– Девчонки, мы летим в отпуск.

Голос коллеги в аудиосообщении был до отвращения бодрым. Я терпеть не могу голосовые сообщения в чатах. Особенно если нет возможности их прослушать из-за шума или потому, что вокруг люди. Или потому, что не с той ноги встала. Ну или просто так.

Но это сообщение заставило взбодриться. В отпуск хотелось. Морюшко… Песочек.

– Ладно. А куда? – напечатала я быстро в чатик.

– Мы пока не знаем, – тут же выскочил ответ от Ни́льды.

– А с кем?

– Нас будет много, мы веселые, красивые, мы выпьем все коктейли в отеле, сделаем все процедуры в СПА, исплаваем все море, истопчем весь песок и сожрем все запасы морских гадов в ресторанах!

– О как! Звучит интригующе. Как насчет теплого тропического Витля́нда? Там есть манго, много острой вкусной еды и морские гады.

– Эй-эй! – активизировалась вторая из потенциальных спутниц куда-то на море. Ириля́на у нас была вечно занята спортом, массажем, личной жизнью и работой на благо богатых жителей города. – У меня всего неделя отпуска. А до вашего Витлянда лететь тринадцать часов, да еще и с пересадкой в Драконьих Эмиратах.

– Так может, прямо в Драконьи Эмираты и полетим? – выскочило следующее сообщение.

– Не уверена, что я туда хочу, – написала я. – Жарко, песок, драконы эти богатые… Будем стоять у витрин и таращиться на их сокровищницы за стеклом, словно нищеброды.

– Мила́на, не мути воду! У нас всего неделя. Давай в Витлянд в следующий раз, а пока – драконам хвосты крутить! – строго и веско заявила Ириля́на.

– А я себе куплю купальник с петухами и голой попой, – мечтательно проговорила в голосовом сообщении Нильда.

Дальше мы пообсуждали сроки, финансы, даты вылета и прилета. И не успела я опомниться, как деньги были закинуты туроператору, в ежедневнике проставлены и забиты даты вылета, прилета, а также вся неделя на море. Мы выдохнули в предвкушении. Да неужели? Мы летим на море. И-и-и-и!

Казалось бы, ничто не предвещало проблем, но не тут-то было.

– Милана, а у тебя загранпаспорт заканчивается, из нашей страны люди тебя выпустят, но драконы не впустят, – вдруг сообщила мне Хе́лен, наша компаньонка по поездке. – Ириляна, у тебя та же проблема.

Новость была неприятная. Предстоял квест с оформлением новых документов.

Вот, казалось бы, в наш просвещенный век, когда магическая сеть позволяет общаться по коммуникатору в любое время дня и ночи, когда можно вызвать курьера на ковре-самолете, и он даже ночью привезет тебе готовую еду из ресторана или молоко для кофе из магазина, когда все делается просто и быстро… Что может пойти не так?

Все!

Все может пойти не так и не по плану. Ириляна себе быстро и без проблем оформила новые документы. На мне система споткнулась. Кикиморы из бюро отфутболивали меня от окошка к окошку. Отменяли запись. Теряли справки и гражданство. Время шло. Паспорта на выезд за рубеж у меня не было.

Знаете, как сложно человеку принять невозможное и смириться с тем, что моря не будет? Знаете, сколько воплей, полных боли и гнева было вылито на уши безропотно слушающих коллег в чате?

Эти красивые мымры полетят на море без меня! Они без меня будут гулять по Драконьим Эмиратам. И без меня станут смотреть на витрины, полные золотых сокровищ. Без меня они будут есть шоколад с фисташками и пить шербет. Именно их, без меня, закутанные в шелка и брендовые хламиды богатые драконы примут за нищебродов.

Сроки подошли. Загранпаспорта не было. Деньги мне туроператор вернул.

Пришлось принять как факт. Коллеги будут крутить попами в купальниках без меня. И море не будет обмывать мою фигуру…

– Ай, красавица! Ты па-а-ачиму такая грустная? Ай, дай ручку, па-агадаю, расскажу судьбу. А позолотишь, и про суженого-ряженого расскажу, – с характерным говором невесть откуда выпрыгнула молодая красивая цыганка.

Я шарахнулась в сторону к витрине магазина, мимо которого шла, и моргнула на нее испуганно. Откуда взялась? Я давно уже никого из ее народа не встречала на улицах.

– Не надо! – отказалась я и попыталась обойти.

– Да не бойся, красавица, – рассмеялась девушка. – Все по-честному. Ты мне денежку, я тебе судьбу расскажу. Что спросишь, то отвечу.

– Я вообще-то ведьма. – Я все же попыталась уйти. – Сама на что хочешь погадаю, все расскажу.

– Ой, глупая ты, красавица! – заразительно рассмеялась цыганка. – Свою судьбу сама никогда не увидишь. Но так и быть, ты мне, я тебе.

– Начинай! – Она протянула мне раскрытую ладонь.

– Эй, я ведьма, а не цыганка, по руке не гадаю, – фыркнула я.

И полезла в сумку за колодой карт. Быстро перетасовала и протянула ей:

– Тяни.

Нас обходили спешащие с работы люди и нелюди, косившиеся с неодобрением. А мы прямо вот так, посреди тротуара, стояли с колодой Таро.

Посмотрев вытянутые карты, я ей сказала:

– Дорога тебя ждет. Но ты и сама это знаешь. Неприятности будут. Большие. Потеряешь ты многое. Но сбережешь больше. И двое рядом с тобой. Один – по сердцу, другой – по разуму. Тебе выбирать, а только тот, что по сердцу, и разобьет тебе его. Не торопись, обдумай.

Улыбка цыганки угасла, между бровей легла складка.

– А ты сильна, ведьма, – серьезно сказала она. – Учту. Не зря дорога меня сначала к тебе привела. Что ж, давай свою руку.

Я собрала карты, убрала их в сумку и протянула ей раскрытую ладонь.

Пальцы цыганки были твердыми, сухими и горячими, словно она и не человек, а воплощение саламандры. Хотя кто их знает, кочевой народ, какая кровь течет в их жилах…

– Дорога тебе стелилась дальняя в пески горячие, к океану теплому. Стелилась, да завернулась, не твой это путь. Быть беде, если все же туда поедешь. Забудь, куда собиралась, потому что ждет тебя совсем другое место. Травы высокие. Деревья ветвистые. Любовь тебя ждет, если сердце откроешь и шепот звезд услышишь.

Она сложила мои пальцы, закрывая линии на ладони. Подержала еще немного мою руку в своих. Посмотрела в глаза. Видно, расстроила я ее своим гаданием, не улыбалась она уже.

– Полетишь в пески – сгинешь. Поедешь в леса – счастье найдешь.

– Спасибо, – кивнула я ей.

– Иди, ведьма. Пусть дорога тебе ляжет легко под ноги и приведет куда надо.

– И тебе. Береги свое сердце.

– Поберегу.

Она развернулась, взметнув роскошные черные волосы, и ушла прочь. А я постояла, провожая ее взглядом, и пошла домой.

Вечером рассказала об этой встрече коллегам.

– Так что, девушки, и паспорта у меня нет. И судьба мне говорит, что в пески мне не нужно.

– Не расстраивайся, – попыталась меня ободрить Нильда. – Езжай в санаторий в Бейла́нде, они при въезде не просят загранпаспорт. Там и леса, и травы, и процедуры лечебные, картошки поешь.

– Картошку у нас любит Ириляна, а я больше по соленым огурчикам.

– Ой, да что тебе в Бейланде огурцов, что ли, не найдут? А мы тебе от драконов привезем лампу с джинном. У них там есть крохотные одноразовые для туристов. Только на одно желание и не слишком сложное. Он тебе массаж ног сделает или окна помоет.

Вот так и случилось, что мои коллеги полетели отдыхать на море, как и планировали. А я… отправилась в леса кормить комаров. И есть картошку с огурцами.

До соседнего королевства добираться быстро, и лететь не надо. Ну и да, загранпаспорт не нужен, дружественное королевство впускает граждан моей страны по внутренним документам. Так что собрала я чемодан лишь с самым необходимым. Но у ведьмы под самым необходимым список всегда обширнее, чем у простых людей. Один только портативный котелок чего стоит. А метла? Куда приличная ведьма может отправиться без нее? Уверена, девушки даже к драконам свои возьмут. Универсальный девайс, между прочим, в самолетах их в специальный отсек на время полета забирают, типа как коляски детские. На нем и полететь можно, и им же слишком назойливых кавалеров отхайдакать.

С другой стороны, что я себе новую метлу не зачарую, если приспичит? Это в песках не найти прутьев и древко. А уж в лесах-то Бейланды… Решено. Еду налегке. И даже котелок брать не буду.

О! А не притвориться ли мне простым человеком? Я же еду в отпуск, чтобы отдохнуть от всего, в том числе от магии. А если кто-то пронюхает, что я ведьма, то непременно начнется поток мелких просьб. Это зачаруй. Быстренько зельице свари. Оберег сплети. Погадай. На красоту пошепчи.

Точно. Я обычная девушка. Еду в долгожданный отпуск. Не буду с собой брать ни шляпу, ни полосатые чулки, ни метлу. И котелок оставлю дома, как уже сказала. Вот вообще ничегошеньки не стану брать, что может выдать во мне профессию.

Застыла над чемоданом, куда уже сложила кое-что из вещей. Тот нетерпеливо переступил с ноги на ногу. Эм-м… Вот это я и не продумала. Можно сколько угодно притворяться человеком, но если твой чемодан бежит за тобой на ножках и порыкивает на прохожих, чтобы уступили дорогу, то сложно притвориться простым человеком.

– Джеральд, у нас проблема, – сказала я, глядя на стопку футболок в чемодане. – Мне некого оставить охранять дом. Вот что, дружок. Я поеду налегке, возьму простую сумку. А ты останешься за старшего.

Чемодан шлепнулся на бортик, словно озадаченный, и его крышка изумленно захлопнулась.

– А что делать, – развела я руками. – Вся надежда на тебя. Матильду я тоже брать не стану, вам вдвоем будет веселее.

Матильда, моя метла, встрепенулась и возмущенно поскребла прутьями по полу.

– Не ерзай! – цыкнула я на нее. – Паркет поцарапаешь. Вот что, ребята, остаетесь за старших. Вдвоем. Цыц! Я так решила. А я поеду словно обычный человек. Притворюсь и мимикрирую.

Джеральд клацнул замками и выплюнул мне под ноги туфлю с большой пряжкой. Упс. Решила же не брать ничего из ведьмовской одежды, но совершенно машинально положила форменные туфли. Вот зачем они мне там? Ведь это униформа для шабашей и для офиса.

– Ты прав, не подумала. Давай-ка я все достану, заново сложу вещи в сумку, а ты контролируй, чтобы я по привычке не положила ничего из профессионального обмундирования. Ты у меня опытный, лучше меня помнишь, что мы обычно берем. Матильда, помогай! Отодвигай лишние пакеты в сторону. Только аккуратно, не испорти ничего.

Ехать с простой, не зачарованной сумкой было ужасно странно. И неудобно. Колесики имелись, конечно, я же не враг своей спине. Но все равно… И как простые люди справляются? Да еще и пришлось воспользоваться такси, вместо того чтобы долететь до вокзала на метле.

Единственное, я пошла на уступки собственному комфорту и купила место в купе. Были еще места в плацкартных вагонах, но мне и так непросто лишиться вдруг привычного удобства и зачарованных вещей, чтобы еще и отказать себе в такой малости, как провести ночь в купе.

Со мной ехали две почтенные матроны, везли большущие сумки, которые зажали мою малышку на колесиках в тиски. Но сами тетушки были уставшие, так что сразу же постелили себе две верхние полки, ловко вскарабкались, улеглись и почти мгновенно заснули. Даже не болтали, слава всем богам. Я больше всего опасалась, что придется слушать чужие разговоры.

Второе нижнее место пустовало, но проводница сказала, что пассажир зайдет позже, на другой станции. Так что я отправила по коммуникатору коллегам свои фото на фоне вагона, столика купе, куда я выставила бутылку с водой и контейнер с завтраком, который захватила из дома. Да и тоже спать легла. Устала. Всего несколько часов веду себя как простой человек, а уже так утомилась… Но буду считать, что это у меня такой квест.

