Глава 5

На площади к нам, наверное, уже привыкли. Да и мы привыкли. Давно ушли страх и стеснение, которые были поначалу, мы открылись людям, этому миру, а мир открылся нам. Очень быстро мы осознали, что иногда стоит рисковать и не стоит бояться сделать шаг. Нам всё равно, что о нас подумают, что о нас будут говорить, ведь пока есть люди, которым нравятся наши выступления, пока они улыбаются и аплодируют, мы будем выступать…

Денька виртуозно играет на гитаре, сходу подбирает аккорды на любой мотив, способен на слух воспроизвести мелодию, которую слышал лишь один раз. А Саня божественно, без преувеличения, поёт. У него удивительный тембр голоса, он способен брать как низкие, так и высокие ноты, легко переходя с одной тональности на другую. Миха барабанщик. Казалось бы, ну подумаешь, барабанщик, но нет, Миха вытворяет с палочками что-то просто нереальное. Когда наблюдаешь за его игрой, на руках выступают мурашки, а ещё он жуткий выпендрёжник.

Они потрясающе талантливые ребята и предстоящий музыкальный конкурс мирового уровня The music forever — их пропуск в большой мир, но чтобы попасть на него — предстоит пройти отбор.

Я не беру на площадь синтезатор, потому что лишний раз не хочу касаться клавиш. Слишком много боли и разочарования принесла мне музыка, слишком сильны воспоминания с ней связанные. Но я играю ради ребят, пока они не найдут другого клавишника.

Чем же я тогда занимаюсь на площади? А я танцую. Отдаюсь танцу целиком и полностью, как это делает Миха, он тоже не таскает с собой барабаны, слишком тяжёлые. Денька играет, Саня поёт, а мы зажигаем.

Ритмично двигаемся под знаменитые зарубежные хиты, легко смешивая стили и не боимся выполнять сложные трюки на радость публике.

Наш танец — это всегда сражение. Смесь страстного танго, зажигательной бачаты, и чувственного вальса. Иногда Миха танцует хип-хоп, а я радую зрителей гибкостью, исполняя джаз-модерн, или джаз-фанк. За пару часов собираем прилично и делим эту сумму между всеми поровну.

Миха в последний раз наклонил меня, заставляя прогнуться в спине, поставил на ноги, а я встала на руки, плавно опустилась на «мостик» и вышла из него, выпрямившись и снимая шапку.

— Спасибо! Спасибо за внимание и улыбки! — воскликнула, пытаясь отдышаться и пошла по кругу, собирая деньги.

— Вы клёвые! — крикнула девчонка из толпы.

— У-у-у! — нам не переставали хлопать и свистеть.

…завтра очередное видео появится на Ютуб.

— Мо-лод-цы! Мо-лод-цы!.. — хлопали и кричали девчонки.

— Спасибо, — сдула чёлку с глаз и замерла, увидев, как в шапку упала пятитысячная купюра. Медленно подняла взгляд и скептически выгнула бровь.

Ухмыляясь, на меня смотрел Невзоров, но взгляд источал равнодушие и холод.

— Забери, — ровно произнесла я. — Давай.

— Шутишь? — устало поинтересовался он. — Мне нужна твоя помощь, пойдём, — и бесцеремонно потянул меня за руку. Едва шапку не выронила.

— Я не помогаю за деньги! — вырвала руку и пихнула шапку подошедшему Михе.

— Лис, у тебя проблемы? — настороженно поинтересовался друг, внимательно рассматривая Невзорова.

— Да никаких, — отмахнулась я. — Только верни этому мажору деньги, — сунула руку в шапку, взяла купюру и протянула обратно.

Невзоров криво усмехнулся.

— Цену набиваешь? Сколько вы получаете, занимаясь попрошайничеством? Я дам больше.

Миха дёрнулся, словно хотел ударить, но я выставила руку, ощущая, как в груди ядом разливается гнев.

— Это кто вообще? — рядом встал Саня.

Стиснула челюсти, повернулась к ребятам, найдя в себе силы улыбнуться:

— Не обращайте внимания, соберите деньги, а то люди уже расходятся, а я отойду на минуту, — схватила за куртку этого невоспитанного индюка и потащила в сторону, подальше от любопытных глаз.

— Эй? — флегматично обратился он.

— Не эйкай! — огрызнулась в ответ и отпустила его. — Что ты себе позволяешь? Разбрасываешься деньгами, называешь меня и моих друзей попрошайками, но хочешь, чтобы я тебе помогала?

— Ты тратишь моё время, — холодно произнёс Невзоров, взглянув на наручные часы. — Тебе нужны деньги или нет?

— Ар-р!.. — зарычала, закатывая глаза и выдохнула. — Между попрошайничеством и выступлениями большая разница. Мы трудимся, а не сидим с протянутой рукой. Это работа, мы берём деньги за работу. А помогаю я просто так, но тебе помогать — нет желания, извини, — сунула деньги мажору и развернулась, желая поскорее вернуться к друзьям.

— Да постой же!.. — меня дёрнули за шкирку, словно котёнка, а я едва смогла устоять на ногах. — Тогда я предлагаю тебе работу, — серьёзно произнёс Невзоров, глядя мне в глаза. — Мне нужно в зоомагазин, я понятия не имею, что нужно щенку, а поиски подходящего человека займут время. Неужели бросишь животное на произвол? — с вызовом поинтересовался он.

— Вот ты… гад, — выругалась вслух, зло сощурившись. — Запрещённый приём…

— Я знаю, — спокойно произнёс он, вынимая из кармана ключи от машины. — Ну? Согласна потрудиться один вечер за деньги? А потом я тебя отвезу домой.

— Сама справлюсь, — обречённо вздохнула. — Минуту, только скажу парням, что…

— Нет времени, — отрезал Невзоров и внезапно подхватил меня на руки. Перекинул через плечо и быстро понёс к своему джипу.

Даже пискнуть не успела, а ребят обступила толпа, они были заняты сбором денег.

— Ты просто невыносим, — констатировала, спрыгивая на землю. Ладно, напишу Сане смс.

Невзоров распахнул дверь.

— Садись, — велел он, заталкивая меня в салон.

— Эй?! А поласковее нельзя? — возмутилась, пытаясь пригладить волосы.

— Я и так ласков, — глядя мне в глаза, произнёс он, и пристегнул меня ремнём безопасности.

Фыркнула и обернулась назад.

— Ты оставил щенка одного в машине? — удивлённо спросила, как только мажор сел за руль.

— А куда бы я его дел?

— С собой взял, — произнесла очевидное. — Нельзя собак оставлять в машине, знаешь сколько было летальных исходов?

— Нет, откуда мне знать? — бесстрастно поинтересовался этот непробиваемый парень и завёл двигатель. Машина плавно тронулась с места.

Щенок так сладко спал, что улыбка на моих губах появилась сама собой.

— Устал малыш… — произнесла вслух, умиляясь.

Невзоров подозрительно на меня покосился.

— С животными ты другая, — наблюдательно заметил он.

— Животные не ведут себя, как придурки, — отозвалась и отвернулась к окну.

Я делаю это ради щенка. Да, ради него. Этот самовлюблённый индюк ему точно навредит. Вот помогу, а потом наши пути с Невзоровым снова разойдутся… До субботы, блин! Мне же ещё целовать его!

Откинула голову на подголовник и глухо застонала, закрыв лицо ладонями.

— И чего скулишь? — равнодушно поинтересовался он.

— Вспомнила, какой ты… а в общем неважно, — фальшиво улыбнулась и отвернулась.

Невзоров странно хмыкнул и сосредоточился на дороге…