Глава 46

Юсупов побагровел. Лицо князя пошло красными пятнами, челюсти сжались, а под левым глазом забилась жилка.

И чего он такой нервный?

Проще надо быть, проще, тогда и нервы сбережёшь, и люди к тебе потянутся, а то так и до инсульта недалеко.

— Ах ты, гадёныш! Да знаешь ли ты, с кем связался? Да я тебя...

— Знаем, проходили, — отмахнулся от аристо, как от надоедливого комара, чем ещё больше его взбесил.

Такого пренебрежения к своей персоне Юсупов наверняка ещё не встречал.

— Что здесь происходит? — раздался строгий голос вернувшейся Нинель, которая обеспокоенно переводила взгляд с меня на клиента заведения, не зная, на чью сторону встать.

— Всё в порядке, — поспешил я успокоить охранницу, — Просто небольшое недоразумение.

— Что? Недоразумение? Да этот наглый щенок...

Я опять перебил аристо.

— Если Вас что-то не устраивает, то можете вызвать меня на поединок, только формальности придётся обсудить позже, ибо я сейчас неимоверно занят. Опаздываю. Еслижелание подраться к моему возвращению останется, что ж, я с удовольствием надеру вашу высокомерную задницу, а пока вынужден попрощаться.

Теперь Юсупов уже не покраснел, а побелел от злости, но я не стал ждать, пока он решит что-нибудь предпринять в пылу ярости, вроде моего убийства голыми руками, ибо явно готов броситься вперёд и отметелить меня кулаками прямо здесь и сейчас, забив на цивилизованные методы решения конфликтов, поэтому ловко отскочил в сторону, и издевательски помахав рукой, побежал к выходу.

Не станет же он за мной гнаться?

Может, кому-то и показалось, что я поступил глупо и опрометчиво, нарываясь на скандал, но я считал совершенно иначе.

После скоротечного обучения у Петровича стало необходимостью проверить себя в реальной схватке. Нужны были бои, чтобы определить, насколько лучше я теперь оперирую заклинаниями не только во время одиночных тренировок, но и в момент опасности. Да и репутацию пора создавать, пускай наглого выскочки и задиры, но при этом сильного поединщика, непримиримого к своим врагам, ибо плестись в хвосте иерархической лестницы я не собирался. Необходимо было поставить себя вровень с высшими аристократами. Сделать так, чтобы со мной считались, и положить начало именно так — вступив в дуэль с Юсуповым и закатав его в асфальт, главное, чтобы тот не сдулся до вечера, но думается мне, этот индюк не простит обиду и обязательно дождётся, чтобы поквитаться за нанесённые оскорбления и поставить меня на место.

А ещё не допустить того, чтобы идиот решил драться до смерти. Сам я умирать не намеревался, но если бы случайно прибил парня, род Юсуповых не оставил бы меня в покое, даже несмотря на то, что я был в своём праве.

Юсупов, к его чести, не бросился за мной, а остался стоять, сжимая кулаки.

Беспрепятственно выскочив за территорию «Алых Парусов», я остановился и свободно выдохнул, только сейчас понимая, как сильно был напряжён всё это время.

Пришло время отправиться к нотариусу. Дела не могли ждать.

В голове тут же всплыл адрес необходимого человека, и я пошёл ловить такси — наземное.

Конечно, хотелось комфорта и быстроты, но я просто не знал, где находилась ближайшая стоянка воздушного транспорта, а возвращаться назад и спрашивать — не было никакого желания.

Контора Варзановского Бориса Антоновича находилась на улице Есенина. Если без пробок, то даже на обычной машине за полчаса я бы добрался до нужного адреса, а значит, решено...

Прибыв на место, огляделся, намереваясь увидеть бизнес-центр, но перед моими глазами предстал деревянный двухэтажный коттедж девятнадцатого века в купеческом стиле.

Стоило подойти к резной двери, как она распахнулась, и на пороге возник лакей в черной ливрее, вежливо поклонившись.

Я хмыкнул.

Мужчина только одеждой походил на клерка, весь его внешний вид кричал, что передо мной настоящий воин и неслабый маг. Наверняка, кто-то из личной охраны барона Варзановского.

Обычно аристо непосредственно сами не вели дела, предпочитая ставить на должности нотариусов, управляющих, директоров, бухгалтеров и тому подобное — членов клана, но встречались и исключения. Борис Антонович был как раз из их числа.

