Глава 59.

– Да, отец, – ответил Шахрам одновременно с долей тревоги и облегчения, что звонок уберег его от ошибки. – Что случилось?

– Это ты у меня спрашиваешь что случилось? – хмуро переспросил мужчина густым чуть с хрипотцой голосом. – Мне позвонила Амина. Вся в слезах. Сказала, что ты ее хочешь бросить! Это что за новости, сын?!

Шахраму до ужаса не хотелось выпускать его хулиганку из объятий. Даже если она услышит разговор, а голос отца Шахрама невозможно было не услышать, то лучше так, чем хоть на секунду лишить эту девочку мужского тепла и защиты.

– Отец, я все уже решил, – хмуро сообщил Шахрам, проводив Сафину до бархатного темного дивана. Он сел боком к спинке и с удовольствием вытянул ноги, а девушку насильно усадил к себе на колени и склонил ее голову к себе на грудь. – Пусть хоть кому плачет! С ней я больше жить не буду. Я обещал ей во всем помогать, пока она не найдет себе нового жениха…

– Нового жениха?! – воскликнул отец. – Это что за передача из рук в руки? Она, по-твоему, вещь?! Ты ее столько лет под боком держал, чтобы наиграться и отдать другому? Где твоя совесть?! Разве так я тебя воспитывал? Такое отношение к женщине ты перенял?!

– Я уже не мальчик, – Шахрам спокойно держал оборону, крепко прижимая к себе хрупкую девушку, которая и не думала вырываться. – Я имею право выбирать с кем я хочу быть, а с кем нет. Я не люблю ее. И никогда не любил.

– А что ж ты тогда делал с ней все эти годы?! – отец свирепел с каждым ответом сына все больше. – Я закрыл глаза на ваши «свободные отношения», хотя это противоречит нашим традициям. Думал, ну сейчас ты наиграешься со своим лагерем, займешь должность в прокуратуре и остепенишься в конце концов! А ты окончательно с этими своими подростками всю совесть потерял!

– Отец, – устало выдохнул Шахрам. – Ты прекрасно знаешь, что я никогда не хотел работать в прокуратуре. У меня свое дело. И я его не брошу. Ругай меня как хочешь, но от своего слова и тем более от дела я не отступлю. Я все решил. Амина только зря потеряет время, если будет пытаться вернуть меня.

– Но в чем причина?! – недоумевал отец. – Что тебя так выбило?

Шахрам прижал голову Сафинки к своей груди и закрыл ей уши, так как понимал, что сейчас полетят оскорбления в сторону его ранимой хулиганки.

– Я думаю, Амина и так тебе уже все доложила, – холодно ответил он.

Отец помолчал пару секунд, а затем взорвался от гнева.

– Да, я знаю причину! Ты связался с какой-то малолеткой! Конченной неуправляемой преступницей!

Сафина вся сжалась на груди Шахрама, и он понял, что она все слышит. Но если он уединиться сейчас, она надумает себе неизвестно что. Он не мог ее отпустить даже сейчас!

– Это не так, – Майор сжал челюсть. – Я никому не позволю так говорить. Ни с кем я не связался. Я просто понял, что не хочу семью с Аминой.

– А с этой малолеткой, значит, хочешь?! – бушевал отец. – Ты в своем уме?! Ты понимаешь, что у этой твоей девки в голове? Да она специально тебя окрутила, чтобы ей срок скостили! Выпустишь ты ее, и что?! Она тут же пойдет промышлять старым делом! А о тебе со смехом будет вспоминать, что нашелся такой глупец!

– Отец, перестань, – уже заметно напрягся Майор. – Меня трудно обмануть. Я не буду жить с Аминой, и точка. Все остальные свои дела, я буду решать сам. Если ты не принимаешь мою сторону, я не буду навязывать тебе свое мнение. Я слишком уважаю тебя, чтобы ругаться. Я виноват перед Аминой. Я готов ей помогать. Но своего решения я не изменю.

Сафинка тихо всхлипнула на груди Шахрама, и мужчина обнял ее еще крепче.

Бедняжка. Опять ее несправедливо в чем-то обвиняют. А она все терпит.

– Это абсурд! – сердился отец, понимая, что не добьется от сына даже объяснений. – Кто эта девица? Скажи мне!

– Нет, – Майор перевел взгляд на Сафину и открыл ей уши. Эти слова она должна услышать. – Эта девушка здесь абсолютно не при чем. Она не заслуживает тех слов, что ты сказал про нее. Я буду счастлив, если она останется со мной. Я еще не встречал более искреннего и доброго человека. Я готов за нее бороться. Бороться даже против тебя, отец. Потому что это именно то, чему ты меня всю жизнь учил: бережно относится к женщинам. Я должен ее защищать, потому что никто, кроме меня этого не сделает. А сейчас прости. Я больше не буду обсуждать эту тему. Я всегда рад с тобой поговорить, но, если ты заговоришь со мной об Амине снова или еще раз оскорбишь мою воспитанницу, я буду вынужден прекратить общение.

Майор решительно разъединил разговор и выключил телефон.

Встретившись с благодарными полными слез глазами Сафинки, он понял, что не зря сказал все это. Неважно поймет его отец или нет. Главное, чтоб его поняла эта маленькая хулиганка Сафина.