Глава 35

Бони, в отличии от меня, была рада оказаться у Невзорова дома. Стоило только переступить порог его пентхауса, как она удивлённо-одобрительно присвистнула и стала озираться.

— Малыш, — позвала я, опускаясь на корточки, ещё даже не раздевшись. — Малыш, — протянула с улыбкой и погладила радостно-повизгивающего щенка по голове. Он ластился, пытался на меня запрыгнуть и облизать лицо.

— Мне ты так не радуешься, — заметил Невзоров.

— Не было причин, — хмыкнула в ответ и с трудом оторвалась от собаки. Выпрямилась и стянула с головы шапку. — Ну? Ты уходишь?

— Еду вам заказываю, — усмехнулся Невзоров, показывая на телефон. — Буду примерно через два с половиной часа, успеешь на свою репетицию.

— Пожалуйста… — устало выдохнула, потирая переносицу, — не злоупотребляй моей добротой. Разве ты не нанял на работу Анастасию?

— Уже простился с ней, — произнёс Невзоров и подтвердил оператору заказ. — Она абсолютно бестолковая, и я понял, что только ты можешь позаботиться о Малыше.

— Какие громкие слова, — закатила глаза и вытолкала мажора за дверь. Пусть уже катится на свою работу и не тянет время.

Мы с Бони приступили к уборке. Поменяли пелёнки, намыли полы и стали купать Малыша. Взбили из его шампуня нереальную пену и сами в ней испачкались. Малыш игрался, пытаясь укусит струи воды из душа, как в дверь неожиданно позвонили.

— Кто это может быть? — насторожилась Бони.

— Ольшанский, наверное, больше некому, — поднялась, вытерла руки и вышла в прихожую.

Моя ошибка в том, что я открыла дверь, не посмотрев в глазок. Посмотрела бы, не открывала. Ужасная неосмотрительность с моей стороны, но в памяти отложились слова Невзорова, что к нему никто, кроме друга, не ходит…

… на пороге стоял мужчина.

Вдоль позвоночника пробежал дурной холодок и осел комом в горле. Сложно не догадаться кто этот мужчина и почему на меня так жёстко смотрит.

Устало потёрла глаза и пропустила его в квартиру, попутно представляясь.

— Демидова Алиса, но вы, наверное, и так знаете.

— Знаю, — ответил мужчина, собираясь пройти в кухню.

— Обувь, — ровно произнесла я, а когда он повернулся, пояснила. — Обувь снимите, мы полы мыли.

Мужчина скептически выгнул бровь, но туфли всё же снял. Хорошо не стал уточнять кто это «мы».

— Виктор Георгиевич Невзоров, — представился он, проницательно глядя мне в глаза. — Поговорим?

— Чай, кофе… воды? — поинтересовалась, проходя в кухню. Спохватилась и повернулась к мужчине. — Прошу прощения, Виктор Георгиевич, я на одну минуту. Присаживайтесь, — махнула рукой, а сама рванула в ванну.

Бони уже вытирала Малыша.

— Посидите здесь, пока, — шепнула виновато.

Подруга нахмурилась.

— Это не Ольшанский? — догадалась она.

Помотала головой, вышла и плотно закрыла дверь.

Отец мажора сидел за столом, так, будто находится в своём кабинете, а я провинившийся сотрудник, который пришёл на ковёр к начальству.

Я не спешила садиться, а сначала поставила чайник.

— Алиса… — мужчина сцепил пальцы в замок. — Я буду краток. Мне не нравится то, что мой сын отвлекается от дел и волочится за тобой.

Против воли, на моих губах заиграла усмешка.

— Виктор Георгиевич, пока вы не зашли дальше, хочу сказать, что вам не о чем волноваться. Я не из тех, кого интересуют деньги и… даже если бы захотела быть со Стасом, есть одна очень большая проблема.

— И какая? — иронично улыбнулся Невзоров старший. — Ты замужем? Беременна? Лесбиянка?

— Моя мама, — ровно перебила я. — Она не позволит, чтобы меня хоть что-то отвлекало от учёбы, у неё есть план, и она его придерживается. И… она на дух не переносит мажоров.

— А ты часто слушаешься маму? — отозвался он, склонив голову набок. — Она знает, что ты побираешься на улице? Играешь в группе с никчёмными фриками? Таскаешься по питомникам?

Развернулась и выключила чайник, чтобы скрыть волнение. Тревожно закусила губу, ощущая, как грохочет сердце.

— Не знает, — констатировал этот бесцеремонный человек. — Если хочешь, чтобы твоя мать и дальше оставалась в неведенье, держись от Стаса подальше.

— Ваш сын уже взрослый, — произнесла, повернувшись.

— Что?

— Ваш сын уже взрослый и сам решает с кем ему общаться, я не в праве ему запретить. К тому же… он обладает нереальным упрямством.

— Решать тебе, — усмехнулся Невзоров, поднимаясь.

— Рассказывайте, — произнесла ровно.

Он повернулся, удивлённо вскинув брови.

— Рассказывайте, так будет проще, — повторила я. — Моя мать давно грозилась перевести меня в Лондон по обмену, тем более, что моя кандидатура была выдвинута. Так что вперёд. Если останусь здесь, Стас не отстанет, он не собака, чтобы выполнять чужие команды. И вы… это понимаете. Хотите держать его возле себя, пожалуйста, карты в руки. Только учтите, он скорее всего полностью отвернётся от вас, — обворожительно улыбнулась и отсалютовала чашкой. Пустой, правда, но не суть.

Невзоров старший поиграл желваками и сгинул, хлопнув дверью. Облегчённо выдохнула и съехала по стеночке на подозрительно ослабевших ногах. Меня трясло.

Из ванной выглянула Бони.

— Ушёл? Кто это был?

— Отец Стаса, — растёрла лицо ладонями и тяжело вздохнула, но из ванной выскочил Малыш и не позволил мне грустить.

Зализал до смерти… смеясь, пыталась от него отбиться, но щенок, словно чувствовал моё упавшее на дно настроение и очень старался поднять его.

— Ну хватит баловаться, — осадила подруга, забирая щенка. — Сейчас еду привезут, поднимайся.

— Ага, — натянуто улыбнулась и поплелась в кухню…