Поначалу хотел обратиться за помощью к другому человеку, но поразмыслив, решил, что Варзановский подойдёт намного лучше.

Клерк-охранник окинул меня скептическим взглядом, не пустив дальше порога, и поинтересовался:

— Вам назначено?

— Нет, — не стал врать, понимая, что ложь моментально раскроется, и меня даже не дослушав, вышвырнут вон.

— Прошу прощения, тогда я не могу допустить вас до Его Милости.

— Давайте это решит Борис Антонович. Просто передайте ему... — я наклонился и шепнул охраннику одну-единственную фразу. — Долг рода.

С этим не шутят, поэтому клерк нахмурился и кивнул. Взгляд его стал более настороженным и колючим, ведь неизвестно, что я могу потребовать в уплату своего долга, вдруг захочу жизнь его хозяина.

Улыбнулся, пытаясь сгладить впечатление. Не помогло.

Несмотря на нежелание сводить меня с главой рода Варзановских, охранник не мог отказать. Долг рода священен и не ему вставлять палки в колёса. Мужчина подвинулся в сторону, давая проход, чем я сразу воспользовался, зайдя внутрь помещения.

— Ожидайте, — скрипнул зубами клерк и скрылся в глубине коридора, а я огляделся по сторонам.

Бизнес-холл выглядел довольно уютно. В самом центре располагались два кожаных дивана с придвинутыми к ним кофейными столиками, чуть сбоку находилась стойка ресепшена. Стойкий запах кофе, от которого у меня потекли слюнки, и пара человек, вольготно устроившихся в ожидании своей очереди, листающих какой-то модный журнал и попивающих бодрящий напиток — произвели довольно приятное впечатление. На посетителей я не стал акцентировать внимание, прислонившись к стене и ожидая, когда появится охранник Варзановского с новостями, лишь мазнул взглядом по стойке, за которой разместилась симпатичная девушка с наигранной, словно приклеенной улыбкой, наливающая очередную чашку кофе развалившемуся на диване аристо.

Чуть скрипнула дверь, и тут же из-за угла показалась фигура клерка, который махнул мне рукой, призывая следовать за ним.

— Прошу Вас, Его Милость готов с Вами встретиться.

Сбоку послышалось недовольное шипение дамы, но я проигнорировал возмущённый окрик, направленный в мою сторону. Мужчина так и продолжил флегматично потягивать горячий напиток, лишь неоднозначно хмыкнул, и быстро вскинув глаза, вновь уставился в журнал. Видимо, узрел интересную статью, от которой не хотелось отрываться или же просто решил воспользоваться моментом и отдохнуть, дав себе передышку от повседневных дел.

Впрочем, меня это не касалось.

Прошёл вслед за охранником в кабинет нотариуса, минуя небольшой «предбанник» где расположилась секретутка, хотя — нет, так её язык не повернулся бы назвать, ибо это была дама бальзаковского возраста с тонкими поджатыми губами, высоким пучком волос на голове и взглядом бешеной собаки, который так и говорил — не подходи, загрызу. Не знаю, почему Варзановский предпочёл посадить в приёмной подобный экземпляр, не побоявшись, что своим внешним видом она распугает всех посетителей. Единственное, что приходило на ум — женщина слыла непревзойдённым профессионалом своего дела и была предана барону до мозга костей.

Секретарь окинула меня таким взглядом, словно проглотила лимон, а затем произнесла с нотками досады в голосе:

— Здравствуйте, Ваша Светлость. Не ожидала, что вы почтите нас своим присутствием. Когда я услышала о последних событиях, произошедших в вашем городском поместье, очень понадеялась, что вы обойдёте нашу контору стороной и решите попросить помощи у кого-то другого.

Тетка театрально вздохнула и опустила на мгновение плечи, словно на неё навалилась вся тяжесть Мира, но затем вновь выпрямилась как палка, и спрятав негатив, который только что пёр от всего её облика, с достоинством произнесла:

— Род Варзановских благодарен Вашему отцу за то, что он сделал. Для нас великая честь оказать помощь его сыну. Если Борис Антонович позволит, я лично прослежу, чтобы все ваши пожелания были выполнены.

— Ага, спасибо, — покивал головой.

