Глава 13

Просыпаться Яре не хотелось. Ей было тепло, спокойно, а еще стыдно. Стыдно за свое поведение прошлым вечером. За слова по пути домой, за надежду, что зажглась в глазах Дана. Нет, не так. Яре нестерпимо стыдно за то, что было потом. Когда они вернулись домой и муж, как и обещал, налил ей ванну. Вот так просто: завел на кухню, помог дойти до ближайшего стула и, молча поцеловав в глупую рыжеволосую макушку, оставил одну. Не просто одну, конечно, он пошел набирать воду, добавлять в нее мыльного корня, чтобы получилась пушистая пена с тонким травяным ароматом. А Яра в этот момент поняла, что и правда устала так сильно, что попросту не справится сама. Ей было не преодолеть такое сложное препятствие на пути к кровати, как вечернее купание.

И она твердо решила, если Дан еще раз предложит помощь, отказываться не будет. Иначе ей придется спать, сидя на кухне, потому как грязной в кровать – это фу. Вот просто невозможно. Кожа зудела от пыли и пота. Одежду в стирку, иначе никак. Обувь хотелось скинуть, потому что стопы горели от целого дня, проведенного в сапогах. И пусть магически заговоренные и жарко в них не было. Но хотелось раздеться, хорошенько смыть с себя всю грязь, а потом в чистой пижаме растянуться на чистых простынях. На самом деле Яра не отказалась бы растянуться в кровати и раздетой. Чтобы чувствовать легкое дуновение сквозняка из окна, чтобы прохладная ткань к разгоряченному водой телу. Чтобы подушка хрустела под головой и обнять ее.

Но она была не настолько глупой, чтоб таким образом провоцировать мужа. И как бы ей ни хотелось попробовать с ним сблизиться, создать настоящие отношения, а не тот случайный брак, что был у них до сих пор. Как бы ни хотела видеть в глазах Дана по утрам нежность, а засыпать в его объятиях без чувства, что она ворует кусочек счастья, тем не менее, она глупо, по-детски загадала: если он не будет настаивать, сдержится этим вечером, все у них получится.

Тот неслучившийся поцелуй на тропе… Она его хотела. Она его ждала. Мгновение было пронизано напряжением и обоюдной робкой надеждой. Когда слова уже сказаны, когда дальнейший разговор ведется взглядами, полувздохами, движением ресниц. Конечно, она волновалась и сердце стучало так, что его мог услышать кто угодно в радиусе километра. Вот только Радим вмешался, разорвал натянувшуюся нить между двумя, изменил ситуацию и вечером уставшая за день Яра была не готова к важному. К тому самому первому шагу, который может стать для двоих началом чего-то чудесного. Или началом конца. Конечно, ей было страшно. Страшно ошибиться. Разочаровать. Разочароваться. Наверное, поэтому в уставшую голову и пришла мысль: “Если он поймет, если не станет настаивать, все будет. По-настоящему, как мечталось в детстве”.

Одна проблема, Дана она не предупредила о своих мыслях, о неожиданно проснувшейся в ней маленькой глупой девочке, которая хотела почти невозможного. Сказку. Рыцаря. И коня в придачу. А еще чтобы на руках и в замок, точнее сказать, на кровать.

Откуда взялись в уставшем организме повадки избалованной принцессы, Яра и сама не смогла бы ответить. Но что уж теперь. Вчера она была именно такой. Немного капризной, чуточку загадочной. В чем-то бессовестной, именно бессовестно она проверяла Дана на выдержку. И совершенно точно бесстрашной. Последнее пришло после того, как стоя перед круглой ванной, она скинула одежду и, пользуясь тем, что из-за усталости ее совершенно покинул стыд, медленно, в чем-то, скорее, неуклюже, чем соблазнительно, шагнула на ступеньку, чтобы забраться в воду.

Шумный вздох за спиной. Сцеженные сквозь зубы фразы и Яра поняла – сдержится. Дан не станет переступать грань, не будет ни на чем настаивать. Сцепит зубы и не позволит себе ни одного лишнего, а уж тем более откровенного прикосновения.