– Просыпаемся! – отвратительно бодро разнесся по вагону голос проводницы. – Добро пожаловать в город Миньдо́ск через двадцать минут. Снимаем постельное белье, складываем, оставляем на полках.

Дверь распахнулась, и заглянула она сама.

– Все проснулись? Доброе утро. Не забывайте ваши вещи. Столица Бейланды приветствует вас.

Я очумело помотала головой и осоловело огляделась. На пустовавшей вечером полке крепко спал спиной к нам высокий мужчина, который подсел, когда мы все десятый сон уже видели. Причем так тихо, что никого не разбудил. Даже меня. С ума сойти, как я расслабилась и вошла в роль обычного человека.

– Гражданин, просыпаемся! – наклонилась проводница и потрогала спящего пассажира за ноги, укрытые простыней. – Встаем! Вы просили вас разбудить.

Мужчина заворочался, завозился, сел и мутным взглядом глянул сначала на вагоновожатую, потом по сторонам и остановился на мне.

Полагаю, мы с ним оба выглядели примерно одинаково. Воронье гнездо на голове, опухшее заспанное лицо с отпечатком подушки на щеке и осоловевшие непроснувшиеся глаза. Только я рыжая и кудрявая, со светло-зелеными глазами, а он с взлохмаченными русыми волосами и темно-серыми глазами. Красавчик! Но очень недовольный жизнью и с лицом человека, на котором возили дрова минимум последнюю пару месяцев и совсем не давали спать.

Мы поморгали друг на друга, как две совы. По-моему, у нас обоих даже синхронно это получилось. Потом перевели взгляд на проводницу и кивнули.

А дальше пришлось очень быстро собираться. Я вчера легла спать в футболке и спортивных широких штанах. Чтобы не переодеваться утром и не терять время. Оставалось только умыться и причесаться. Что я быстро и сделала, сбегав в уборную. Успела до остановки даже быстро кофе из пакетика «три в одном» выпить и съесть кексик. Мне надо. Потому что по утрам я не я, пока не выпью кофе. Честное слово, вообще я добрая. Но не утром до порции кофе. А зачем быть потенциальной угрозой людям?

Тетушки бодро чирикали, обсуждали потенциальный урожай и цены на свеклу.

Красавчик сосед сидел напротив с закрытыми глазами. Он успел приготовиться к выходу еще быстрее. Мужчина, что тут скажешь. Расчесываться он не стал, лишь пригладил шевелюру руками. А спал, как и я, в футболке и спортивных трикотажных брюках.

Почувствовав мой взгляд, он приоткрыл глаза, посмотрел вопросительно, мол, чего надо?

Да ничего так-то. Я пожала плечами, неловко улыбнулась и пододвинула к нему шоколадку с солеными орехами и протеином. Забористая штука. Я себе на обед оставляла, но кажется, ему нужнее, а я и так кофе и шоколадным кексом взбодрилась.

Мужчина удивленно поднял одну бровь, внимательно посмотрел на подношение, а потом кивнул, молча сцапал шоколадку и принялся поглощать. С закрытыми глазами.

Фу, невежа какой. Мог бы и спасибо сказать и представиться. И вообще… Словно его угостила не красивая цветущая девушка с задорными рыжими кудряшками, а… Ну, не знаю, какая-то несимпатичная бабка.

Наконец поезд остановился, зашумел народ в вагоне, многие поспешили на выход и встали хвостом в очередь. И куда спешат? Наши соседки тоже оказались из торопыжек. Потащили свои баулы, чуть не оттоптали мне ноги. Но я спокойна – кофе и углеводы работают, настроена я мирно. Чего спешить? Все равно сейчас еще идти искать рейсовый автобус до санатория, который находится в нескольких километрах от города.

Свою благодарность за шоколадку сосед проявил тем, что донес мою сумку на выход и поставил на платформе. Причем молча. Без улыбки. Без намека на галантность или заигрывание. Просто забрал у меня ее из рук, когда собралась выходить из купе. Вынес. Не говоря ни слова, поставил. Обозначил намек на вежливый поклон и зашагал прочь.

А жаль… Не каждый день встречаешь таких фигуристых, высоких, красивых, молодых, неженатых. И, увы, совершенно не расположенных к знакомствам мужчин. Но каково же было мое удивление, когда я нос к носу столкнулась с ним же возле рейсового автобуса, стоящего в указанном месте. Сосед по купе уже погрузил свою огромную сумку в багажное отделение, выпрямился, повернулся, а тут и я…

У меня тоже округлились глаза, но, так как общаться он не намерен, я лишь дернула губами в намеке на улыбку, обогнула его и хотела поднять сумку, чтобы убрать ее. Но молчун вновь проявил галантность, не говоря ни слова, легко ее поднял и аккуратно положил к багажу других пассажиров. Ладно, принимаем правила игры. Улыбаемся и молчим.

В автобус мы пошли вместе. Он впереди, я за ним, как утенок за мамой уткой. Только он быстро, учитывая его рост и длину ног, а я мелкая, меня оттеснили. Но зато когда я вошла наконец в салон автобуса, оказалось, что единственное свободное место было у окна. Угадайте, рядом с кем? Даже удивительно, что его не заняли. Но через такого могучего мужчину попробуй переступи, если он не встанет и не пропустит. Ну подошла, встала рядом, поморгала по-совиному, указала взглядом на свободное место. Уступил, пропустил.

Понятно?! Вот так-то. А всего лишь проявила доброту к человеку, угостила с утра шоколадом с солеными орехами.

Пока ехали к санаторию, я заснула. Ну так вышло. Проснулась, лежа головой на плече сладко спящего соседа, а его щека прижималась к моей макушке. Ой… Как это мы так?

В общем, дорога нас сблизила. Что тут еще скажешь. Проснувшись, мы оба неловко посмотрели друг на друга. Как-то совершенно синхронно потерли лица руками, пытаясь очухаться.

Санаторий был… не очень современный. И явно не настолько шикарный, как драконий отель, в который заселились коллеги. Драконы те еще пижоны, а золота у них столько, что это стало темой анекдотов по всему миру. Но в целом внутри санатория оказалось чистенько, довольно уютно, хоть и без роскоши.

Номер мне достался с широкой кроватью и отличным матрасом. Ванна в совмещенной уборной, что порадовало. Не люблю душевые кабины. Имелись и фен, и все необходимые принадлежности. А на балконе стояли столик и два стула, чтобы можно было посидеть и накормить комаров своей кровушкой. Ну, мне-то не страшно, от комаров у меня есть чары, но сам факт.

И столовая оказалась хорошая. Питание, правда… Это не бесконечный обжорный ряд морского курорта. Но я же приехала в санаторий. Правильное питание, здоровый образ жизни, восстановление организма, крепкий сон по режиму, зарядка, лечебная физкультура, массажи, обертывания.

Паровые котлетки. Гречка. Свекла. Картошка вареная. Курочка диетическая. Жиденький супчик… И травяной чай. И морс. Вкусно в целом. Но все такое… диетически здоровое, что аж прямо… Приуныла я, в общем. Поесть и выпить что-то вкусное я люблю.

Ладно, у меня в чемодане есть запас шоколадок. И несколько кексиков. И кофе в пакетиках. Не пропаду. Но если уж совсем сломаюсь, рядом лес, придется делать метлу, лететь за пропитанием.

Угадайте, кто подсел ко мне за столик во время обеда? Нет, не случайные люди, пенсионеры или дядечки в поисках развлечения на время отдыха. А – та-дам! Мой сосед по поезду. С невозмутимым видом принес свой поднос, поставил его и сел напротив.

Я слегка прищурилась, но промолчала. Я вообще удивительно молчалива последние сутки, сама от себя в шоке. А мой сосед теперь уже не только по купе, автобусу, санаторию, но и столику, с грустным видом осмотрел тарелки с диетическим питанием. Чуть заметно уныло вздохнул. После чего поднял взгляд на меня и впервые за все время заговорил:

– Яросла́в.

– Милана.

Он кивнул и приступил к еде. А я что? Я пожала плечами и начала есть суп. Ничего так, кстати, жиденький, но вкусный.

Ко мне сосед не клеится, мерзавец какой. Флиртовать не пытается, негодяй бессовестный. Не заигрывает, нахал бесстыжий. Значит, можно его не опасаться. Я возмущена до глубины души.

Слепой, наверное. Может, контуженый? А что? Тогда это все объяснило бы. И то, что молчит все время, и то, что красоту мою и очарование не замечает. Где это вообще видано, чтобы молодой мужчина абсолютно не реагировал на хорошенькую девушку? Даже если сто раз женат, обручен и все такое.

Сто процентов – в голову стукнутый и потому пришибленный. Ну или он из другого лагеря, но это уже просто за гранью добра и зла, и в такое я верить отказываюсь. Значит, считаем, что он просто приболел. Бедняжка… Ладно, прощу его и не буду строить ему глазки. Пусть сначала восстановится, поест, отоспится, а там и глаза откроются. Если он не совсем дурак, конечно.

К тому же я решила притворяться обычным человеком, значит, ведьмовские чары надо приглушить. Приглушить, я сказала!

Я сдула пружинку волос, которая от такой непосильной задачи аж вывалилась из пучка на затылке и упала на лицо.

Нет. Я простая девушка. Красивая, молодая, холостая… незамужняя, в смысле. И нет во мне никакого магнетизма ведьмы в самом расцвете сил. Вот сейчас поем и пойду делать процедуры. Что там нужно по плану? Душ тугими водяными струями. А еще грязевые ванны. И бассейн. И пить минеральную воду. Буду лечить уставшее тело.

Коллеги мои небось там креветок и лобстеров трескают уже, в море плавают, песочек перебирают… Барменам глазки строят, задницами голыми виляют… Тьфу!

А вот и не завидую я. Зато у меня котлета паровая… Пюре картофельное, страшно полезное и диетическое. Салат свекольный – бе-е-е – такой с маслом и петрушкой, полезный, аж жуть. Надо соседу отдать, пусть давится, ему вроде нравится, свой уже слопал.

Приеду я из санатория здоровая и стройная, а коллеги колобками загорелыми прикатятся… Эх.

С Ярославом мы оказались соседями еще и по номерам. Стенка в стенку, двери рядом. Вместе дошли, переглянулись и разошлись каждый в свою комнату. Ой все! Ну и ладно. Я вообще сюда не за кавалером приехала, а за… здоровьем. Да.

Боги всемогущие! Как же тяжело, оказывается, быть здоровым. В смысле, идти за здоровьем. Чего так жестоко-то? И почему никто на сайте не писал, что этот массаж водяными струями – настоящая пытка? А лечебная физкультура еще ужаснее, чем наши уроки физподготовки в академии. А ведь нас гоняла настоящая ведьма, мы должны быть выносливыми. Иначе пособирай-ка травы, полетай на метле. Я думала, я ого-го! А оказалось, я развалина и ой-ой-ой…

Радовало, что не я одна. Ярослав, с которым мы регулярно оказывались на одних и тех же процедурах, тоже не блистал. А он ведь вон какой! Но выражение глаз после некоторых упражнений, которые нас заставляла делать бодрая и необычайно юркая немолодая врач-физиотерапевт, меня утешало. Не я одна коряга. Только я коряга маленькая, а Ярослав – большая.

Честно скажу. Я так уставала от отдыха в этом санатории, что еле доползала до своего номера и в совершенно детское время заваливалась спать. Очень трудно отдыхать при здоровом образе жизни. Да я на работе так не выматывалась.

Коллеги слали фоточки, гуляли по ночам, ели от пуза, плавали и загорали. Негодяйки. Щеки наели, загорели, сияли от счастья и демонстрировали голые плечи и коленки, блестящие от крема.

Обещали привезти мне, кроме джинна, еще ковер-самолет, но маленький. Размером с поднос, на одну тарелку или чайную пару, чтобы перемещать еду, когда на стол себе накрываешь или тащишь вкусняшки в комнату. Ладно, это примиряло с действительностью.

