Глава 15 · Ольга

Сейчас

Я по-прежнему стояла и смотрела на Беркута, отчаянно пытаясь понять, в какую игру он играет. Не могла разгадать. Ни его намерений, ни его желаний, ни его мыслей. До сих пор не могла осознать, что это действительно он – стоит рядом, в одном помещении, как ни в чем не бывало. Будто мы никогда не встречались, не любили друг друга, не расставались вынужденно с ворохом неизвестности за спиной. Словно и не были знакомы.

Не могла это объяснить. При виде него сердце мое болезненно ударялось о грудную клетку, все ускоряя и ускоряя свой бег. Тепло прокатывалось по коже, рождая ворох воспоминаний, но другая моя сторона – та часть, что привыкла к страшным реалиям этого мира, – смотрела на него как на совершенно чужого мне человека. Я его не знала – того Кирилла, что предстал передо мной спустя долгие три года. В моих мыслях улыбчивый парень давно умер, и да, я предпочитала считать именно так, потому что по-другому – мыслить, размышлять, анализировать – слишком больно.

– Леша, а ты сейчас куда? – поинтересовалась я у молодого человека, который уже прекратил изображать статую и теперь нервно сжимал кулаки.

Злился. Злился, но, видимо, ничего не мог поделать с наглостью брата.

– Мне нужно съездить на работу, – произнес он, но смотрел не на меня.

Там на лестнице по-прежнему стоял Кирилл. Неприятно скалился – самодовольно, ожесточенно. Мне еще только предстояло узнать, что происходит между этими двоими, но я уже сейчас могла сказать: ничего хорошего. Ничего хорошего меня не ждало в этом доме.

– Отлично. Всегда мечтала посмотреть на место, в котором ты работаешь, – развернулась я к дверям, чтобы выйти обратно в гараж и молчаливо усесться в машину.

Этот раунд остался за мной.

Алексей явился лишь через несколько минут. Задумчивый и какой-то потерянный. Я смогла облегченно выдохнуть лишь тогда, когда мы покинули территорию этого помпезного особняка. Понимала, что, по сути, поменяла одну клетку на другую, но из этой хозяин хотя бы выпускал.

– Ты обещала рассказать мне о том, что у вас происходит, – нарушил Леша гнетущую тишину. Вопрос имел эффект разорвавшейся бомбы, но именно его я и ждала. Не могла не ждать после такого представления.

– Только если расскажешь, что происходит между вами, – усмехнулась, но совсем не весело.

– Я так понимаю, нам предстоит очень долгий разговор. Сопли, слезы, слюни прилагаются? – глянул он на меня, на секунду отвлекаясь от дороги.

– О, этого у нас навалом.

Мне действительно было интересно посмотреть, где именно сейчас работает Алексей. Оказалось, что он не изменяет себе. Причем не изменяет ни в чем.

Небольшой бар находился в подвальном помещении одного из внушительных домов в центре. Старая постройка, которую каким-то чудом, как и десятки других, удалось сохранить. Эти здания отличались высокими потолками и симпатичной лепниной, которую наши люди все еще умудрялись не отколупать. А что? Вполне себе даже могли. В последний раз, когда я была на Красной площади, там ловко разбирали на сувениры брусчатку.

Ждать Алексея мне пришлось совсем недолго. Я как раз успела допить безалкогольный мохито, когда парень попрощался с барменом – видимо, сменщиком – и направился к моему столику.

– Степашка меня сегодня подменит, так что день у нас свободен, – улыбнулся парень, присаживаясь на соседний стул. – Варианта два: можем остаться здесь, а можем поехать ко мне на квартиру.

– У тебя есть квартира? – удивилась я.

– Конечно. Я снимаю трешку недалеко отсюда. Ты же не думаешь, что я таскаю парней прямо домой? Отец мне этого не простит.

– А… – не успела сформулировать мысль.

– Я понимаю, о чем ты хочешь спросить, но нет. К сожалению, мы не можем туда переехать. Ночевать время от времени – это да, но домой возвращаться все равно придется. Ты ведь понимаешь, что мы играем не для себя? Мы играем для публики, а без публики делать это проблематично.

Я расстроилась. Серьезно, расстроилась. Надежда едва вспорхнула в груди, но тут же забилась обратно в уголок до лучших времен, которые, наверное, наступят еще не скоро.

Смартфон отозвался в сумке вибрацией. Извинившись перед Лешей, я взглянула на экран. Звонил отец – неужели уже соскучился? А может, слишком непривычно не держать меня под контролем?

– Да?

– Ты где? – прозвучало на том конце.

Ни привет тебе, ни пока. Ничего не меняется, но говорят, что стабильность – залог успеха.