Проследит, в этом я был абсолютно уверен. Из кожи вон вылезет, чтобы долг рода списался, и её руки оказались развязаны, а потом хоть трава не расти. Никаких обязательств, никакого гнёта и принуждения, а следовательно, меня можно смело сдавать законникам или дяде, причём получив от последнего неплохой куш.

Интересно, а сам господин Варзановский такого же мнения или действительно испытывает искреннюю благодарность?

Проверять не стану, себе дороже. На них такой долг висит, мама не горюй, а значит, требовать можно очень много. Сразу всё, конечно, не стану: понемножку, помаленьку, а там глядишь, долг сам собой перерастёт в союз двух родов, но это потом, когда я восстановлю справедливость и встану во главе клана Орловых.

А со старой грымзой придётся держать ухо востро. Нет, напрямую она мне напакостить не сможет, но вдруг отыщет лазейку в обход долга. Необходимо в ближайшем будущем приструнить мадам и дать понять, что, если рыпнется в сторону, получит неприятностей не только на свою задницу, но и подставит под удар тыл всего рода Варзановских.

Тетка умная: в разговоре ни разу не упомянула ни мою фамилию, ни имя моего отца, ни конкретную причину долга, говорила расплывчато и обтекаемо. Родовой долг— дело почти повсеместное, только вот вес его иногда мог быть почти неподъёмным. По словам женщины стало совершенно ясно — она меня узнала, да и наверняка была в курсе того, за что Варзановские были по гроб жизни обязаны Орловым.

В данный момент я просто проигнорировал секретаря и вошёл в кабинет барона, отбросив посторонние мысли и нацеливаясь на результат. Кровь из носу, но мне нужны были новые документы, причём нужны немедленно, точнее, до конца этого вечера.

Ушлая секретарь даже не думала сдавать позиции: забила на свою работу и, прошмыгнув позади меня в кабинет начальника, прислонилась к стене и замерла как статуя.

Только после того, как дверь захлопнулась, и мы остались втроём, Борис Антонович поднялся с кресла и, обойдя тёмный дубовый стол с резными ножками, протянул руку.

— Максим, рад с вами познакомиться. Я ведь могу обращаться к вам по имени?

— Да, конечно, — не стал настаивать я на официозе, но при этом чуть поморщился, понимая, что и барон почти мгновенно понял, кто я такой.

Каким образом это произошло?

Покопавшись в воспоминаниях Максима, я был полностью убеждён, что ни разу в своей жизни не встречался ни с Варзановским, ни уж тем более — с его секретарём.

Допустим, они видели меня на фотографиях и вырезках газет. Наверняка, моё фото сейчас блистало в полицейских сводках, но всё дело в том, что я менялся постоянно, почти с каждым днём моя внешность становилась всё более неузнаваемой. Если барон и мог лицезреть меня на бумаге или голограмме, то сто процентов в виде бледного, тощего, угловатого паренька с хитрыми настороженными глазами, а не юношу спортивного телосложения с обветренным лицом, потемневшей от загара кожей и уверенным, прямым взглядом.

Где он нашёл сходство? Я на отца ни капли не был похож, в отличии от того же Кости. Вот брат всегда казался идеальной копией отца, а я, видимо, пошёл в матушку. Если так подумать, то с сестрой матери у нас имелось довольно много сходства. Почему я раньше этого не заметил? Глазастая Шура сразу рассмотрела.

Ладно, это всё лирика.

Сейчас бы понять, как эти двое меня срисовали?

— Я слышал, Максим, что вы оказались в довольно скверной ситуации и наверняка беспокоитесь, каким образом мы раскрыли вашу личность? — поинтересовался Борис, заметив озабоченное выражение на моём лице.

— Действительно, так и есть.

— Не переживайте. Никому другому это не удастся. Вы сейчас сами на себя не похожи, по крайней мере на того мальчика, портрет которого показывают в ленте новостей. Просто мы с Инессой Аркадиевной вместе давали клятву вашему отцу.

Инесса Аркадиевна... Я покопался в воспоминаниях.

Ага, вот. Нашёл.

Это грозная мадам являлась двоюродной сестрой Бориса Антоновича, и насколько я помнил — его доверенным лицом. Она никогда не выходила замуж и держала стальной хваткой род Варзановских, включая братца, в своём маленьком, но цепком кулачке, играя роль серого кардинала, исподволь руководя кланом.