Сил на вечерние прогулки или посиделки на балконе не оставалось. Комары скучали и голодали без меня. Они бы и так не сумели меня покусать, но тут даже попытаться не могли.

Если выживу, приеду домой страшно здоровая. Утешало, что такой здоровый образ жизни укатал даже Ярослава. Выглядел он тоже не самым счастливым. Сил общаться у нас так и не было. Падали за стол, потому что мышцы тряслись от лечебной, прости господи, гимнастики. Молча кивали друг другу, ели что давали и уползали на новые пытки, которые должны были нас сделать крайне счастливыми и здоровыми.

Хотелось низменного и плебейского – пожрать. Знаете, вот этого вот всего пролетарского – шашлыка, шаурмы большой, оливье, торта, винишка и морального разложения под видосики. Хотелось быть обожравшейся и тупенькой.

Но были паровые рыбные или куриные котлетки, картошка, свекла, морковка, огурцы, компот из сухофруктов и обертывание грязью с запахом дохлых лягушек. Небось тоже от такого здоровья не сдюжили, сбежали, теряя лапки, а запах еще остался. И было много массажа, гимнастики, бассейна, лечебных процедур и просветления, когда ты весь этот мир уже познал.

Па-ма-ги-ти!

Я все ближе к мысли сделать метлу и удрать, потому что автобус в город будет только в конце пыток, в смысле, лечения и выписки из санатория. Наверное, чтобы пациенты не сбежали раньше, чем станут здоровыми.

На четвертый день я притащила на завтрак в столовую половинку шоколадки. В номере разделила ее на дольки. Завернула их в бумажную салфетку, чтобы фольга не выдала шуршанием. Когда Ярослав с тоскливым видом доел кашу на воде и приступил к ромашковому чаю, я украдкой пододвинула в его сторону салфетку, приоткрыла уголок и продемонстрировала, что в ней.

В серых глазах мелькнул огонек, проявился интерес к жизни, губы дрогнули в улыбке. Он аккуратно, задев мои пальцы, накрыл салфетку ладонью и подтянул к себе…

Слушайте, это немножко стыдно, но мы, два взрослых серьезных человека, воровато передавали друг другу запрещенный десерт, словно школьники на уроке. Но не могу же я бросить человека в беде и в здоровом питании без помощи и маленькой дозы углеводов, сахара и эндорфинов. Вон и улыбаться начал, и глаз загорелся, и выражение лица не такое тоскливое стало.

Ох уж эти мужчины. Он что, не знал, куда едет? Почему не припрятал в багаж стратегический запас вредной еды?

Что ж, ни одно доброе дело не остается безнаказанным. На ужин мой безмолвный сосед по здоровому образу жизни принес и пододвинул точно так же, стыдливо прикрытую салфеточкой охотничью копченую колбаску из мяса бобра. Не то чтобы я прямо по запаху это определила, но на крохотной бирке, свисающей с жопки колбаски на ниточке, был нарисован именно он.

Ярослав передвинул гостинец через стол к моей тарелке и принялся поедать свой винегрет. Страшно полезный и очень диетический. Хоть бы мяса в него накидали, что ли, злодеи окаянные. Или селедки. А что? Можно было бы назвать салатом, например, «Селедка в палатке». А если бы еще и соуса бахнули…

Я сглотнула слюну, взяла гостинец в салфетке и, чуть сдвинув краешек, откусила. Божечки, как же вкусно, вредно, нажористо… Не знала, что я так люблю бобров. Вообще не знала, что они тоже дичь.

Кажется, я издала стон наслаждения.

Мрачный гном за соседним столиком жадно повел носом, принялся искать взглядом, откуда же запахло мясом… Ой. За три укуса колбаска была доедена, а бирка тщательно завернута в салфетку, чтобы скрыть следы поедания запрещенки.

Ладно. Теперь можно и винегрет. И жидкий супчик с тремя листиками капусты. Капусты им жалко, что ли? Правильные щи и борщ должны быть такие, чтобы ложка стояла. Все равно же капуста, куда уж полезнее?

А стоит поездка в санаторий, между прочим, весьма негуманно. И совсем не здо́рово.

Вот честное слово, неделю есть от пуза в разных ресторанах, морально разлагаться, кутить и веселиться ночи напролет, дешевле, чем та же неделя в санатории с лечебными пытками и диетическим питанием. А у меня так еще и заезд двухнедельный.

А поздним вечером случилось ЧП. У одной пациентки потерялась собачка. Вот уж не знала, что тут можно со своими животными. В столовую она ее не брала. На территории у меня не было возможности погулять, вот я и не встретила ее.

– Моя Му́лечка, – рыдала немолодая, совершенно седая гномка. – Она все время была рядом. Я следила за ней и с поводка не спускала. Но я отвернулась покормить птиц, повернулась, а Мулечки нет… Только расстегнутый ошейник… Ее украли. Мою маленькую беззащитную Мулечку…

– Что за порода? – тихо спросила я стоявшую рядом эльфийку в махровом халате.

Мы все вышли из номеров на крики и рыдания. А эльфийка возвращалась из бассейна, судя по мокрым вещам в руках.

– Гномы предпочитают такс, – тихо ответила мне женщина. – Но я сама не видела Мулечку. Не люблю эту брехливую породу.

Это да. Дивный народ выбирал в питомцы собак таких же роскошных, статных и высоких, как и они сами. И чтобы непременно с длинной ухоженной шерстью и вытянутыми мордами.

Гномка рыдала. Персонал санатория ее утешал и обещал кого-то на поиски отправить.

– Не найдут, – вдруг прозвучал за моей спиной тихий мужской голос.

Я вздрогнула, обернулась и чуть не уткнулась носом в черную майку, обтягивающую широкую мужскую грудь. Под тканью прослеживались хорошо прокачанные грудные мышцы. Ух ты! Я подняла руку. Потыкала пальцем в великолепие перед своим носом, погладила. Подняла взгляд…

– Ой! – Руку я быстро отдернула.

Сама не знаю, что на меня нашло. Это все от голода и страшно здорового образа жизни случилось помутнение рассудка.

Сосед глянул на меня с иронией. Ярослав определенно понял мои грязные поползновения и оценил шаловливые ручонки. Но ему самому хватило воспитания и вежливости, чтобы в ответ не схватить меня за задницу. Мерзавец какой, а?! Скажите же?

Я бы, разумеется, по рукам ему надавала и морально уничтожила. Но сам факт!!!

Эльфийка стрельнула в Ярослава глазами, скосила взгляд на пуговицы его джинсовой рубашки, накинутой поверх облегающей майки, потом на саму эту слишком вызывающую майку… После на меня. Вот! Тетка меня понимает! Была бы первой – тоже пощупала, но после меня ей уже неудобно повторять подобное.

– Так почему, говорите, Мулечку не найдут? – с независимым видом спросила я.

– Сегодня Жи́вина ночь[1].

– Что?! – Я аж подскочила. – Как сегодня?

Ну дела! Как это я не проверила календарь и свой ежедневник. То есть сегодня Ве́лесова ночь? Она же Вальпу́ргиева. Она же Бельта́йн. Как ее только не называют: праздник Жи́вин день, Ночь Костров, Ле́тень, ночь Ереме́я Запряга́льника, Вальпургиева ночь, Бельтайн. Ночь, когда открываются границы между мирами.

Каюк собачке, если быстро ее не отыскать. И украли явно ради жертвоприношения.

Магов в санатории немного, насколько я вижу. Эльфийка, само собой, это у них по факту рождения способность. Среди персонала лекари и маги жизни. А вот ведьм ни одной, я первым делом это проверила, когда заселилась. Подруг и потенциальных соперниц по ремеслу нужно знать сразу, чтобы не вляпаться в историю.

Ведьма одна – я. Придется отправиться на поиски бедной псинки. Ярослав прав, никто ее не найдет.

Я резко развернулась и пошла в свой номер. Нужно переодеться для ночных поисков.

И спустя полчаса я максимально незаметно выскользнула из санатория и зашагала к лесу. Уже темно, но разве ведьме темнота помеха?

– И далеко ты собралась одна? – прямо за моей спиной вдруг прозвучал вопрос.

Я от неожиданности взвизгнула и шарахнулась. Чуть не упала, споткнувшись о корень. Незаметно подкравшийся… Ярослав подхватил меня, не дав позорно шмякнуться на землю.

– Ты как?.. Ты откуда?.. Ты зачем?.. – выдохнула я, держась за сердце. – Напугал-то как! Зачем же так подкрадываться?!

– Прости, ты же активировала силу, я думал, услышишь.

– Что?! Но…

– Ведьмовскую силу. У тебя глаза светятся, значит, и слух усилился.

Ой… Что это я? Тьфу, блин! Совсем потеряла разум с этими паровыми котлетами размером с наперсток. Стыдобища какая.

– Задумалась, – буркнула я, освободилась от поддерживающей сильной теплой руки и сделала шаг в сторону.

Ладно уж, раз все равно меня рассекретили, хотя я и не скрывалась, просто не афишировала, то посмотрим, что тут у нас. А у нас тут коллега по ремеслу. Ведьмак, собственной своей могучей фигурой.

– А зачем скрывался? – спросила я немного оскорбленно. Ну а чего он?

– А ты?

– А чтобы не лезли. И я в отпуске.

– И я в отпуске. И чтобы не лезли.

Мы обменялись взглядами. Ну… хорошо, допустим, понимаю. Достали бы с просьбами, как и меня.

– Ладно, твои предложения? – перешла я к делу, приняв как факт, что мы на «ты». – Псину надо искать срочно, еще час, и найдем, в лучшем случае, косточки.

– Не найдем раньше полуночи, – покачал он головой. – Ее уже скрыли от поиска, я бросал нить, взяв у хозяйки образцы шерсти.

Вот же ушлый тип. А я и не подумала. Поиски не моя специализация. Я больше по гаданию и зельям. А если осуществляю поиск, то по картам и хрустальному шару.

– Тогда что будем делать? – передала я ему главенство. Явно он лучше понимает, как действовать.

– Ты держись со мной рядом, Милана. Твоя сила стала видна ярче, не вводи в искушение сама знаешь кого. А то будешь рядом с Мулечкой открывать пути потусторонние.

Я зябко передернула плечами. Ну чего он пугает? И так прилетит мне, что я пропустила шабаш, не явилась на общегородское собрание. Но я как-то настроилась, что буду на море, что совсем забыла про даты. А тут еще и санаторий в другой стране, а у них свои шабаши. Ладно, оправдание есть.

Но стоило бы самой как-то все же провести это время более приятно и продуктивно, чем рыскать по лесу другой страны в поисках чужой украденной собаки.

Зато компания… Ах, какие бицепсы… Ах, какие большие грудные мышцы. Ладно, слюни подобрали, работаем.

А лес пробуждался. Лес шептал. Затихло зверье и птицы. Даже насекомые примолкли. Сейчас не их время. Сегодня совсем иная сила правит бал.

Я взглянула на небо. Еще и полнолуние. Ох и выпало же… Не найдем мы Мулечку, как пить дать. Ясное, чистое небо, полыхающая, как фонарь, луна. И звезды… Мириады. Тысячи. Сотни тысяч. Лишь вдали от источников света видна их яркость.

Отпустив мысленно себя, я сняла заслон и раскрылась навстречу природе. Стихии аж оглушили, заставив пошатнуться. На мгновения закружилась голова, я потерялась в пространстве. Обострились чувства. Стали слышны шорох крыла ночного мотылька и тихий скрежет коготков мышки в норке. Нос защекотало от обилия ароматов. Обычно я все же блокирую восприятие, тяжело с такими обостренными чувствами существовать.

Я раскинула руки, закинула голову к небу…

Косичка расплелась, и волосы свободно подпрыгнули и рассыпались по плечам. Я знаю, как выгляжу сейчас. Они не просто лежат на плечах и спине, а торчат во все стороны кучерявым пышным облаком, словно их вздыбило статическим электричеством.

Рядом наклонился, судя по шороху, Ярослав. Поднял из травы и положил мне в ладонь резинку от волос. Молодец, не стоит оставлять без присмотра личные вещи в такую ночь.

– Я готова, – повернулась к нему.

