все за и против. И только глубокой ночью я приняла окончательное решение и неожиданно поняла, как легко мне стало на душе. Так вот что меня тяготило и не давало толком дышать!

Интересно, он и правда не придёт сегодня? Сдержит обещание? Глаза слипаются, а потом я сама не понимаю, как просто засыпаю, обнимая подушку жениха.

— Вот это я поспала, — говорю сама себе, смотря в окно, за которым вовсю светит солнце. Перевожу взгляд на часы, а они показывают час дня!

— Да я реальная соня! — Странно, что меня никто не разбудил. А ведь подруги обещали заехать и устроить Саше допрос. Наш чудо-психолог применила бы свои умения и вывела бы его на чистую воду.

Хотя, если подумать, Ленин анализ мне уже не нужен. Я приняла решение. Я дам нам шанс, но лишь до первой ошибки! Саша заслужил его своей искренностью и упорством.

Встаю с постели и, идя в гардеробную, вдруг слышу чьи-то голоса. Скорее даже крики, и они мужские! У нас гости? Отец?

Быстро переодеваюсь в лёгкий голубой сарафан на тоненьких бретельках с короткой пышной юбкой и в босоножки на среднем тоненьком каблучке. Помню, как Саше нравилось смотреть на меня в туфельках. Вот и попробую угодить ему. Всё же, если я решилась на отношения, их надо строить обоим.

Быстро спускаюсь по лестнице и вижу взволнованных подруг с братьями, которые стоят у дверей и хмуро поглядывают в сторону столовой, откуда и раздаются голоса.

— Ты что наделал, глупец?! Как ты посмел отписать девке всё?! — Так, кажется, это голос отца Саши, и он явно очень недовольный. И я его понимаю! Не думала, что жених вообще на такое решится.

— Она не девка, а моя невеста!

— Она лисица, которая обвела тебя вокруг пальца и лишила всего!

— Я сделал, как посчитал нужным.

— Нужным? Отдать моё детище — это правильно? А я? — уже чуть ли не верещит от досады Гордеев-старший. Может, скорую вызвать на всякий случай? Вдруг у него сейчас сердце прихватит?

— Ты отдал компанию мне, а значит, я решаю, что с ней делать! И я принял решение.

— Хреновое ты принял решение! И чем она тебя взяла? Красивыми глазками? Минетом? Шикарным трахом? Что нужно было сделать, чтобы ты добровольно лишил себя всего? — Кривлюсь, застывая на последней ступеньке, и ловлю на себе любопытные взгляды родных.

— Я сделал это ради того, чего ты не знаешь.

— И что это? — усмехается отец, садясь на стул и обхватывая голову.

— Любовь.

— Что?!

— Я люблю её, отец, и готов отдать ей всё.

— Дурак! Вот дурак! Не знал, что я воспитал такого идиота! — Так, с меня хватит. Никто не смеет отчитывать моего жениха, кроме меня.

Срываюсь с места и вбегаю в столовую, где сразу подхожу к Саше и крепко обнимаю его, а он, словно не веря, замирает и смотрит на меня, боясь прикоснуться.

— Мой ответ «да», я дам нам шанс, — шепчу в его грудь и только потом чувствую крепкие тёплые объятья.

Если уж Александр не побоялся пойти против своей семьи и отдал мне всё в прямом смысле (так как в папке оказались не только бумаги на фирму, но и на пару квартир с машинами), то… Это действительно большая жертва. И я приняла её.

— Спасибо! Обещаю, ты не пожалеешь! — шепчет мне в макушку и сжимает ещё сильнее.

— Хитрая и умная. Сам не оценил, — раздаётся голос Гордеева-старшего, про которого мы, кажется, и забыли. Ну ничего. Сейчас наверстаю.

— Михаил Петрович, и вам хорошего дня. Какими судьбами? Пришли проверить, жив ли ваш сын?

— Пришёл посмотреть на ту, кто обобрал его до нитки!

— Ах, это… И как? Нравлюсь? — спрашиваю, делая шаг вперёд и кружусь, хитро подмигивая Саше, которому, кстати, явно по душе мой наряд.

— Недооценил, моя оплошность. Но я всё исправлю. Просто отменим свадьбу, а мои юристы всё отсудят! Саша, собирайся, мы уезжаем!

Это шутка? Как он вообще обращается с сыном? Он ведь не игрушка. И не девица, чтобы ему приказывать. Александр — взрослый мужчина. Только вот папаша явно про это забывает.

— Мой жених никуда не поедет! А вы, если так хотите, можете не приходить на свадьбу. Я не сильно расстроюсь, обещаю!

— Ах ты, дрянь! — выплёвывает, гневно смотря в мою сторону, но меня этим не пронять.

— Ещё какая! И горжусь этим!

— Александр!

— Отец, тебе лучше уехать. И да, я не оставлю свою невесту!

— Ненормальный! Она же тебя бросит! Ведь всё, что было, ты уже отписал ей!