М-да, а тетка-то крута.

— Погодите, я что-то не понял, — помотал головой, а потом до меня дошло, — Вы хотите сказать...

— Да, всё правильно, молодой человек, — подала голос стоящая за моей спиной и всё это время молчавшая Инесса Аркадиевна, — Именно родовая клятва, данная Александру, позволяет нам с Борисом опознать в вас его преемника. Никто другой этого сделать не сможет, за исключением таких же должников, как мы.

Фу-х, ну хотя бы так, а то я уже испугался.

— Итак, чем мы можем вам помочь?

— Раз вы в курсе всей ситуации, то должны сами догадываться о причине моего визита.

— Документы, — озвучила Инесса Аркадиевна.

— Всё верно.

— Погодите, Максим, вы хотите, чтобы я подготовил для вас поддельное удостоверение личности? — барон нервно достал из кармана платок и протёр им мгновенно запотевшие очки, съехавшие на нос, — Не знаю, какого вы обо мне мнения, но могу заверить, что данная фирма подобными преступными махинациями не занимается и я при всём желании не смогу выполнить вашу просьбу, — постарался увильнуть от долга Варзановский, пытаясь сыграть на моей юношеской наивности.

— Борис Антонович, вы не поняли, я не прошу, я НАСТАИВАЮ, а могу и потребовать.

Нотариус скис, как позавчерашний борщ, и кивнул головой.

Его сестра закатила глаза, выдвигаясь вперёд.

— Боренька, если мне не изменяет память, там, — женщина указала в сторону коридора, — ждут посетители. Мы ведь не хотим скандала или недопонимания со стороны клиентов?

— Нет, — помотал головой Борис, ещё не совсем улавливая, чего именно хочет от него женщина.

— Так чего ты стоишь и ждёшь? Переходи в соседнее помещение и проводи с ними встречи. В коридоре сейчас находится Белевская, эта женщина, сам знаешь, несколько склочная особа. Удивляюсь, как она ещё не начала собственноручно ломиться в кабинет, ей ведь даже Леонид не преграда. Как пойдет тараном, не остановить и каменной стеной.

— А как же Максим? — нахмурился Варзановский, пытаясь решить дилемму.

С одной стороны, мужику явно не хотелось оставлять меня наедине с дорогой сестрицей, а с другой — портить репутацию фирмы, оттягивая встречи, тем самым увеличивая время ожидания посетителей.

— Инесса, ну как можно? Я всё же глава рода и ответственность на мне, — начал Борис, но баронесса его перебила.

— Я всё понимаю, но не переживай, с нашим гостем я разберусь сама.

Хе-х, занятно.

Фраза баронессы не осталась мной не замечена.

РАЗБЕРУСЬ — не переговорю, не побеседую, а именно разберусь.

— Инесса, если уж я не знаю, как помочь этому мальчику, то что можешь сделать ты? У меня нет выхода на людей, способных предоставить требуемое. Ты прекрасно понимаешь, что наша фирма никогда не опускалась до сотрудничества с бандитами.

На Бориса Антоновича было больно смотреть. Мужик аж посерел от осознания трагичности ситуации. Он действительно хотел мне помочь, может, не совсем помочь, скорее спасти себя и свой род от последствий невыполненного долга, только вот не знал как.

Перевёл взгляд на Инессу. Вроде бы выражение лица женщины не поменялось, но в глазах промелькнуло выражение, которое я считал следующим образом: «Как же ты меня достал, придурок, со своей вечной праведностью».

А ведь в отличии от брата, баронесса точно знала, что предпринять в моём случае.

Интересно.

Может быть и лучше, если мы с ней переговорим наедине.

Борис Антонович ещё пару минут переминался с ноги на ногу, пытаясь найти выход из положения, но в итоге сдался, перекладывая ответственность на Инессу Аркадиевну.

— Ладно. Я тогда вас оставлю. Максим, обговорите детали с баронессой, у неё имеются полномочия принимать решения от моего имени. Мы предоставим всё, что захотите, в пределах разумного, конечно, и несвязанного с криминалом.

Инесса вновь закатила глаза.

— Иди отсюда, люди ждут.

А я подумал, что уже сейчас, просто беседуя со мной, и не выдавая мою персону законникам, Борис Антонович совершал преступление.