Эпилог

Два года спустя

— Спят как зайчики, — заглядывает в детскую Марина. — Мам, ты только посмотри, — улыбается счастливо.

За два прошедших года дочь округлилась, стала спокойной и красивой. В выражении лица пропали нервозность и злость. Так бывает, когда осознаешь, ради чего и кого живешь. Отец ребенка так и не объявился. Илья сначала хотел его принудить, но мы с Мариной и Каролиной высказались против.

Можно привести лошадь к водопою, но кто заставит ее пить?

— Да, набегались, — смотрю с любовью на сына и внучку.

— Тетя с племянником, — фыркает сзади Каролина. — Всему дому джазу дают.

— Так и положено, — обнимаю дочек. — Ладно, я пойду. Меня ждут… — киваю на распахнутую дверь детской.

— А можно я с тобой, — настраивает радионяню Марина. — Интересная тема, мам. Если ты не против, я в деле…

— И я, — подает голос Каролина. — Хоть волонтером, мам, — складывает руки в молитвенном жесте.

— А я могу поработать психологом, — вставляет слово Марина. — Мне немного доучиться осталось. А практика, сама знаешь… Лучший учитель…

— Тогда пойдем, — пропускаю дочек вперед.

Вместе с ними вхожу в библиотеку, давным-давно переделанную под кабинет Ильи. А там уже собрались наши друзья. Яков Лютов, Роза, Игорь Кольцов и даже Соня и Женя Бобровы.

— О, ты с группой поддержки, — вполшага рядом оказывается Илья. Целует меня в висок и кивает на плазму, висящую на стене, где когда-то был тайный вход в наше маленькое укрытие. Теперь это — часть библиотеки, разделенная деревянной перегородкой, на которой уместились и книги, и крутящаяся плазма.

— Давайте приступим, — сверлит недовольным взглядом Марину Лютов.

— Давайте, — прохожу к столу. Открываю программу со слайдами. — Предлагаю вашему вниманию проект антикризисного центра. Денег он не принесет. Предупреждаю. Зато будут нервотрепка, бессонные ночи и решение чужих проблем, — торжественно заявляю под общий хохот. — Но кроме нас помочь некому. Женщины чаще всего становятся жертвами домашнего насилия, попадают в непростые житейские ситуации. И у них один выход. Сбежать. Спасти себя и ребенка. Поэтому и нужны антикризисные центры, где можно переночевать, съесть тарелку супа, собраться с мыслями, а в случае необходимости обратиться за квалифицированной помощью. Медицинской, юридической, психологической и социальной. Думаю, мы в силах им помочь. У меня общественное признание, у Ильи и Якова — знание законов, на Игоре — безопасность, Роза — мой бессменный администратор и координатор, а Евгений Николаевич…

— Соня попросила, Мила, — скупо улыбается Бобров. — Сама пережила… Если бы не вы тогда… Поэтому финансы на мне. При строгом учете, конечно…

— Можешь своего бухгалтера привлечь, — усмехается Яша.

— Да, у меня опытные спецы, — кивает Женя и переводит взгляд на меня.

Откашлявшись, продолжаю. Вглядываюсь в серьезные лица, кошусь на мужа. Дараганов улыбается мне. Кивает, словно подтверждая: «правильно говоришь».

Волнуюсь ужасно. Даже тогда, на Женском форуме, не переживала ни капельки, а сейчас трусит от нервов.

— А как мы назовем центр? — тихо спрашивает Марина.

— Счастливый билет, — поднимает вверх указательный палец мой муж. Словно дает понять: а как же еще?

Конец.