Так оно и получилось. Сначала он прожигал ее темным взглядом, двигался скованно и больше молчал, лишь периодически позволяя себе что-то тихонько говорить под нос. А позже, когда Ярослава чуть не ушла под воду, потому что слишком расслабилась, забылась и в самом деле чуть было не уснула, он будто прекратил думать об обнаженном девичьем теле рядом. Нет. Думал, и смотрел, не железный же он дровосек, в самом деле. Но испугавшись, что Яра и правда может наглотаться мыльной воды, поняв, что она не притворяется, а действительно совсем без сил осталась, смог сосредоточиться на простой помощи. Намылил губку, осторожно растер ей спину, шею, руки… До ног добрался. Но отдал пенную вещицу, чтобы девушка самостоятельно справилась с остальным, тогда как сам принялся намыливать ей волосы и при этом еще и ворчать:

– Яра, вот скажи мне, разве можно так? Себя не жалея? Силы не рассчитывать? А если бы ты одна в деревне была? М-м-м?

– Все равно помогла бы, сколько смогла, – она лениво повела плечом.

– Ты бы помогла, – хмыкнул мужчина, – а я тебя потом бы на какой тропинке спящей под деревом нашел?

– А ты бы искал? – к тому моменту Ярослава уже даже говорила медленно, сонно. Сил хватало, только чтобы глаза открытыми держать.

– Дурочка, – буркнул в ответ недовольно Дан.

– Почему я дурочка?

– Потому что глупости говоришь. И так ничего и не поняла. – Дан заставил жену сесть прямо и лихо принялся поливать из ковша воду на голову Ярославе, смывая шампунь. – Как у тебя это получается?

– Что?

– Быть такой мудрой и наивной одновременно? В одну минуту рассуждать о том, как устроить быт целого леса, населенного различными представителями нечисти. При этом учитывать потребности каждого и не забывать про животных и растения. А в следующую, как ребенок, бежать босиком к ручью, чтобы просто помочить ноги, как будто ничего важнее этого в жизни нет?

– Я не бегаю босиком к ручью. Ты меня с кем-то путаешь.

Яра надулась, но Дан даже не успел оценить степень ее обиды, потому что девушка вдруг широко зевнула, смешно щелкнув зубами под конец. Кажется, она и сама удивилась этому звуку, так как распахнула глаза и немного испуганно посмотрела на мужа.

– Бегаешь-бегаешь, с Лютиком наперегонки. Я все видел.

Подняв из воды, Дан завернул Яру в свежую простыню и подхватил на руки.

– Я и сама могу дойти до спальни, – устраивая голову на широком плече и обнимая за шею, пробормотала разморенная в теплой воде упрямица.

– Можешь, конечно. И я могу. Вот мы вместе и идем. А одеваться ты сама будешь, прости, но тут я тебе не помощник.

– Почему? – едва слышно, на выдохе. Так, что Дан, скорее, почувствовал вопрос, чем расслышал его.

– Потому что мне еще нужно найти чертей и передать им кое-что.

– Не уходи, пожалуйста.

Это Яра шептала уже лежа на кровати. Она поймала руку мужа и едва-едва сжала его пальцы. Сон почти сморил ее, но она пыталась удержать около себя сильного и надежного. Успевшего стать родным.

– Я вернусь, Яр.

– Обещаешь?

Он пообещал. А также он надевал на нее короткие шорты и пижамную майку из комплекта, что девушка когда-то покупала у себя дома. На Земле.

Дан же, ворча и чертыхаясь, накрывал уже спящую супругу одеялом, держась на чистом упрямстве. Потом сам бегал к холодному ручью и купался в нем. Потому что никакая баня и тем более ванна ему бы уже не помогли. Яра всего этого не знала, как не знала и того, что стоило только мужу вернуться в кровать, как она тут же повернулась на бок и, обняв его, шепнула:

– Мой рыцарь… хотя и без коня.

Не знала, и хорошо. Ей и так было стыдно открывать глаза, но стыд отступил ровно в тот момент, когда с кухни явственно потянуло гарью, а незнакомый голос с чуть ворчливыми интонациями разразился такой неожиданной руганью:

– Да чтоб тебя микроволновкой приподняло и об электропечь прихлопнуло! Я жрать хочу, чего ты мне тут пирожки оживлять удумала?!

Распахнув глаза, Яра встретилась с не менее удивленным взглядом Дана.

***

Скатившись с кровати, супруги, не обращая внимания друг на друга, в рекордные сроки натянули на себя одежду и рванули в сторону кухни. Яра, что удивительно, у дверей спальни оказалась первая, но Дан успел ее перехватить и, задвинув за свою спину, шикнуть:

– Куда? Быстро вспомни, кто из нас боевой маг, и не суйся первая, да?