— Не всё, — произношу, оборачиваясь к жениху, который с нежностью смотрит на меня. — У меня ещё нет его любви. Но мы же это исправим?

— Конечно!

— Да вы оба больные! Ноги моей здесь больше не будет. — И, быстро встав, отец Саши покидает столовую и не видит, как его сын притягивает меня к себе и дарит сладкий утренний поцелуй.

— Вот видите, с ней всё хорошо, а мы тут точно лишние. Так что поехали, вечером поболтаете, — звучит голос Сергея, а потом хлопает дверь, и мы остаёмся одни.

Саша отстраняется, только когда я начинаю задыхаться. Даёт мне сделать вдох, но из объятий не выпускает.

— Ты правда простила меня?

— До первой промашки!

— Её не будет, обещаю!

— Я очень на это надеюсь. И, Саша, то, что ты отписал, — это слишком. Я верну тебе бумаги.

— Не стоит.

— Почему? Я же, получается, и правда всё у тебя забрала.

— Ты не забирала. Я отдал сам. И так как теперь я практически бедный, то буду сидеть на шее у любимой жены, которой придётся обо мне заботиться, — смеётся, разворачивая меня к столу, который опять ломится от блюд.

— Признавайся, это не ты готовил?

— Я! — произносит гордо и подводит меня к столу, чтобы потом помочь сесть за него.

— Но ты ведь не умел готовить. Насколько я помню, у тебя и яичница сгорала, а тут фуршет!

Александр посмеивается и садится рядышком со мной.

— Не только у тебя были непростыми эти шесть лет. Ты залечивала дыру в груди работой, а я — готовкой. Смешно, наверное, звучит, но мне правда понравилось. Никто не кричит, не отвлекает, полный полёт фантазии. Если приготовил невкусно, тут только твоя вина.

— Так ты будешь у нас домашним поваром?

— Судя по тому, что у меня теперь нет работы, думаю стать домохозяином. Или правильнее сказать домохозяйкой? Буду готовить, убирать, встречать вечерами любимую жену… Знаешь, пока я вчера бродил по дому, понял, что лентяйничать не так и плохо. Во время твоего отсутствия буду спать и фильмы смотреть!

Александр расписывает прелести посиделок дома, а я просто не могу представить его в фартуке на кухне или с метёлкой. Да и кто я такая, чтобы губить такого специалиста? К тому же я знаю, куда применить его навыки отменного руководителя.

— Прости, родной, не хочу обламывать твои мечты, но работать тебе придётся не меньше, чем мне. Одна я всё не вывезу.

— Нет, Крис, я отдал тебе компанию и больше к ней не притронусь! Это моя плата!

— А я сделаю слияние, и ты будешь руководить совсем иной организацией! Саша, мне нужен компаньон по работе и по жизни. Прошу, не сваливай такой большой груз на мои хрупкие плечи. Я ведь и правда уже стала уставать. Так как, мир? — спрашиваю и протягиваю ему свой мизинчик.

Жених с неверием смотрит на меня, а я думаю, неужели он и правда поверил, что я оставлю его без любимой работы?

Да, я попросила широкий жест самопожертвования, и он доказал, что готов на такое! Теперь моя очередь доказать, что я не такая и пропащая стерва, что во мне есть свет, просто я мало кому его показываю.

Александр смотрит на мой мизинец, а потом лезет в карман штанов и достаёт бархатную коробочку.

— Я хотел сделать предложение позже, но, думаю, сейчас не менее подходящий момент. Родная, это кольцо давно ждёт свою хозяйку. Я купил его ещё шесть лет назад, и теперь время пришло.

Саша опускается на одно колено, а потом, смотря мне в глаза, говорит:

Князева Кристина Аркадьевна, я обещаю любить тебя и никогда не отпускать. Я буду рядом и в богатстве, и в бедности, буду утирать твои слезы, когда ты будешь грустить, и буду смеяться, когда ты будешь счастлива. Я уберегу тебя от всех бед, только будь рядом! Ты выйдешь за меня?

Он раскрывает коробочку, и на меня смотрит красивый овальный бриллиант в золотой оправе. Довольно крупный камень буквально сияет в лучах солнца, отбрасывая на стены радугу.

Как же красиво и, чёрт, романтично! Пусть это не ресторан и не Париж, мне нравится именно такая семейная и тёплая обстановка.

Я протягиваю руку и киваю.

— Я согласна. Но учти, теперь тебя тоже никто не отпустит. А если и отпустит, то только на тот свет!

— На меньшее я бы и не согласился!

Колечко занимает своё законное место, а я понимаю, что счастлива! Просто по-девичьи счастлива!

— Чёрт, Гордеев, только брось меня, и я тебя точно грохну! Развода у нас не будет, только могила!

— Куда ты, туда и я! А теперь это срочно нужно закрепить, пока ты не передумала! — И, подхватив на руки, меня уносят в спальню, где наглядно показывают, как сильно меня любят!

Неужели я позволю себе быть счастливой? Но сперва нужно закончить ещё одно важное дело. Ох, скорее бы свадьба!