Я знаю, что у меня глаза сейчас светятся зеленым ведьмовским огнем, так же как они сейчас горят у Ярослава. Только вот волосы у него дыбом не стоят, хотя и разлохмачены.

– Идем, – протянул он мне открытую ладонь.

И вот так, держась за руки, мы отправились на поиски пропавшей собаки. Не то чтобы это было обязательно, держаться за руки, но приятно. И не так боязно. Я все же городская девчонка, хоть и ведьма.

– Ты чувствуешь? – прошептал Ярослав спустя пару минут.

Я прислушалась. Магия ночи не просто искрилась в воздухе – она буквально звенела. Где-то на периферии сознания я ощущала, как границы между мирами истончаются, становятся похожими на мыльную пленку. Того и гляди лопнут. А вот это плохо.

– Пути открываются, – ответила я. – Но собака… Ее здесь нет. Точнее, она есть, но след к ней словно в тумане. Не могу зацепиться.

– Думаю, ее увели через проход.

Ярослав остановился, и я по инерции ткнулась носом ему в широкую спину, обтянутую джинсовой рубашкой. Ох ты ж… Снова эта дурацкая рубашка, которая прикрывает такую классную майку, которая прячет такие потрясающие мышцы. Соберись, Милана!

Он огляделся, принюхался, как зверь, и повел нас в обход старого дуба, вздыбившего корни. Лишь благодаря ведьмовскому зрению я еще не свернула себе шею по таким-то путям. Может, лешего попросить помочь?

А хотя нет, сегодня такая ночь, что даже дружелюбную нечисть лучше не звать. Не то чтобы я была опытной в этом плане, я все же городская девчонка, но знаю это по урокам в академии.

Что же предпринять? Если псинку утащили в уже открывшийся разлом, искать ее обычными магическими способами бесполезно. Но ведьмы на то и ведьмы, чтобы находить нестандартные решения. Да?

– Погоди, – позвала я, выдергивая свою ладонь из руки Ярослава. – Дай мне минуту.

Я присела на корточки и зарылась в своей крохотной сумочке, положив ее на колено для удобства. Кроме стратегической шоколадки на черный день, кучи очень полезной фигни, в ней имелась еще и маленькая пудреница. Да, в ее крышке совершенно обычное зеркальце. Но для ведьмы в нужный час любое зеркало – портал. Попробую сейчас…

– Не вздумай открывать проход, – насторожился Ярослав, нависнув надо мной и явно догадавшись, что я хочу сделать.

– Не-не-не, ты что, я не проход. Хочу немножко подсмотреть. Погоди.

Я провела пальцем по зеркальной глади, стирая просыпавшуюся пудру и активируя стекло, и шепнула нужное слово. Зеркальце обдало холодом, и в нем сквозь рябь проступило изображение: старая развалившаяся часовня, зияющая провалами окон, в центре видный сквозь них огромный камень, превращенный в алтарь.

На нем скулящая толстая собачонка со связанными лапками. А вокруг жертвенного алтаря плясали… огоньки. Мелкие, злые, с оскаленными мордочками. Это еще кто? Не помню таких по учебной программе…

– Светоборы, – прокомментировал Ярослав у меня над ухом. – Мелочь, но крайне пакостная. Сами они мало на что решаются, но охотно подчиняются сильным. А жертва им нужна, чтобы открыть большой проход. М-да, похоже, сегодня кто-то серьезный с той стороны решил наш мир навестить.

На самом-то деле такое случалось нередко. В волшебные ночи с той стороны появлялось нечто. Активно пакостило. Потом его изгоняли ведьмаки или маги. Ничего особенного. И я не стала бы ввязываться в историю в другое время. Ну пришел и пришел, потом уйдет. Дело такое. Но собаку было жалко, она же не виновата, что оказалась не в то время не в том месте. Придется спасать.

– Не знаешь случайно, где эта часовня? – спросила я.

– Западная опушка, за болотцем. Только мы туда уже не пройдем. Прислушайся, Милана, эти пакостники уже пути заморочили. А пойдем напрямик – закружат, заведут в трясину. Кикимора и болотник сегодня не помогут, не та ночь.

Я встала на ноги, почесала нос. К своему стыду, я ничего этого не чувствовала. Вернее, даже не знала, что к этому нужно прислушиваться.

Что ж насчет болота… Вот еще придумал, в тину и грязь лезть. Я бы и в любую другую ночь года туда не полезла. У меня кеды красивые белые. Ох уж эти мужчины! Ох уж эти ведьмаки. Все бы им… Нет уж.

– Мы полетим напрямик. Вот я еще в грязи не ползала по ночам.

– И на чем же? – с легкой иронией спросил Ярослав. – Я сюда без метлы приехал. Ты тоже, если только у тебя не складная в чемодане припрятана была.

Я фыркнула и широким жестом обвела лес вокруг.

– Идем собирать хворост, напарник.

Следующие несколько минут мы вдвоем быстро набирали то, что послужит метлой. За древком мне пришлось обратиться к деревьям. Хорошую крепкую палку быстро не найдешь. Мне пожертвовала сухую ветвь – крепкую, толстую, но уже мертвую – береза неподалеку. Отламывал Ярослав, само собой. А я в благодарность заживила дереву слом и шепнула слово ведьмино, чтобы росло лучше и не болело.

– Дай ремень, – попросила я, пристально глядя на джинсы Ярослава.

– Никогда еще меня так решительно не раздевали девушки в ночном лесу, – пошутил он, но расстегнул пряжку и вытащил кожаный ремень из шлёвок.

Я фыркнула, но внимательно проследила, как его штаны сползли ниже и открыли край белья – черную резинку с названием известного бренда. Ишь ты, модник, недешевое бельишко носит. А интересно, джинсы еще ниже не сползут? Нет? А то я бы полюбовалась.

Ведьмак мой взгляд заметил, издал короткий смешок, больше похожий на фырканье кота, и подтянул штаны выше.

Ой, все! Подумаешь! Должны же быть у девушки маленькие радости.

– Кто поведет? – полюбовалась я на нашу импровизированную метлу.

– Давай ты, а я буду тебя направлять.

Вот же… А я надеялась пощупать его, пока летим.

Ну… Пощупал меня он. И пока устраивался на метле сзади, и пока мы взлетали и искали баланс. Шутка ли, древко кривое, прутья собраны абы какие, стянуты ремнем от штанов, да и зачаровано наспех.

Что я могу сказать. Опыт у ведьмака явно имелся. Да я не про полет на метле… Облапал он меня быстро, качественно и вполне профессионально. Но так шустро и словно невзначай, что и не придерешься. Но пощупал все стратегически важные выпуклости и впуклости. Молодец. Уважаю. Я бы сама так мастерски не смогла, спалилась бы.

Но это то, что касается приятной части нашего ночного приключения.

Летели мы сквозь ночной лес, ориентируясь на след, который я почувствовала из зеркала, а Ярослав просто знал, куда надо. Он подсказывал, куда свернуть.

– Левее! – вдруг резко скомандовал мне в ухо, и я чудом успела увернуться от огромной совы, которая сама ошалела от внезапной встречи.

А хотя нет, это не сова… Вон какие глаза, горящие огнем. Это твари ночи уже пробудились.

Болотце мы перелетели быстро, и вот она – часовня. Ветхая, покосившаяся, но светящаяся изнутри мертвенно-зеленым светом, исходящим от мелкой нечисти, кружащей в воздухе.

И тут светоборы почуяли нас и высыпали из окон. Мелкие, шустрые, они жужжали, как осиный рой и щелкали оскаленными ртами с мелкими острыми зубками. Фу, пакость какая! Я и не видела такую мерзоту раньше никогда. Лишь бы не покусали…

А они ринулись в атаку.

Я взвизгнула, мотнула метлу, уходя с траектории стаи мелкой нечисти. Руки Ярослава стиснули мою талию, и он чуть не свалился с древка метлы. Упс…

Я быстро шепнула заклятие от насекомых, ну а вдруг, и от летающих тварей. Ненадолго, но укроет и меня, и моего спутника.

– Пригнись! – рявкнул Ярослав.

И тут я почувствовала, как его магия, тяжелая и горячая, совсем не такая, как у меня, накрыла нас обоих. Ух ты! Я никогда не попадала под чары ведьмаков. Не знала, что они так отличаются от наших, женских ведьмовских.

Но тут я не справилась с управлением, метла встала на дыбы… И мы рухнули прямо перед входом в часовню. На нашу удачу, угодили в заросли высокой травы, но, слава тебе господи, не попали в крапиву. А то был у меня уже подобный досадный инцидент и знакомство с крапивой на первом курсе.

Но шмякнулись больно… Хотя Ярославу больнее, я упала частично на него.

Шустрый ведьмак быстро вскочил на ноги, вздернул меня за шкирку, словно котенка. И встал передо мной, а между его пальцев заплясали серебристые молнии. Не знаю зачем, но вместо того, чтобы выставить щит, он рвал пространство.

– Твоя очередь! – негромко скомандовал он.

Э-э-э?

Вот я двоечница… Я не помню, как надо бороться с такой нечистью. Я вообще в офисе работаю и в городе обитаю.

– Ну! Милана! Они боятся железа и связующей магии!

А-а! Точно! Связующая магия!

Я быстро вытащила из кармана свою резинку для волос, в которой оставались частицы моей силы. Разорвала ее с помощью волшебного слова, приправленного матерным, ох и тугая она оказалась. И тонкие черные нити повисли в воздухе.

– Слушайте меня, огоньки ночные, – заговорила я нараспев, вкладывая в слова силу. – Узлами свяжу, словами скручу, пути ваши замкну.

Светоборы заметались, жужжание превратилось в писк. Пытаясь меня остановить, они всем роем кинулись на нас. Выглядело жутко, если честно.

Ведьмак встретил их огнем и щитом, а я продолжила плести паутину из связующей магии, своей силы и нитей от резинки для волос. Они вплетались в пламя Ярослава, и получалось нечто новое. Я и названия-то такого не знаю. Что-то мощное, из сил ведьмы и ведьмака.

Вау!

Надеюсь, больше никогда ни во что подобное не вляпаюсь! Нашли тоже боевую ведьму…

Получившаяся сеть опутывала рой мелкой нечисти, стягивала ее потихоньку.

– Давай! – скомандовал Ярослав.

Я дала импульс, замкнула чары, сеть замкнулась и схлопнулась. Сотни светоборов завизжали почти на ультразвуке и, потеряв связь с этим миром, с чпоком исчезли. Повеяло запахом серы и гнили, но сама стая мелкой пакости провалилась обратно в свой мир.

Но это не все, из часовни все так же тянуло скверной и тьмой. Кажется, мы не успели, и проход там уже открылся или вот-вот откроется. Мы переглянулись с ведьмаком и бросились внутрь.

Там все еще лежала на каменном жертвенном алтаре похищенная невезучая такса. И туда же вот-вот зайдет гость иного мира, которому эта собачонка и предназначена как угощение и жертва.

Над алтарем, прямо в воздухе пульсировал фиолетовый сгусток – почти открытый проход. Оттуда тянуло холодом, злобой и голодом. Меня аж передернуло.

– Ярослав? – позвала я.

Он старше и опытнее, пусть говорит, что делать. Хватать собаку и удирать? Просто удирать? Все взорвать? Я не умею, но могу бросить палку или камень.

– Держи! – Одним молниеносным движением ведьмак сдернул толстую перепуганную таксу со связанными лапами с алтаря и сунул мне в руки.

Бедное животное только вякнуло и глазенки выпучило.

А тут и портал активировался. Мы успели буквально за миг вытащить жертву, потому что из фиолетового сгустка высунулось огромное фиолетовое щупальце, метнулось к камню, но схватило уже пустоту, а не Мулечку.

Ой, бли-и-ин! Страшно-то как! Собака тоже оценила, от чего ее только что спасли люди, и заскулила от ужаса. Ой, как хочется вместе с ней повыть. Страх-то какой!

– Милана, бей в центр! – скомандовал ведьмак, медленно отодвигая меня ближе к входу и загораживая собой.