– Иди уже, грозный мужчина, у нас продукты тырят! – не проявила девушка должного уважения. Даже более того, непочтительно подпихнула обернувшегося мужа в спину.

– Невозможная, – вздохнув, тот распахнул дверь и вышел в большую комнату.

– Доброго утречка! – за столом сидел печальный чертенок. Рядом с его локтем блестел монокль, рога на макушке лихо торчали вверх. Он подпирал голову кулачком и с каким-то философским равнодушием наблюдал за чем-то с другой стороны стола.

– Ты кто? – Яра встала рядом с Даном и растерянно осмотрела картину “Черт в печали”.

– О, Ярусик. Наше вам бонжур. Даниэлло, и тебя приветствую. Не обессудьте, я тут на огонек забежал, перекусить хотел, пока мои братцы развлекаются… Гады такие, меня не взяли! Не хотел вас будить. Оно само как-то.

– Яр, ты его знаешь? – едва слышно шепнул Дан, делая шаг в сторону печи, у которой стояла шикарная чугунная кочерга.

– В первый раз вижу, – абсолютно честно ответила девушка и даже руками развела.

Изя, на свою рогатую голову, не следил за тем, что делает хорошо известная, – как он думал, – ему парочка. Вместо этого он сразу как поприветствовал магов, повернулся в сторону окна и снова на что-то уставился. А зря. Потому что, получив ответ от жены, Дан, тихонько хмыкнув, подхватил кочергу и, хорошенько размахнувшись, шагнул ближе к неизвестному чёрту.

Он привык к Казе и Лютику. Он спокойно общался с джиннами, кикиморами, лешим, банником и прочей знакомой нечистью леса. Но эту наглую морду видел впервые. И мужчине очень не понравилось, что знакомство состоится на кухне его дома. Да и вообще, откуда этот, с рогами, знал их с Ярой? Почему позволял себе такое панибратское обращение?

Наверное, при должном стечении обстоятельств у Дана бы получилось обломать рога незнакомому нахалу, но утро не задалось как-то сразу. Начиная с шума на кухне и заканчивая тем мгновением, когда из-под стола, именно в ту минуту, когда Дан готов был нанести удар, выкатился обгоревший пирожок с выпученными от испуга глазами.

– Не губи-и-и-и, – тоненький голосок зазвенел на кухне.

От удивления, неожиданности и обыкновенного шока Дан запнулся, и, чтобы не упасть, выпустив из руки кочергу, уперся в стол ладонями.

– Твою же темную душу в ад! – рыкнул он, когда с глухим ударом грозное оружие боевого временно не мага упало ему на босую ступню.

– Дан! – ахнув, Яра кинулась к мужу.

– Вот, значит, как вы гостей встречаете, да? Я к ним, как к друзьям, а они! Булочка, ты видал? Свидетелем пойдешь!

– Завянь, – отмахнулась Ярослава от рогатого незнакомца, сама не понимая, что перешла на его манеру общения. – Дан, ты как?

– Я? Я завянь? Да ты обалдела, рыжая? Ты знаешь, кто я? Знаешь, что я могу?

– Нормально, – мотнул головой Дан в ответ на вопрос Яры и поднял тяжелый взгляд на чертенка. – Ты кто? И откуда нас знаешь?

Наверное, кочерга вовремя упала на ногу мужчины, потому что в голове, сразу после того как прошла первая вспышка боли, мелькнула светлая мысль: “Вряд ли к ним в дом рискнул зайти кто-то из нечисти с дурными намерениями. Тем более кто-то из чертей. Это каким же самоубийцей нужно быть?”. Правда, следующей мыслью было, что вместо кочерги нужно было брать ведро с освященной водой, что стоит в углу за печью. Как они уживались в его голове, было не очень понятно, но, слава создателям, здравый смысл возобладал и мужчина решил сначала разобраться, кто же к ним такой пожаловал, а вот потом уже думать, стоит ли устраивать представителю семейства чертей святой душ.

– Ах да-а, – незнакомый чертенок хлопнул себя по лбу, – вы же не в курсе! Я Изяслав. Для вас просто Изя. Старший брат Лютя и Кази. Очень рад знакомству.