– Мы с Лешей заехали к нему на работу, – отчиталась я, отчего-то широко улыбаясь. – Сейчас собираемся прогуляться по городу и посмотреть рестораны для празднества, – врала напропалую.

– Паспорта в зубы и вперед. Сейчас адрес скину, встречаемся там, – произнес как отрезал и отключился.

– Что-то случилось? – с сомнением разглядывал меня потенциальный жених, который скоро перейдет в статус потенциального мужа.

– Да ничего особенного. – Улыбка моя растянулась еще шире, наверняка доставая и до ушей. – Пьянка и разговор по душам временно отменяются. Поехали исполнять супружеские обязанности, – поднялась я из-за стола.

– Что? Прямо сейчас? – ужаснулся этот ценитель мужских тел, стопроцентно предполагая под моей коварной фразой интимный смысл.

– Ага, прямо сейчас.

По адресу, который пришел мне в смс, мы приехали через полчаса. Специально ничего Лешке не говорила, оставляя его в легком недоумении и ворохе сомнений. Вот так-то! А я себя так с утра до вечера чувствую.

Машина остановилась на парковке перед частной клиникой, а Алексей удивился еще больше.

– Я даже боюсь представить, зачем мы сюда приехали, – вышел он из авто вслед за мной.

– Разве ты никогда не мечтал о сексе в необычном месте? – откровенно насмехалась я над ним, прекрасно понимая, что максимум, на что мы с ним будем способны в постели, – так это подержаться за ручки и лечь спать.

– Эм…

В общем, уже через час мы вышли из клиники, имея на руках справку о том, что я нахожусь на третьем месяце беременности. Естественно, на самом деле беременна я не была, но пятьсот евро решали и не такие проблемы. Милая брюнетка в годах провела осмотр, взяла анализы и тут же соорудила нам документ, который так сильно нужен был отцу в ЗАГСе. Еще бы! Ведь ждать целый месяц, а то и два – это не для нас.

Еще один пухлый конверт получила дама в одном из кабинетов ЗАГСа. Пока мы заполняли заявления и оплачивали госпошлину, отец, не спрашивая нашего мнения, договорился на дату через десять дней. Всего лишь через десять дней!

Мы даже возмутиться не успели, как нас выперли из кабинета.

– И что? Это все? Свадьба через десять дней? – охарактеризовать выражение Лешиного лица я бы не смогла, даже если бы у меня под рукой был словарь эпитетов.

– А ты как думал? Папенька такую жирную рыбку ни за что не упустит. Кстати, что твой отец пообещал ему взамен на этот брак?

– Половину от общего бизнеса после слияния компании Кирилла и вашей, – ответил новоиспеченный жених на автомате и как-то даже отрешенно. Правильно, игры-то закончились. Все серьезно.

– А при чем здесь Кирилл? Женимся-то мы. – Логика моя давала сбой.

– По изначальной договоренности ты должна была стать его женой. Мне твоему отцу предложить откровенно нечего.

– И ты, наверное, знаешь, почему он передумал? – спросила, затаив дыхание. Замерла всем телом в ожидании ответа.

– Прости, но мы не настолько близко общаемся.

Отец вышел довольный собой, а главное – впервые в жизни мной. Он даже обнял меня, перед тем как сесть в свое авто, а Леше благодарно пожал руку. Так мы и стояли у ЗАГСа, провожая его машину двумя недоуменными взглядами.

– Предлагаю напиться, – прозвучал тяжелый вздох за моей спиной.

– Ты, наверное, хотел сказать отпраздновать? – улыбнулась я ему, не скрывая иронии.

– Да нет, праздновать сегодня точно будем не мы.

И мы действительно напились. Совершенно не помнила, когда в последний раз меня так развозило. Тело то и дело желало встретиться то со стеной, то с полом. Все вокруг качалось, а потолок намеревался упасть и зашибить, но нам было весело.

Леша снимал вполне себе приличную квартиру недалеко от центра. Трешка выглядела обжитой и уютной. Правда, еду мы все-таки заказали из ресторана. Ну как из ресторана? Из кафешки, где продают очень вредный, но безумно вкусный фастфуд. Мы оба решили, что сегодня заслужили чего-нибудь эдакого, а потому две пиццы на тонком тесте, гамбургеры, салаты и спагетти пришлись к месту, ко времени и к желудкам.

– Значит, именно сюда ты и заманиваешь Красных Шапочек? – усмехнулась я, бессовестно забирая у парня кусок горячей пиццы, с которой свисал вязкий, но невероятно аппетитный расплавленный сыр.

– Скорее уж Серых Волков, но мысль правильная, – зацепил Леша второй кусок пиццы. – Тебя это волнует?