Бей… Хорошо ему говорить. Чем бей-то? Я же не боевая ведьма. Я же говорила уже об этом, да?

Свободной рукой нащупала в кармане пудреницу, раскрыла ее и метнула прямо в ту большую и с щупальцами, которая лезла наружу. Пусть тварь иномирная подавится. Фу такой быть!

Ведьмак же ударил магией.

Ну… Неведомая иномирная живность так удивилась прилетевшей в нее пудре с зеркалом, что от заклинания ведьмака просто не успела защититься и провалилась внутрь портала. А там и он сам схлопнулся.

Стало темно, а тишина нарушалась только нашим дыханием и скулением таксы у меня на руках.

– Что ты бросила в портал? – озадаченно спросил вдруг ведьмак, глядя на мою руку.

– Компактную пудру. С зеркалом, – смущенно ответила я.

– Зачем?

– Ну… Да откуда я знаю?! Помогло же! Пусть посмотрит на себя, увидит, какая она страхолюдина, припудрится и сдохнет от ужаса! – в сердцах выпалила я и насупилась.

Между прочим, эта пудра была от хорошей известной марки люкс-сегмента и стоила, словно она изготовлена из золотой пыльцы. Знал бы этот мужлан, как сейчас моя жаба корчится от жадности и предстоящих трат на новую.

Выражение лица у Ярослава стало сложное. Он явно не понимал, как поступить. То ли впечатлиться от такой талантливой напарницы по приключениям и тоже сдохнуть от ужаса, то ли умиляться, какая она находчивая и способная.

Назад мы летели на метле, которая так и валялась у входа в часовню. Вел Ярослав. Я одной рукой держала все еще связанную таксу, словно большую толстую колбасу, а второй рукой обнимала за талию ведьмака.

Там так-и-е кубики… Там тако-ой пресс. Я даже одной рукой пощупала. А щекой я прижалась к его спине. А там такие мышцы… Ничего не знаю! Я заслужила маленький приятный бонус! Когда я еще в своей жизни молодого красивого ведьмака помацаю? То-то же.

Мулечка не возражала против моих поползновений, главное, что ее я тоже крепко держала и прижимала к себе.

Да если уж честно, ведьмак тоже не возражал. И даже не хмыкал. Наоборот, напрягал кубики, давая мне их нормально оценить. Умный мужчина, понимает, что нельзя лишать уставшую ведьму житейских радостей.

Мы вернулись в санаторий героями. Обнаружили у входа заплаканную хозяйку таксы и ее добровольных помощников, которые успели обойти всю территорию и, само собой, никого не нашли.

А тут мы, такие нарядные. Вдвоем на кривой метле, помятые и потрепанные, с мусором и травой в волосах и со связанной таксой в руках.

Ярослав притормозил прямо над ступенями, я спустилась и протянула животное ошеломленной рыдающей женщине.

– Нашли. Держите!

– Муля! Солнышко мое! Заинька моя! Да как же это? Но что же это?! – обнаружила женщина, что собака связана.

– Нечем было разрезать веревки, вы уж сами, – развела я руками.

Тут на нас налетели с вопросами, что да как. И пока Ярослав снимал с метлы свой ремень, вдевал его обратно в джинсы и убирал с крыльца хворост и ветку березы, я вкратце рассказала, что произошло и где мы отыскали собаку.

– Надо же… И правда ведь, особенная ночь. А мы-то купол защитный поставили на вход, а на выход не сообразили. Вот такса и выскочила за периметр, а там уже ее и поймали, – посетовала администратор.

Нам шумно выражали признательность. Зареванная хозяйка Мулечки схватила меня за руку и потащила за собой.

– Идемте, идемте же, я должна вас отблагодарить. Вы же мне любимицу мою спасли.

Я вяло отбрыкивалась, но…

– Да нам ничего не надо, мы же…

– Это́ – вам надо! Точно говорю!

А когда мы вошли в номер, дама поспешила к маленькому холодильнику, вынула из него большую коробку пирожных и протянула ее мне.

– О-о-о! Это – мне точно надо! – протянула я к гостинцу обе руки.

С кремом! С шоколадом! С глазурью и орешками!

– Только спрячьте, – заговорщицким голосом велела мне благодетельница. – Отнесите к себе и там с вашим спутником проведите приятный вечер. А то отберут, если увидят.

– Никто не отберет у ведьмы сладости, – фыркнула я. – Спасибо. Это то, что надо!

Но спрятала под выданной гномкой напрокат шалью. Ее я утром верну, но пирожные до завтра точно не доживут.

– Я знала, что вам понравится, – тепло улыбнулась тетушка. – И благодарю вас за Мулю. Если бы не вы…

Я быстро поднялась на свой этаж. Сначала хотела зайти в свою комнату, позвать туда же Ярослава и угостить его. Но потом вспомнила про беспорядок у себя и раскиданные вещи и решила, что нет уж. К тому же мне интересно, как живет ведьмак.

Так что я постучала костяшками пальцев в дверь его номера. Она открылась почти сразу, хозяин выглянул, а тут я с чем-то квадратным, укрытым чужой шалью.

Ярослав выразительно изогнул одну бровь, вопрошая, что мне надо. Я же воровато глянула вправо, влево, убедилась, что нас никто не видит, и аккуратно приподняла край шали, демонстрируя, что у меня в руках.

Глаза ведьмака округлились, обе брови взлетели на лоб, а губы растянулись в улыбке. Ни слова не говоря, он широко распахнул дверь и пропустил меня в номер.

А ничего так, у него порядок. Аккуратист, не то что я. Может, он военный? Слишком уж прибрано, и даже ничего не валяется.

Потом мы ели пирожные в комнате. И пили чай на балконе. И не только чай, потому что это девушки везут стратегические запасы шоколада. А мужчины… Малиновая наливка оказалась очень кстати и к месту. И вообще. А потом мы снова в номере доедали пирожные, которые не влезли в нас в первый заход.

И это была самая странная Вальпургиева ночь в моей жизни. Она же Живина ночь, Ночь Костров, Летень, Бельтайн.

Да, не шабаш, но очень забористо я время провела. И в отличной компании.

И мы с Ярославом просто отдыхали. Наслаждались разлитой в воздухе силой. Очень мирно и уютно сидели и чаевничали. Говорили мало, ни о чем. О метлах, кто какие предпочитает. И какие книги нравятся. И какие пирожные вкуснее… А потом я как-то неожиданно отключилась.

И проснулась в чужом номере, на чужой кровати, положив голову на чужое плечо и закинув ногу на чужое бедро. Это как? Это почему?

Ой!

Я похлопала глазами, не шевелясь, бросила взгляд по сторонам. Прислушалась к ощущениям тела. Я одета во вчерашний наряд. Но босиком, кто-то снял с меня кеды, прежде чем уложить на кровать. Так… Грудь под моей щекой тоже в одежде. Вот негодяй! Мог бы и снять и рубашку, и майку. Понятно же, что мне было бы приятнее… Скосила глаза вниз. И в джинсах… Тьфу ты, скромник какой.

Ну и ладно. Не очень-то и хотелось.

Я тихонечко приподняла голову, потом руку, которой обнимала спящего Ярослава за талию, затем ногу, которая была перекинута через него, и попыталась перевернуться на спину и сбежать.

Но не тут-то было. Ведьмак глубоко вздохнул, завозился, подгреб меня, словно плюшевую игрушку, перевернулся на бок, подмяв уже меня под свои конечности, и глубоко задышал.

Пу-пу-пу… Ситуация патовая. И очень уютная. И тепло так. Ну и кто я такая, чтобы после боевой ночи и коробки пирожных бороться с ведьмаком? Да еще с таким… Я зевнула. Протянула руку и пощупала, куда дотянулась. Улыбнулась довольно. Снова зевнула. И опять заснула.

А уходила все же тишком. Снова проснулась, на этот раз полностью отдохнувшая и выспавшаяся. Выползла тихонечко из-под теплого бока, подхватила с пола свои кеды, сумочку и на цыпочках прошмыгнула к выходу из номера.

Приключения – это здорово. Но я приличная девушка, кто бы там что себе ни напридумывал. И одно дело отрубиться от переутомления и переедания на дружеском плече собрата по боевой операции. А совсем другое – проснуться с малознакомым человеком в одной кровати, чтобы потом испытывать вот это вот все – неловкость, смущение, попытки сделать вид, будто это в порядке вещей. Или еще хуже – парень может подумать, что ты рассчитываешь на нечто большее или хотя бы не возражаешь.

А тебе, вообще-то, надо в уборную, в душ и пообщаться с зубной щеткой. Так что я тихонечко ушла к себе. Поприключались, немножко развлеклись параллельно, совместив с приятным, легким и ни к чему не обязывающим флиртом, и достаточно.

В столовую на завтрак я спускалась, уже полностью приведя себя в порядок, чистенькая, причесанная, голодная. Ну что такое для юного магического организма половина коробки пирожных. О-хо-хонюшки, снова здоровое питание, здравствуй.

На тарелку с жиденькой кашкой я смотрела, как на… да как на невкусную диетическую кашу и смотрела. Ну да ничего. Похудею. Постройнею. Стану еще краше. Приедут девчонки от драконов, будут они толстые и счастливые. А я буду худая, но тоже счастливая.

– Доброе утро, – прозвучало приветствие, и на свое привычное место сел Ярослав.

Его завтрак тоже не вдохновлял, так что особой радостью ведьмак не лучился.

– Типа того, – буркнула я неловко и быстро сунула в рот ложку с кашей.

Я же ем, а во время еды приличные существа не разговаривают. Ведьмак оказался существом не очень приличным, потому что он тоже съел ложку каши, вздохнул и сказал:

– Я не слышал, как ты ушла. Предупреждая ненужные вопросы, заснула ты внезапно, карточку от твоего номера я не увидел, шарить по карманам и в сумке не решился. Ты ведьма, мало ли, какие проклятия нашептала. Кровать у меня всего одна, но на твою девичью честь не покушался.

– Ладно, – помедлив, ответила я.

Нет, ну каков мерзавец! Мог бы и покуситься, мне было бы приятно. Я бы не позволила ничего, но сам факт.

– И раз уж мы уладили этот вопрос, – совершенно спокойно продолжил Ярослав, – предлагаю вечером, после того как пытки здоровьем закончатся, сходить погулять. И шагомеры возьмем.

– О-о… – Я хлопнула ресницами.

Это вот сейчас он зовет просто типа сделать норму физической нагрузки и находить десять тысяч шагов, потому что именно такую цифру однажды придумали длинноногие эльфы?

К слову, я никогда столько не нахаживаю. Я же городская, где мне там ходить? К тому же у меня есть метла. И такси.

– Это свидание, – совершенно невозмутимо пояснил ведьмак, не дождавшись от меня энтузиазма погулять с шагомером.

– А без шагомера можно?

– Можно, но тогда придется потом отдельно ходить, чтобы показать лечащему врачу, сколько нагрузки было за сутки.

У меня взлетели брови. С меня такого не требовали. Что за индивидуальные пытки? Но озвучила я другое:

– Ты сегодня, кажется, побил все рекорды и наговорил больше, чем за все прошлые дни.

Не понимаю. Это пирожные его расколдовали? Или совместный сон? Или что? Он же все время молчал.

Ведьмак правильно понял мой вопросительный взгляд и нехотя пояснил:

– Я по натуре немногословен, а после контузии и досадной травмы приходится беречь голос. Поэтому общаюсь, только когда необходимо. И дальше тоже буду в основном молчать, прошу это не относить на свой счет. Организм нужно подлатать, отсюда у меня индивидуальный график нагрузок и процедур.

– Ах вот оно что! – с облегчением выдохнула я.

Нет, ну согласитесь, странно же, что твой собеседник вовсе не собеседник, а сомолчальник. Хотя я и сама не очень разговорчивая. Издержки современного образа жизни, когда все привыкли переписываться в чатах и в лучшем случае наговорить голосовое сообщение.

– Ладно, – с улыбкой кивнула я. – Я пойду на свидание с тобой. Походим, помолчим, шаги посчитаем.