– Погоди, тот самый брат, что куда-то отправился путешествовать и не взял с собой братьев, на что они смертельно обиделись? – Яра осторожно присела за стол, при этом поймав ладонь Дана и крепко ее сжав.

– Так вот на что они обиделись? – Изя хмыкнул. – И зря, если бы не я, у них все так же была бы скучная жизнь в загибающемся лесу, и как верх развлечений, подставленная подножка какому-нибудь деревенскому жителю. Зря они меня с собой не взяли сегодня, я бы помо-ог!

– Куда не взяли? – Дан нахмурился.

– Так в академию же! Представляете, так и сказали – тебя в нашем плане на сегодня нет. Иди лучше домой, – Изя тяжко вздохнул и поковырял пальцем трещину на столешнице. – И кто? Лютик! Ромашка наша семейная!

– Так, погоди. – Дан тряхнул головой, будто пытаясь избавиться от назойливых мыслей, – ты брат наших чертей, хорошо. А это тогда кто?

Он подбородком показал на жмущийся в углу пирожок с огромными глазами.

– Результат резонанса двух схожих заклинаний, но, к сожалению, разных сил и природы магии.

– Чего? – Яра удивленно переглянулась с мужем.

– Ой, Ярусь, не забивай голову, – махнул лапкой Изя, но замолчал, увидев взгляд мужчины. – Да демоны с вами, – вздохнув, принялся объяснять, – ты, Дан, заклинание разжигания огня в печи использовал? И я вот использовал. А природа наших сил разная. Вот и остаточные эмансии от твоей магии наложились на мою магию и получилось оно.

– Что, “оно”? – Яра слышала Изю, и вроде даже понимала, о чем он говорит. Но один взгляд на пирожок с глазами и все мысли разбегались из головы и она могла только удивленно хлопать ресницами.

– Ярославушка, да не напрягайся ты так, для тебя это просто Колобок.

Изя, дотянувшись, сочувственно погладил девушку по руке, а переведя взгляд на Дана, всем своим видом показал, что иметь в хозяйстве глуповатую жену, в принципе, не так уж и плохо. Правда, Изяслав не ожидал, что такой хороший и умный мужик, как Дан, тоже по утрам может нереально тупить.

– Коло…кто?

– Оживший хлеб, – ответила мужу Яра и только сейчас поняла, что старший брат знакомых чертят вообще-то не должен знать про Колобка. Медленно повернув голову к Изе, прищурилась. – Где, говоришь, ты путешествовал?

Почувствовав, что запахло жареным, Изенька состроил крайне жалобную мордочку и, шмыгнув носом, протянул:

– А давайте я вам все-все расскажу, а вы меня покормите. Желательно не глазастыми булками. Так кушать хочется, знаете ли.

Яра даже не успела отреагировать, как вдруг с одной из полок упал кувшин. Звон разбитой посуды. Осколки по полу. И небольшая царапинка на хвосте чертенка.

– Да понял, я понял, – пробухтел тот себе под нос, прикрывшись рукой, – совсем все не расскажу. Но есть-то и правда хочется!

_________

Автор удовлетворенно откинулась на спинку стула и улыбнулась.

– То-то же, Изенька. Сказочник доморощенный!

Она чуть было не упустила события в истории. Слишком уж резво Изя принялся чудить в Брошенном лесу. То дриаду гонять, то и вовсе в гости к Яре с Даном пожаловал. Кто бы предупредил несчастного Автора, что этот, с позволения сказать, персонаж будет совершенно неуправляемым и своими действиями напрямую вносить правки в текст. Ведь написала кусочек текста еще вчера! А утром, проходя мимо ноутбука, совершенно случайно заметила, что буквы сами появляются в открытом файле.

Такого экстренного пробуждения она не планировала и была весьма зла на деятельного “муза”. Так подставить ее! А если бы не заметила? Не уследила? Если бы не уронила вовремя дурацкий кувшин? Растрепал бы все?

Зря пожалела наглую морду и поставила Дану невидимую подножку. И герою досталось ни за что, и Изя урок свой не получил.

Вздохнув, девушка поднялась из-за стола и, сохранив файл, на всякий случай выключила ноутбук. Пусть сидит там, черт наглый, и ждет, пока она позавтракает и умоется. Придется теперь тщательнее следить за происходящим в тексте. А то натворит дел этот деятель, а ей потом красней!

Ох, и вернется он. Ох, и устроит она Изе теплый прием!