Глава 15

Больше чем очередное задание, связанное с целованием Невзорова, меня не радовала новая заявка на вступление в сообщество с ещё пустой, явно фейковой, страницы Вконтакте. Но ко всем новичкам требования одинаковые, которые рассылаются автоматически, стоит подать заявку. Необходимо написать в ответном сообщении реальные ФИО и сфотографировать студенческий. Я же не глупая, чтобы всех подряд принимать. Администрация сообщества, то есть я, обещает сохранить конфиденциальность данных, но без них вступление невозможно.

Чует моя попа неладное. Давно уже никто не добавлялся, всех лишних я отсеяла ещё в самом начале, а тут сразу после моего провалившегося задания новая заявка.

Ох-хо-хошечки…

К универу подъезжала с опаской, мало того, что все мои мысли заняты Невзоровым, ещё не хватало столкнуться с ним. Лучше бы он вообще не замечал моего существования.

Спрыгнула со скейта, подхватила его под мышку и, озираясь, поспешила к универу. В кармане завибрировал телефон. Достала его на ходу и открыла сообщение.

Ещё один заказ на курсовую… это хорошо, как раз деньги нужны. С этим спором… мне понадобится новый парик, наверное, возьму брюнетку…

Написала, что выполню за два дня, оплата вперёд, как обычно, и попросила прислать методическое задание. Хотела уже убрать телефон обратно, как на кого-то налетала. От удара меня отбросило назад, скейт полетел в одну сторону, телефон в другую. Я успела приподнять голову, чтобы не удариться, но отбила спину.

— Твою же… удачное начало дня… — пробормотала, пытаясь подняться и понять, куда полетел телефон.

— О, малышка-бунтарка, ты как? — приятный с хрипотцой голос заставил поднять голову. Близкий друг Невзорова улыбался той самой скучающей улыбкой человека, которому пресытилась сама жизнь.

— Ольшанский… — протянула обречённо и, отпихнув его руку, стала подниматься.

Парень издал приглушённый смешок, затянулся сигаретой и метко бросил окурок в урну.

— Малыш, ты с таким придыханием произносишь мою фамилию, могу возбудиться.

Самое смешное, что Ольшанский, наверное, единственный из компании Невзорова, кто знает о моём существовании с первого курса. Нет, мы не друзья, не приятели, и даже не знакомые. Просто…

Тогда я собирала по универу пожертвования на лечение сбитой собаки. Приют не мог оплатить такую сумму самостоятельно. Мне с трудом удавалось привлечь внимание студентов, большинство просто смеялись надо мной, другие сыпали мелочь, но этого было мало. Тогда и появился Ольшанский.

«— Ну что, бунтарка?.. плохи твои дела? — поинтересовался он, заглядывая в мою коробку для пожертвований, а через пятнадцать минут вернулся с рупором».

Оказалось, у Ольшанского удивительные ораторские способности, дар убедительности и, вообще, он прекрасный маркетолог. На его предложение поцеловать его в щеку, ну или губы, сфотографироваться вместе, всего за сто рублей, из девчонок выстроилась длинная очередь. Тогда я поняла, что не следует чего-то бояться или стесняться, иногда стоит быть понастойчивее и на следующий день вышла с синтезатором на площадь, где и познакомилась с Саней… так всё и началось.

— Твой дроволёт. Господи, на чём он работает, на солнечной батарее? — усмехнулся Ольшанский, протягивая мне мой телефон. — Не разбился?

— Твоими молитвами, — процедила в ответ, притворно улыбнувшись. — До свидания, надеюсь, больше не увидимся.

На самом деле я была обязана Ольшанскому за помощь, но он тогда не принял моей благодарности. Сказал, чтобы я не парилась, ведь сделал это не ради меня и не ради собаки, он просто развлекался, потому что ему было скучно. После того случая мы, если и общаемся, то только так, в язвительной манере.

Наклонилась, подняла скейт и печально посмотрела на свои испачканные брюки.

— Могу помочь отряхнуться, — многозначительно произнёс он, бесстрастно за мной наблюдая.

— Тебе что, заняться больше нечем? — хмыкнула в ответ. — Иди уже, там твои друзья, — мотнула головой, заметив мотоцикл Невзорова, въезжающий на парковку.

Ольшанский криво усмехнулся и склонил голову набок.

— Давай пообедаем вместе, есть разговор, — произнёс он, развернулся и двинулся навстречу Невзорову, который уже снял шлем и внимательно смотрел в нашу сторону.

Бр-р… аж мурашки по телу побежали.

Быстро отряхнулась и поспешила на занятия. Боюсь представить, о чём хочет поговорить Ольшанский. Ох, чую-чую неприятности, будто мало мне их.

— Привет, Лис, — поздоровалась староста группы, стоило мне войти в аудиторию. Девушка сидела в первом ряду и сейчас включала ноутбук.

— Привет, — поздоровался Женя, капитан баскетбольной команды нашего универа.

… приветы сыпались со всех сторон.

У меня отличные отношения с одногруппниками, и я хочу, чтобы они таковыми и оставались, но дурацкое пари с поцелуем Невзорова может всё испортить. Как мне его, блин, поцеловать прямо в универе и остаться неузнанной?