Ну а чего? Идеально же. Не придется о себе рассказывать, а он о себе не станет болтать. Для маленького курортно-санаторного романа – отлично. Красивый, загадочный, молчаливый мужчина. И я точно такая же красивая, загадочная и молчаливая девушка. И никто никому ничего не должен. Не надо говорить про работу, учебу, почему до сих пор не замужем, кто начальница, какую еду предпочитаешь. Хотя это я могу сказать – любую, кроме диетической!

И-де-аль-но!

В условиях ограниченного гардероба и закрытой территории мне даже и наряжаться особо не пришлось. Вечером собрала волосы в пышный узел, переоделась в удобную для ходьбы одежду, не забыла ветровку, потому что хоть и теплая уже весна, но обманчивая. Вчерашняя ночь как пример, хорошо, что я была в куртке.

Собравшись, я спустилась в холл санатория. И неважно, что мы живем с кавалером через стенку. Свидание же, а не соседи вышли вместе погулять. И невольно улыбнулась, обнаружив, что Ярослав уже ждет меня на крыльце. Я выпорхнула наружу.

– Я готова.

– Ты удивительно пунктуальна, – с неким удивлением сказал он.

И протянул мне цветочек. В коробочке. Вах!

Я подарок приняла, всмотрелась и рассмеялась. Цветок оказался из зефира. И добыл же где-то.

– Отличный выбор! – весело сообщила я и спрятала подарок в сумочку.

Ярослав улыбнулся и протянул мне открытую ладонь, предлагая взять его за руку. А я и не стала возражать. Руки у него хорошие – крупные, сильные, с длинными пальцами и мозолями на ладонях. А еще сухие и горячие. Приятные.

Ненавижу, когда у существ холодные влажные ладони. Все понимаю и не осуждаю, это не их вина, а особенности организма. Но все равно предпочитаю избегать физического контакта и рукопожатий с обладателями такой особенности.

Мы гуляли. Кормили птиц. Слушали кузнечиков. Смотрели на облака. Отслеживали миграцию проснувшихся муравьев. Спугнули ужа. Угостили наглую белку. Много молчали и улыбались. Шагомер исправно работал.

Не целовались.

Но, пользуясь случаем, я пощупала задницу Ярослава. Случайно! Совершенно случайно! Очень быстро, чтобы он не понял, что это было.

Кажется, он все же понял. Но не возражал.

Задница – классная! Не зря он свои тысячи шагов нахаживает и набегивает.

Уже за полночь, вернувшись в номер и завалившись в кровать, я вышла в сеть и вошла в чат, куда коллеги слали мне свои бесстыжие загоревшие снимки и фото еды из ресторанов, издеваясь над моим здоровым диетическим питанием.

– Что-то ее нет, тишина подозрительная, – писала Нильда.

– Наверное, совсем без сил от голодухи лежит, – предположила Хелен.

– Да прям! Мужика небось нашла, шляется по кустам, – предположила циничная Ириляна.

– Да кого она могла найти в санатории в Бейланде? – засомневалась Нильда. – Пенсионера какого-нибудь? Зачем ей дед с подагрой и ревматизмом?

– А если это богатый дед? Дракон, например? Устал от жары в Драконьих Эмиратах и рванул в прохладу лесов Бейланды, – не сдавалась Ириляна.

– И чего? Даже если дракон, на кой ей старый полудохлый дракон? – Нильда была непреклонна. – Не для того мы нашу ведьмочку плохим вещам учили, чтобы она пенсионеру стакан воды для вставной челюсти подносила.

– Ой все! Ладно, пусть этот древний дракон с подагрой – дедушка нереально классного и молодого…

– Который сидит в своих Драконьих Эмиратах и на ваши голые коленки любуется, – отсмеявшись и прочитав ленту, вмешалась я в обсуждения.

– О! Милана! Рассказывай, под каким ракитовым кустом ты шлялась? – оживилась Тири́лия, которая и со мной не поехала, и с девчонками не полетела, а работала и являлась немым укором нам, отпускницам.

– Не под кустом. Но гуляли… Тут тако-ой ведьма-а-ак! Вах! Мы с ним как детсадовцы за ручку сегодня весь вечер гуляли.

– Тьфу! Я-то уже было обрадовалась. И все?! – Ириляна прицепила крайне эмоциональный стик с енотом, выпучившим глаза.

– А вчера на самодельной метле летали. Спасли собаку от жертвоприношения. Закрыли портал и отправили назад мелких тварей светоборов и какую-то хтонь с щупальцами. Пришлось пожертвовать свою пудру. Вчера же был Бельтайн.

– О-о-о! Точно. Как же это мы забыли. Тут это как-то не отмечают. И что? Как?

– Я потрогала все, до чего дотянулась. Потом ели пирожные и заснули в обнимку, – отчиталась я.

– Ну наконец-то! – обрадовались коллеги моей личной жизни и стали требовать подробностей.

Их, подробностей, было немного. Но что было, рассказала. А вот фото не показала. Нечего слюни пускать на Ярослава. У них там и так полно красивых мужчин вокруг.

На следующий день мы с ведьмаком встречались за завтраком, обедом, полдником и ужином за столом. Пару раз прошли мимо друг друга в коридорах санатория, так как часть лечебных процедур у нас совпадала. Поулыбались друг другу.

Вечером он снова позвал на свидание. Я согласилась.

Кормили птиц. Слушали деревья. Смотрели на небо.

Целовались.

Много! Ух! Аж ножки подгибались! Пощупала все, куда дотянулась ручонками.

Там все тако-о-ое…

И на следующий вечер гуляли. Птицы нас ждали уже как родных. Покормили. Белке тоже угощение перепало.

Целовались еще больше. Дольше. И качественнее.

Да-а-а… Целоваться тоже надо уметь, вот что я вам скажу.

Ярослав умел.

И на третьем свидание мы тоже птиц кормили. Облака смотрели. Белка была недовольна, мы были заняты и чуть не забыли про орехи для нее.

Целовались. Потом пошел дождик. Вернулись в корпус санатория. Поднялись на наш этаж.

Снова целовались. Уже у дверей в наши номера.

А потом оказалось, что мы целуемся, но в постели. Даже не поняла, в чьей. Наконец-то стащила с Ярослава толстое худи, бейландские весенние ночи – это вам не пляжный отдых в песках у моря. И футболку туда же.

Брюки и все остальное он стащил с себя сам.

Ва-а-а-а….

И это все мне?! Вот же удача привалила!

Слушайте, а в здоровом диетическом питании, определенно, есть что-то. С полным пузом после пиршества в ресторане особо и не согнешься, и не скрутишься. А тут мы прямо такие стройные, отощавшие, здоровые по самую маковку…

Что ж, с этого вечера жизнь в санатории обрела совсем иные краски.

Дни были посвящены здоровью и сну на каждой поверхности, куда падал измученный недосыпом и личной жизнью организм.

А ночи были отданы разврату. И такому, и сякому, и на кровати, и на тумбочке, и в душе. Комнатный холодильник смешно дребезжит, если на нем сидишь. Ковер шершавый и царапучий. А вот кресло удобное. Кровать скрипучая, правда, словно она стояла тут со времен царя Гороха. Но матрас на полу решал проблему.

– Какой же прекрасный санаторий! – с улыбкой сказала я администратору санатория, когда выписывалась.

Глаза слипались, спала я сегодня за ночь, может, часик. И то не точно. Тело ломило от усталости и крайне полезного для любого организма разврата с потрясающим партнером.

– Угу, – уныло отозвалась девушка и с завистью на меня покосилась. Пришлось быстро поправить шарфик на шее, чтобы спрятать засос. – Ваши документы. Приезжайте к нам еще. Микроавтобус для транспортировки на вокзал уже ждет.

– А много нас, уезжающих?

– Нет, основной выезд был вчера. Еще часть уедут через три дня.

Ярослав оставался, у него не просто отпуск, как у меня, а именно реабилитационная программа с лечением. Так что я покидала и санаторий, и ведьмака.

И знаете что? Я не стала брать у него контакты. Это был прекрасный курортный роман. Мы ничего друг у друга не спрашивали. Не обещали. Не рассказывали о своей жизни вне стен этого запрятанного в лесах Бейланды санатория. Я даже не знаю, из какой он страны. И это было осознанное решение. Я хотела оставить в памяти шикарного ведьмака Ярослава именно таким. С нашим коротким головокружительным романом. И не омрачать это чудесное время последующими неловкостями, притирками, чужими знакомыми, разными привычками и образом жизни.

Мы странно встретились. Провели очуменные ночи. И странно разбежались.

Рано утром, уходя из его номера, я написала красным карандашом для губ записку на салфетке, лежавшей у чайного набора:

«Было жарко. Ты – огонь. Мне пора на север. Не скучай. Целую. Твоя ведьма»

В автобусе я спала. Погрузилась на вокзале в свой поезд, приготовила постель и снова завалилась спать. Так устала, пока отдыхала в санатории. И всю дорогу до родного города тоже спала.

Вот-вот закрутятся будни. Встречи с коллегами и друзьями. Рабочие дела. И словно сон останется санаторий…

Все было очень классно, но уже завтра – здравствуй, реальная жизнь.

Из Драконьих Эмиратов ко мне приехал маленький ковер-самолет, размером с коврик для компьютерной мышки. Активировался щелчком пальцев и голосовым управлением. Забавная штукенция, можно отнести что-то на нем или передать на другой конец комнаты коллегам канцелярские принадлежности.

Еще я получила в качестве сувенира крохотный хрустальный сосуд с джинном. Мелкий синий дух, размером с таракана, корчил рожи сквозь стекло и показывал неприличные жесты.

– Загадай ему что-нибудь эдакое, – вручили мне презент девушки. – Только несложное, у них заряд сил небольшой. Что-то милое, но не трудное.

– Например? – полюбопытствовала я, подняла хрустальный сосуд против света и принялась рассматривать мелкую восточную нечисть.

– Ну не знаю… Уборку сделать. Массаж стоп, – предложила Ириляна. – Волосы собрать в прическу я бы не доверила, – подумав, добавила она.

– Пусть сварит тебе кофе и станцует стриптиз, – со смехом предложила Нильда.

– Судя по веселью, со стриптизом все неоднозначно? – с подозрением глянула я на нее.

Отпускницы переглянулись и захохотали в голос. А потом, утирая слезы, пояснили:

– Он только до пояса человекоподобный. А от талии и ниже – просто струя дыма. Так что снимать ему нечего, купюры засовывать некуда.

При слове «купюры засовывать» крохотный джиннчик в моем флаконе оживился, продемонстрировал мускулы и бицепсы и многозначительно покрутился.

Дальше меня кормили привезенными сладостями, показывали фото и делились впечатлениями о поездке.

– Ну а теперь – рассказывай! – закончив говорить о своих похождениях, пристали они ко мне.

– О чем?

– О нем!

– О ком?

– Не юли! Ты внезапно исчезла, почти перестала читать чат, свои фото не слала, не ныла и не страдала на почве лечебного голодания. Значит, тебе было на что и на кого тратить время. И как он? – строго выспросила Ириляна.

– Огонь? – с горящим взором спросила Нильда.

– Да что вы спрашиваете? – рассмеялась Хелен. – Вы посмотрите за ее лицо. Они же стопроцентно не выползали из постели.

– Чего это? Еще как выползали! На лечебные процедуры, зарядки и все такое прочее.

– Так чего? Ну же! Не томи! – наперебой загомонили они.

– Ведьмак. Плечи – во! Спина – во! Задница – во! И сам он вот такенный! – жестами я им все показала.

– Ну а самое главное? Там-то все хорошо было?

– О-о-о, девочки. Не просто хорошо. А хо-ро-шо! – И я снова жестом изобразила все.

Мы переглянулись и захохотали. Да, девочки тоже обсуждают мальчиков. И что? А мы вообще ведьмы, у нас натура такая, нам можно то, что нельзя всяким благовоспитанным юным леди из пансиона благородных девиц.

– Ну и что дальше? Вы обменялись контактами? Будете встречаться?

– Нет, – с улыбкой покачала я головой. – Это было невероятно, головокружительно и восхитительно. И он такой… Такой… Я почти влюбилась. Но нужно уметь вовремя остановиться и не портить чудесную отпускную историю пошлым бытом и унылыми буднями.