– Нисколько, – отозвалась я, отсалютовав ему бокалом. – Кто начнет вечер неприятных воспоминаний?

– Моя история будет короткой, – кивнул он мне, утягивая картошку фри. – Жил-был дровосек, который приходился единственным сыном очень успешному королю. Жил – не тужил. В деньгах никогда не нуждался, а определенные увлечения и несоответствующее поведение отец ему прощал. Как же, единственный сынишка, другого нет, надеяться не на кого, так что выращивать приходилось то, что имелось. Король дровосека по психологам и психиатрам таскал, самых лучших девушек в королевстве находил. В общем, пытался он из дровосека сделать принца.

– Но принц, я так понимаю, все-таки откуда-то взялся?

Меня до сих пор не оставляло несоответствие, которое заставляло меня сомневаться в честности и искренности наших отношений с Кириллом. Он говорил, что его мать умерла, но мне казалось, что других родственников у него нет. Никогда ни с кем не знакомил, не говорил, не рассказывал. Ему и не звонил никто из близких – такое я бы точно не пропустила. Так откуда взялся отец?

– Оказалось, что мой отец уже был женат до того, как встретил мою мать. Не знаю, почему та семья распалась. Да, если честно, мне и неинтересно, но три года назад отец отдалился от меня. Если откровенно – то попросту забил. Сначала я не понимал, что произошло. Ему стало совершенно на меня наплевать – где я, кто я, зачем я. Причину я узнал, когда полгода назад на пороге нашего дома появился Кирилл. Отец отговорился сухой фразой: мол, знакомьтесь, вы братья, теперь будем жить вместе. А чуть позже переписал на него сеть ювелирных магазинов, которые приобрел три года назад. Чтобы ты понимала, я гол как сокол. У меня нет абсолютно ничего, кроме прописки в отцовском доме. Как ты думаешь, кому достанется все остальное?

– Тому, кто стал любимым сыночком? – усмехнулась я. Все оказалось до одурения просто.

– Ублюдку, которого он считает любимым сыном. Он ведь молится на него, Оль. Он только о нем и говорит, постоянно хвастается им, будто кубком за победу на Олимпийских Играх. Я для него ничто, тогда как Кирюшенька у нас пуп земли. А этот козел его ни во что не ставит. Ему откровенно наплевать, что отец за него задницу рвет. Все для него делает.

Стадия «давай немного выпьем» медленно, но верно перерастала в «язык уже заплетается».

– Отец ведь даже тебя для него нашел. Все для Кирюшеньки, а Кирюшенька отказался. Вот такая падла…

Мы разговаривали долго. Я честно рассказала о том, что нас связывает с Кириллом, но Алеша навряд ли вспомнит об этом утром. Слишком уж его развезло. Пришлось даже такси вызывать в четыре утра, потому что:

– О-о-о-ля, отец бу-у-удет воно… волно… волнова-а-аться.

В общем, пришлось ехать в особняк к жениху – то есть в свое временное пристанище, – постоянно по пути поправляя норовящего улечься на меня Алешу. В дом мы не то что вошли – влетели с фанфарами, хоть и пытались быть тихими. Шипела на Лешку, стараясь его утихомирить, пока мы со скоростью двух старых черепах поднимались по лестнице, но без чужого внимания найти его комнату мне не удалось.

– Я смотрю, алкоголизм и наркомания все-таки передаются воздушно-капельным путем? – усмехнулся Кирилл, включив свет в коридоре.

Он стоял, опираясь спиной о дверной косяк. Сложив руки на груди, смотрел на нас насмешливым взглядом, явно наслаждаясь ситуацией.

Я хотела было распрямиться – пусть знает наших! У меня, между прочим, тоже гордость есть, но, как только я постаралась встать ровно, Алексей решил принять позу лежа.

– И с чего я такой добрый? – будто ни к кому конкретно и не обращаясь, покачал головой Кирилл.

Без особого труда взвалив брата себе на плечи, мужчина понес его в соседнюю комнату, тогда как я продолжала растерянно стоять, не зная, куда бы податься. Комнату-то мою мне так и не показали.

– Пойдем, – кивнул Кирилл, показавшись в коридоре.

Открыв передо мной соседнюю дверь, он дождался, пока я войду и… Зашел сам, с хлопком закрывая за собой створку.

– А… – что именно «а», я так и не успела придумать. Стоило бы возмутиться, но голова соображала туго, а пол все норовил радостно встретиться с моим носом.

– Ну? – подтолкнул меня мужчина к дальнейшим действиям.

– Что ну?

– Раздеваться будем?

Его шальная улыбка мне ой как не понравилась.