Мажор на этот раз так просто меня не отпустит. Наверняка попытается задержать, сорвёт парик… Нужен отвлекающий манёвр…

После третей пары вышла из аудитории и едва не получила сердечный приступ, когда Ольшанский отлепился от стены и, взяв меня под руку, повёл в другую сторону.

— Нам туда, — сообщил он и выпустил меня.

Моё сердце всё ещё испуганно стучало в висках.

— Спятил?.. так напугать… — выдохнула, прижимая руку к груди.

— Я могу сделать тебе прямой массаж сердца, — парень красноречиво поиграл бровями.

— Сделай себе прямой массаж мозга, пожалуйста, — приторно-сладким голосом протянула в ответ.

— Вот за это ты мне и нравишься, — лениво прокомментировал Ольшанский, прикрывая зевок…

Оставшийся путь до кафешки в корпусе юристов шли молча. Я даже не удивилась, что он выбрал именно это место. Во-первых, тут нет Невзорова и Ко, во-вторых, меня тут никто не знает, но смущало то, что тут все знают Ольшанского, ведь это его факультет.

На нас смотрели даже сотрудницы кафе на раздаче, как мне показалось, уборщицы и пауки из своих углов, не говоря уже о хорошеньких студентках, которым Ольшанский без зазрения совести подмигивал.

— Рот не болит всё время улыбаться? — скептически поинтересовалась я.

Ольшанский отодвинул для меня стул.

— Не болит, у меня были долгие годы тренировок. Садись, — велел он, а сам отправился в буфет, видимо, за кофе.

Ольшанский взял себе чашку американо, а мне притащил латте и лимонный чизкейк.

— Надеюсь, ты ешь сладкое.

— Съем из принципа, не переживай, — подтянула к себе блюдце и взяла ложечку. — Ну? Давай уже ближе к телу… то есть делу, — притворно улыбнулась и отсалютовала ложкой с кусочком пирожного.

— С тобой удивительно приятно иметь дело, — оскалился Ольшанский, помешивая напиток. — И это даёт тебе автоматическую защиту, прости малыш, но я не сплю с теми, кто мне хоть немного интересен, как личность.

— Думаешь, я расстроюсь? — отозвалась флегматично, выгнув бровь.

— Ну мало ли… я должен был предупредить, — усмехнулся он. Понятно, дурачится, как обычно.

— По делу, — напомнила и съела ещё кусок чизкейка, ни капли не стесняясь.

— Вчера я подал заявку в твоё сообщество, — беспечно произнёс он, внимательно наблюдая за моей реакцией, но её не последовало. Несмотря на быстро забившееся сердце, я продолжила спокойно есть. — В этом не было особого смысла, но признаться, мне стало любопытно. На самом деле я особо не удивился узнав, кто владелец сообщества. Мне только интересно, ты и была Капризой?

— Как узнал? — поинтересовалась, поднимая деланно-равнодуший взгляд. — Заплатил айтишникам?

— Ну-у… есть связи, — протянул Ольшанский. — Знаешь же, по IP-адресу несложно вычислить владельца, даже если регилась с левой страницы. Вот если бы ты с чужого компа создавала сообщество… но у тебя же нет чужого компа?

— Боже, какая проницательность, — протянула бесстрастно и припала губами к трубочке. — Латте потрясающий, спасибо.

Ольшанский усмехнулся.

— Ты не особо переживаешь, что тебя раскрыли.

— Не вижу смыла, — вздохнула в ответ и откинулась на спинку стула. — Если ты меня позвал, значит, что-то нужно или что-то задумал, иначе Невзоров бы уже всё знал. А он не знает, как я поняла. Вопрос только в том, чего ты от меня хочешь?

— Не удивительно, что Стас тобой так заинтересовался, — хмыкнул он, проигнорировав мой вопрос. И признаться, дрогнуло не только сердце, но и «загорелись» кончики ушей. Хорошо, под волосами не видно… — Я ведь не ошибаюсь: он вчера провёл с тобой почти весь день, верно?

Закатила глаза и взяла стакан с кофе.

— Ага, пытался уговорить меня стать личным рабом по уходу за собакой, — Ольшанский скептически усмехнулся. — Так чего ты хочешь? — повторила я.

— Да ничего особенного, — отмахнулся он. — Сделай так, чтобы Невзорову так просто не досталась «победа». Я ему ничего не скажу, придумаю что-нибудь, но рано или поздно Стас полезет сам проверять, к этому времени ты должна удалить страницу Капризы, а вместо себя назначить другого админа. Поняла?

— Я смогу это сделать только в следующий понедельник, — вздохнула напряжённо.

— Ну, до понедельника он не очнётся, — заверил Ольшанский и допил свой кофе. — Только, если хочешь, чтобы Стас действительно отстал, лучше признайся.

— Думаешь, от этого ситуация станет лучше? — поморщилась и потёрла переносицу.

— Ладно, малыш, — Ольшанский поднялся и похлопал меня по плечу. — Я в тебя верю, будь осторожна, — подмигнул, но не так пошло, как своим поклонницам, скорее по-дружески, и направился к выходу.

Но не тут-то было. В кафе вошёл Невзоров.

Вот ведь, проклятье!.. чертыхнулась про себя, желая сползти под стол, но было уже поздно, меня обнаружили…