– У-у-у… Ну как так-то?!

– Ну как-то так, – развела я руками. – Он ни о чем не спрашивал меня: кто я, откуда, чем занимаюсь. А я – его. Я даже фамилию его не знаю, из какой он страны, чем занимается. Ну кроме того, что он ведьмак.

– Жалеешь? – понятливо уточнила Нильда.

– Жалею, – помедлив, ответила я. – Но навязываться не в моих правилах. Первый шаг делает мужчина. Или не делает. И тогда история остается чудесным прошлым, о котором приятно вспоминать. Но он определенно занял местечко в моем сердце. Может, однажды буду рассказывать о нем внучке. И о том, как я летала на метле в Вальпургиеву ночь спасать толстую старую таксу с умопомрачительным ведьмаком Ярославом.

– Эх… Но мы все равно тебе завидуем! – сообщила Ириляна. – У нас все было банально: пляж, море, солнце, рестораны, танцы, коктейли, экскурсии.

– Ну ничего себе – банально?! – возмутилась я.

– Ладно, не банально, но страшно прилично и почти целомудренно.

Пролетели две недели.

Работа, дедлайны. Вредная еда – счастье-то какое!

Кстати, а вы знали, что если джинну не загадать желание, а предложить разрешить ему кое-что, если он сам этого хочет, то…

В один из вечеров, когда я чуть живая от усталости упала в кресло на кухне, взгляд остановился на подаренном хрустальном сосуде с джинном. Бедняга там приуныл и заскучал. Сидел, грустно смотрел на меня и ковырял пальцем свою тапочку с загнутым мысом.

– У тебя же ног нет, зачем тебе тапка? – спросила я его.

Джинн встрепенулся, поняв, что обращаюсь к нему. Выхватил вдруг откуда-то вторую и продемонстрировал мне обе. Мол, смотри, что у меня – две тапки.

– И? Что это должно означать?

Джинн пожал плечами и снова приуныл.

– Хочешь, разрешу тебе выходить? Можешь даже готовить что-нибудь из моих продуктов. Я слышала, что вы очень любите кулинарию, но вам редко удается проявить себя в этом плане. Я разрешу, мне не жалко. Что приготовишь, то и поесть сможешь, я позволю.

Джинн вскочил на «ноги», точнее на струю дыма, и активно закивал. Но пришлось осадить его:

– Но учти, это не мое желание. Свое я загадаю потом, отдельно и сначала четко оговорю, что вот прямо сейчас я загадываю желание в рамках договора. Это понятно? – Джинн кивнул. – А выпустить я могу тебя, если ты сам этого хочешь. Просто чтобы не сидеть взаперти. Но при условии, что ты не будешь вредить никаким образом мне, моему дому, моим друзьям, знакомым, родным, близким. А будешь просто гостем, пока я сочту это уместным. Но когда попрошу вернуться в сосуд, ты вернешься. Хочешь принять мое предложение и выполнять условия?

Джинн активно жестикулировал и демонстрировал свое согласие.

– Хорошо. Это твое желание, я иду навстречу и позволяю тебе погостить у меня при соблюдении озвученных выше правил. А если захочешь приготовить что-то вкусное прямо сейчас, я покажу тебе, какие продукты можно взять.

Ой, вот только не надо говорить, что я коварно собираюсь использовать нечисть в своих сомнительных делишках и заставлять готовить. И что? Да, собираюсь. Но все по-честному. Он не сидит взаперти, гостит, ест то, что сам приготовил. Но гостит-то в моем жилище и готовит из моих продуктов.

Джинн оказался размером с кота, стоящего на задних лапах. Ног у него действительно не было, стоял он на хвосте из дыма. Но перемещался по воздуху, так что отсутствие ног ему это не мешало.

Звали его Абдулла́. И мы вполне неплохо поладили. Уже в первый вечер он приготовил курицу с рисом по-восточному. Сказал, что у меня совершенно нет нужных специй, но он готов их мне предоставить, если я хочу.

Фыркнув, я ответила, что меня мои специи устраивают. А все остальные добавки – его личное желание и ко мне это никакого отношения не имеет. Могу что-то докупить, если напишет список. Но не сегодня. А нет – так и не надо, мне и так хорошо.

– Ох эти ведьмы! – цокнул Абдулла языком таким же синим, как и он сам. – Ладно, у меня есть.

Даже знать не хочу, откуда он приволок все эти кулечки… Возможно, стащил из какой-то джиннской виртуальной кладовой, но это не точно.

Приготовлено было вкусно. Хвалила Абдуллу. Ели мы с ним за одним столом. Поболтали немного. Он сказал, что совершенно не торопится домой и чтобы я не спешила со своим одним полагающимся мне желанием. А то у него большая семья, множество братьев и сестер, места нет, ютятся все в тесноте. Так что он готов подзадержаться, будет мне дом прибирать… Тут он провел пальцем по подоконнику и показал пыль. И готовить будет лучше всякого повара.

– Ну не зна-а-аю… – со скепсисом протянула я. – Нет, готовишь ты – пальчики оближешь, это факт. Но мне вообще-то полагается по статусу домовой, я же ведьма. А не джинн…

– Какая интересная мысль! – чуть ли не до потолка взлетел Абдулла. – Найми меня домовым? У тебя нет своего, я вижу. Ну найми, а? Я буду отлично работать!

– Это твое желание? Ты так не хочешь возвращаться домой, что отчаянно желаешь наняться ко мне на службу домовым? – уточнила я.

– Да! Это мое желание! Очень хочу. Найми меня, ведьмочка. Я буду отличным домовым.

– Ну не зна-а-аю… Что обо мне люди-то подумают? Скажут, что заставляю приличного джинна…

– А давай скажем, что это я тебя заставил? А я тебе буду готовить, стирать, гладить, жилище в порядке содержать, коту шерсть вычесывать, детей нянчить, мужу помогать по дому.

– У меня нет кота и детей. И мужа тоже нет.

– Не страшно. Заведем! Слушай, ведьмочка, я все так отлично придумал. Начать можно с кота. Они самые неприхотливые и мягонькие, а еще мурлыкают. Потом мужа найдем. Если что, я помогу с этим.

Я расхохоталась. Абдулла был забавный. И я наняла его на работу своим домовым. И мы с ними даже подписали магический контракт на год. С возможностью расторжения или пролонгации по обоюдному желанию.

– Но, чур, не пакостить! – строго предупредила я.

– Не буду. Надоело. Скучно это… А вот домовым джинном я еще никогда не был. Это новый уровень. Почетно…

– Офигеть, ты ушлая! – заявили коллеги, когда я им об этом рассказала. – Ну и чего, нам самим, что ли, теперь таких джиннов заказывать себе с оказией?

Забегая вперед, скажу, что сделку я заключила крайне удачную.

Абдулла быстро нашел и подружился с домовыми соседей. Проконсультировался с ними, все разузнал. И у меня наступила эра идеального домашнего порядка и вкусной еды вместо кефира на ужин, потому что некогда было готовить.

Оплатой Абдулле было проживание, питание, просмотр телевидения и пользование интернетом без ограничения с моего запасного планшета. Все остальные потребности по мере возникновения и обсуждения их целесообразности и необходимости. А, ну еще я обязалась докупать необходимую бытовую технику, продукты, напитки, специи и книги по кулинарии.

Курортный роман остался в прошлом и был забыт. Ну это я так считала.

Но как-то раз Абдулла, протирая после обеда стол и попутно ловя мой рассеянный взгляд, неожиданно цокнул языком:

– Знаешь, хозяйка, джинны-путешественники часто говорят: если оставил за собой закрытую дверь, не удивляйся, что в дом не входят. А если оставил окно приоткрытым – ветер сам принесет то, что нужно.

– Что? – моргнула я. – Ты о чем?

– Ай, ц-ц-ц, – поцокал он с восточным колоритом. – Сама знаешь.

Я усмехнулась и сложила бумажный самолетик, вспомнив свое послание на точно такой же бумажной салфетке в санатории, на которой написала записку Ярославу.

Все пучком. Ни о чем не жалею, не раз еще вспомню, было пре-вос-ход-но! Ветер-то принес только джинна с кулинарными талантами и восточной философией. Но, кажется, он прав. Окно я все же не захлопнула.

Прошло три недели с отпуска. Воспоминания сгладились и стали не такими острыми. Вызывали улыбку, томление и светлую грусть. Было чудесно, и я хотела бы продолжения. И ни секунды не жалела о том, что это случилось.

В один из дней мне пришло приглашение поучаствовать через три дня в слете ведьм и ведьмаков. Ничего особенного, нам всем периодически приходят приглашения на разные мероприятия. Обычно выступают лекторы, обсуждаем последние веяния в магических науках, исследования в области магической фармацевтики, достижения ученых, изменения магических потоков планеты и звездные катаклизмы, влияющие на нас. Формат мероприятий обычно предусматривает несколько перерывов на кофе и перекусы. Вечером прощальный фуршет.

Форма одежды максимально нарядная, но не вычурная и не вечерняя. Нечто приближенное к коктейльному стилю. Иностранные ведьмы всегда приходят в шляпах. Случаются на этой почве недоразумения, когда они отказываются их снимать во время выступлений лекторов и загораживают обзор тем, кто сидит за ними. Но вообще, формат мероприятий не требует обязательного форменного ведьминского облачения. Поэтому мы всегда пользовались возможностью принарядиться и выгулять в свет красивые платьишки, которые порой покупали специально. Обновки – это всегда приятно.

Несколько озадачивало, конечно, что позвали так внезапно. По плану на год этого слета не значилось, я точно помню. Но в приглашении стояла пометка: «Приглашение согласовано через блок прикладной магии». Не то чтобы я имела какое-то отношение к прикладной магии, но отказываться от классного мероприятия было бы глупо.

Поэтому я обрадовалась возможности принарядиться во что-то новое и красивое и весь вечер с упоением выбирала на сайте магазина наряды, отправляя их в корзину. Чтобы потом сразу заказать и примерить. И новые босоножки. Да! Красивые и блестящие. Чтобы – вах! И голые пальчики ног с ярким лаком. Летом можно.

Прическу и макияж на выход мне делал Абдулла. Мой джинн-домовой не только первоклассный повар, но и потрясающий стилист.

Он корпел над моей внешностью, вплетая в рыжие кудряшки невидимые фиксирующие чары, как вдруг замер и внимательно посмотрел на меня в зеркало.

– Твое сердце дрожит, – констатировал он. – Не от тревоги, а от тайного ожидания.

– Какого еще ожидания? – фыркнула я, поправляя бретельку. – Я просто люблю красивые платья. Не придумывай.

– Ай, красивая! Ты все время забываешь, что джинны чувствуют магический резонанс. – Абдулла хитро улыбнулся, поправляя мне вырез платья, чтобы декольте смотрелось вызывающе, но элегантно. – Сегодня воздух звенит иначе. Что-то будет. Ты и сама это чувствуешь.

Я пожала плечами. Вообще-то, я не чувствовала ничего, кроме предвкушения отличного мероприятия и фуршета в конце. Ну и еще встречи со знакомыми, которые там окажутся.

Но мысль зацепилась за его слова. И правда, кажется, разлито что-то такое в воздухе…

А мой домовой джинн хитро улыбнулся, подмигнул моему отражению и плеснул в воздух немного фиксирующих чар.

Уже перед моим выходом из квартиры он снова поцокал:

– Ай, ц-ц-ц, хороша! Хоть к алтарю прямо сегодня. Повеселись!

И уплыл в комнату, а следом по полу за ним уполз тоненький хвостик дыма.

И вот – холл роскошного отеля в центре города.

И я такая красивая. В новых босоножках из золотистой металлизированной кожи. Высокие каблуки, переплетение тонких ремешков. Ярко-красный педикюр. Загорелые ноги. Голые коленки. Короткое, молочного цвета платье с пышной юбкой и пеной кружев по подолу и линии декольте. Голые плечи и руки. Идеальная укладка ярко-рыжих локонов.

И-и-и-и! Я себе страшно нравилась и выглядела сногсшибательно. Судя по завистливым женским взглядам, нравилась я не только себе.

Несколько раз я чувствовала на себе тяжелый жаркий взгляд. Вернее как, я чувствовала много таких взглядов. Ведьмаки – мужчины ого-го, их внимание осязаемо в буквальном смысле. Но мы никогда не приходим на сходки, не озаботившись амулетами, артефактами и заговорами от сглаза, порчи, проклятия и всего, чего только можно. Мы же ведьмы… Глаз и ухо нужно держать востро. Но вот один взгляд был особенно ощутим. Я даже плечами передергивала и пыталась отыскать, кто же так смотрит. Не нашла.

Шла программа, выступали лекторы. Выходили на кофейный перерыв дважды. И вот после обеда объявили выступление особого почетного гостя.

Ведущая еще что-то говорила, а я смотрела на сцену, и у меня в ушах стоял ровный гул. Ни слова не слышала. Потому что в черном строгом костюме к микрофону шел он… Ярослав.

– Како-ой… – протянула рядом Ириляна. – Так и съела бы. Милан, ты только глянь…

– Ага… – сказала я и почувствовала, что расплываюсь в улыбке. Вспомнились все наши жаркие ночи…

– Воу-воу-воу! – протянула Ириляна, уставившись на меня. – А кто-то поплыл.

– Ага, – согласилась я и томно вздохнула, улыбаясь как дурочка.

– Оу! – дошло до Нильды. – Ярослав? Тот самый Ярослав?!

– Ага, – в третий раз согласилась я.

– О-о-о… Вот это ты отхвати-и-ила! – захихикали они и зашушукались.

Я же смотрела на Ярослава, улыбалась во весь рот и балдела от того, какой же он офигенный. И это все было моим целую неделю. Так и съела бы!

На сцене почетный гость, ведьмак Ярослав, что-то говорил, здоровался. Я не слушала. А потом он посмотрел прямо на меня. Глаза в глаза. Не знаю, как он отыскал меня в толпе. И даже моя кучерявая рыжая шевелюра не оправдание, среди ведьм много рыжих. Это чуть ли не профессиональная масть.

Но он смотрел прямо на меня. И говорил, как он рад оказаться в этом городе. И что ему все нравится. И о том, как тут все красиво. И что-то еще…

И говорил все это, глядя глаза в глаза. И под конец улыбнулся. И я чуть не сползла под кресло, потому что растаяла, как мороженое на солнце. Ну мой! Ах!

– Миланка, соберись, – с хихиканьем пихнула меня в бок Нильда. – У тебя глаза светятся, и вид как у озабоченной кошки.

– Ага, – прыснула я от смеха, но глаз не отвела, смотрела на Ярослава.

Он снова улыбнулся мне персонально. Да так, что несколько человек аж оглянулись, отыскивая, кому он там такие улыбки дарит.

Но дальше пошла лекция. На большом экране за его спиной мелькали схемы магических барьеров, карты аномальных зон и тактические алгоритмы работы в группе. Тема выступления висела в программе: «Стабилизация потоков в зонах спонтанных разломов и методы экстренного подавления инородной нечисти».

Вот теперь все встало на свои места: его молчаливая уверенность во время нашей вылазки, умение четко командовать, тяжелая дисциплинированная магия. У меня так не выходило, моя магия легкая, мое нелепое оружие – пудреница. И стали понятнее проблемы, что оставила ему некая серьезная передряга. Он не просто ведьмак-отпускник, любитель санаториев. Он специалист по закрытию аномалий.

Ярослав рассказывал что-то очень важное и умное. Но, боги всемогущие, о чем важном и умном я могла думать, когда передо мной расхаживает вот это вот мускулистое широкоплечее великолепие, которое было моим. А тело еще помнит… все. Вообще все. Короче, я не слушала, я смотрела и млела.

Он закончил свою лекцию и ушел со сцены. Следом за ним кто-то еще начал выступать. Но я поняла, что мне нужно ненадолго отлучиться. Просочилась к выходу, прошмыгнула в щелочку в дверях и направилась к рекреации, где находились столы с напитками и легкими закусками.

Далеко уйти я не успела. Внезапно открылась дверь, кто-то цапнул меня за руку и втащил… в кладовку, которую почему-то называют Мопной.

Но я не успела ни возмутиться, ни испугаться, только споткнулась о ведро на полу.

– Попалась, – сказал Ярослав и подхватил меня, помогая сохранить равновесие.

– Ага! – улыбнулась я.

Мы целовались. Каким-то образом закрыли дверь на внутренний запор и возмутительным образом предавались разврату. Прямо там, в тесноте, стоя, не раздеваясь. Посреди швабр, ведер, прочих штуковин для уборки.

Лишь вжикнула молния на его брюках, взметнулась моя юбка, и оказалась сдвинута в сторону кружевная полоска белья. А я сама очутилась на весу и была прижата к сильному телу…

И было вос-хи-ти-тель-но!

И мы очень старались не шуметь. Но, кажется, не очень преуспели, потому что кто-то демонстративно покашлял за закрытой дверью.

Ну простите, мы не специально.

А спустя некоторое время мы стояли, пытаясь отдышаться и прийти в себя от этой умопомрачительной спонтанной вспышки страсти. Молчали. Дышали. Обнимались. И просто наслаждались встречей. И тем, как мы идеально вписываемся друг в друга.

– Как ты меня нашел? – спросила я, немного очухавшись и поправляя перекосившееся платье.

– А я и не терял. В администрации санатория оставались твои данные. Дальше обычная работа с поисковиками и базами данных, ничего сложного. Ну и мне нужно было организовать свой приезд.

– Что?

– Я приехал ради тебя.

– Погоди… Но в программе ты не был заявлен, – дошло до меня.

Я ведь читала ее три дня назад, когда получила приглашение.

– Изначально не был, – поправил он, аккуратно возвращая прядь волос мне за ухо. – Но, когда получил предварительный список гостей от оргкомитета и увидел твою фамилию… пришлось проявить инициативу. Сначала я выступил спонсором вечернего блока по стабилизации разломов, настоял на расширении гостевого списка, проверил, что ты в нем есть. И свою лекцию сдвинул, чтобы точно застать тебя в зале.

– То есть ты… выкупил место в программе ради меня? – Я округлила глаза. – Но это же масштабный съезд! Иностранные делегации, жрицы…

– Я не организовал весь съезд, Милана. Я лишь обеспечил тебе приглашение и подстроил свое участие. Остальное – стандартная процедура для почетных спикеров. Просто не хотел упустить тебя снова. Я намерен тут задержаться, поэтому пришлось действовать официально, чтобы и с работой себе все устроить и закрепиться.

– Ага… – очень глубокомысленно протянула я и прижалась к нему.

Потом опустила ладонь ниже и погладила ладошкой потрясающую задницу, о которой с такой теплотой вспоминала эти недели.

– Не шали… – выдохнул он. И погладил мою грудь.

– Буду шалить…

В общем, разговор пришлось немножко отложить. И нам снова кто-то многозначительно кашлял за дверью. Непонятливые люди. Не ясно, что ли, тут важное совещание… Чего им так приспичило из кладовой забирать швабры? Нашли время полы мыть.

А потом мы снова стояли. Я почти висела на нем, потому что ноги не слушались и подгибались.

– Пойдешь со мной? – спросил Ярослав, поправляя мое платье и волосы. Я сама даже рукой пошевелить пока не могла.

– Пойду.

– А за меня пойдешь? – все так же деловито спросил он и поправил белье под платьем, заставив втянуть воздух.

– Пойду, – согласилась я.

– Сегодня?

– Сегодня.

Ну а чего спорить? А то снова потеряемся. Где потом его искать? Я даже фамилию не запомнила и должность. Поняла только, что какая-то крупная шишка и что-то там про аномалии.

– Сейчас?

– Сейчас, – улыбнулась я.

Что уж там. Позориться, так до конца.

Ведьмак наклонился, поцеловал меня в губы, и я почувствовала, как мне на палец скользнуло кольцо, и тут же руку охватило теплом. Ого! Не просто украшение, родовой перстень. Я чувствовала его силу, вплетающуюся в мою.

– Пойдем, объявим всем о нас и сразу же поженимся. – Выпрямился ведьмак и открыл наконец дверь из кладовой.

– Это как? – Пошла я следом. – Нет, объявим – это понятно. Но поженимся каким образом?

– Верховная жрица в составе гостей. Она предупреждена, что если я уговорю одну ведьму выйти за меня, то ей предстоит нас связать.

– Ты подстроил, что я буду тут…. И договорился?! Но… погоди! Но ты же не знал, что я соглашусь! – Я совсем растерялась.

– Я предполагал. Поэтому все подготовил и приехал, чтобы сделать предложение. Ты ведь не думала, что я забуду тебя? Вот еще. К тому же ты сама подписалась в записке – твоя ведьма. Вот я и приехал на север забирать свою ведьму. Идем?

– А как же… Ну…

– Я люблю тебя, – понял он, что так и не сказал три заветных слова. – Думал, это и так понятно. Ведьмаки – однолюбы и никогда не выпускают ту женщину, которая распалила жар в их сердце.

– Ну… ладно, – улыбнулась я и намотала на палец прядку волос. После чего шагнула и прижалась к своему жениху всем телом. Потерлась.

– Не балуйся, – погрозил он, подхватил на руки, поднял и усадил на талию. А я снова обвила его ногами.

И мы еще немножко поцеловались. А потом нас выгнали. И мы пошли жениться. И девчонки мои совершенно обалдели, когда мы вышли на сцену. И я такая… слегка потрепанная и немного помятая. И ведьмак такой же, потерявший лоск и с растрепавшимися волосами. И совершенно очевидно было, чем мы не так давно занимались.

Но мы среди ведьм и ведьмаков, а не в толпе пуританских эльфов. Так что нам только аплодировали. А со сцены мы спустились женатыми по магическим законам.

– А у меня вместо домового – джинн, – сказала я. Надо ведь предупредить об Абдулле.

– А у меня вообще домового нет. Я только купил новую большую квартиру в вашем городе. Так что привезешь своего джинна, я не против. Но у меня есть кошка, она уже осваивается на новом месте.

– Абдулла будет рад, он мне все уши прожужжал, что надо завести живое существо и что ему одному скучно, пока я на работе.

– Вот и хорошо, – утянул меня в лифт Ярослав.

– А мы куда?

– В номер для новобрачных. У нас же впереди брачная ночь и настоящий разврат, – обнял меня уже муж, а не герой курортного романа.

– Что?! Ты заранее снял? Но… у меня же ничего… И я… А как?

– Все заказано, подготовлено. И я тебе твердо обещаю: никакого здорового диетического питания.

Мы переглянулись и прыснули от смеха. Паровые котлетки, свекольный салат и тушеная капуста из санатория еще были живы в памяти.

Брачная ночь удалась!

– А если бы я не дала согласия выйти за тебя? – спросила я в темноте. – А ты вот номер для новобрачных снял на первый брачный разврат.

– Я его на неделю снял. И долго убеждал бы тебя выйти за меня. А когда ты согласилась бы, мы просто продолжили бы тут то же самое, но уже женатыми.

– А жрица?

– В отеле есть своя. Тут и храм небольшой имеется, ты знала? Это не такое уж редкое явление, что разумным существам внезапно нужна жрица.

Я не знала. Но это уже и неважно. Нет, но кто бы мог подумать, что исключительно здоровый образ жизни и лечебные процедуры в санатории так губительно воздействуют на холостую жизнь.

Я и предположить не могла, что умудрюсь выскочить замуж меньше, чем через месяц знакомства. Из которых реально общались всего две недели. Интересный опыт.

Не знаю, как там брачная жизнь в целом, но брачная ночь была на высоте.

– А как твоя фамилия? – спросила я на рассвете, широко зевая и устраиваясь поудобнее. – А то я все прослушала, когда мы женились.

– Твоя́, – выделил он ударением, – фамилия теперь – Милана Гро́мова.

– Ладно, звучит неплохо.

Я закрыла глаза и засопела. Сил нет уже жениться и любиться. Потом продолжим, а сейчас спать. Впереди нас ждет счастливая семейная жизнь. Много развратных ночей. И никаких диет!