Глава 21

Глава 21

Месяц прошел в какой-то вечной суматохе и заботах. Поэтому сейчас, сидя перед ростовым зеркалом с подсветкой, Алёна никак не могла поверить, что день ее свадьбы настал, — он реален.

Алиска, стоящая над душой визажиста, в очередной раз глубоко и громко вздохнула, сложив руки на груди.

— Ну вы не видите? Губы нужно поярче.

— Алиса, — Отрада шикнула, но Краснова даже и не думала униматься.

— А что я? Ну ты посмотри, что она тут понамазала? Тебя не видно! Давай красненьким, а?

— Так, все, успокойся и постой в стороночке. Будешь выходить замуж, с головой красной краской залейся. А меня все и так утраивает. Спасибо, Ксения.

— Ну ладно, как хочешь. Где у нас жених?

— В соседнем здании.

Для свадьбы Азарин снял целый парк-отель за городом, так чтобы можно было разместить всех гостей, провести выездную церемонию в парке, а если вдруг погода подведет, перенести все в огромный зал ресторана.

— Алёна, я закончила, — девушка-визажист робко улыбнулась, глядя на Алису, начиная медленно собирать кисти.

— Спасибо, мне все очень нравится.

— Я рада.

— Кстати, когда будешь сегодня бросать букет, обязательно целься в меня, — Краснова сделала глоток шампанского и поставила бокал на круглый белый столик на узкой высокой ножке.

— Как? Спиной?

— Именно. Но букетик мне нужен. Обязательно.

— Я постараюсь, — Алёна хохотнула, а дверь гостиничного номера распахнулась.

— Дай я на тебя посмотрю, — Агата медленно прошла в люкс, прижимая ладони друг к другу, прямо перед грудью, — красота, — вздохнула, качнув головой.

Отрада заметила выступившие на женском лице слезы и сама чуть не расплакалась, это был слишком сентиментальный день.

— А ты не верила, помнишь? Я же сказала, что ты выйдешь замуж за моего Сережку. Агату нужно слушать, Агата плохого не посоветует.

Ковальская улыбнулась и нырнула рукой в сумочку, маленькую, черную, с бархатными вставками, выуживая оттуда красную коробочку.

— Вот, моя дорогая, это тебе. Фамильное кольцо.

— Боже, какая красота, — Отрада замерла в моменте, рассматривая огромный бриллиант, а после медленно перевела взгляд к Агате, — это очень дорогая вещь, я не могу при…

— Конечно можешь, что за глупости! Прекрати быть такой скромницей. Сколько учить нужно?!

— Спасибо.

— На здоровье, моя хорошая, на здоровье.

Она, как и всегда, была неподражаема: длинное алое платье с ярко выраженной талией, идеальный маникюр, макияж, прическа. Для своих лет эта милая старушка выглядела просто очаровательно.

Аги в присущей ей манере вытянула шею, немного вздернув подбородок, и торопливо пошагала прочь, чтобы не разрыдаться. Насколько бы боевой ни была закалка Ковальской, сегодня ее так и тянуло всплакнуть. Порадоваться за племянника, да и вообще любила она свадьбы. Все ее собственные церемонии всегда проходили торжественно, даже помпезно.

Девушки проводили Ковальскую взглядами, и под шумок Краснова налила себе еще шампанского.

— Ты вырубишься быстрее, чем меня замуж выдашь.

— Ой, ты не веришь в мои способности? Я очень живучая, совместное существование с Дёмой яркий тому пример.

— Алиса. Блин, я не верю, смотрю на себя, и чувство, что все это не со мной.

— С тобой! Я так за тебя рада, — Краснова полезла с обнимашками, пуская слезу.

— Ну ты хоть не реви. Меня уже трясет. Где там Серёжа?

— А он придет? А как же встреча у алтаря?

— Какой алтарь? Нет, он должен меня забрать отсюда. Не хочу я всей этой киношности. Скорей бы уже началась банкетная часть и внимания к нашим персонам стало поменьше.

— А вот и Азарин, — Краснова выглянула в окно и, круто развернувшись, посмотрела на дверь, — можно засекать минуты.

Алёна поднялась со стула, вытянулась в полный рост, рассматривая свое белоснежное платье, сшитое по канонам пятидесятых годов. Подчеркнутый приталенный крой, сформированный лифом-бюстье и пышным подолом миди, которые разделял широкий атласный пояс. Дополнением всему образу была прическа, открывающая изящную шею и ключицы. Отрада изначально хотела сделать на этом акцент, зная, что Сережа обязательно обратит внимание на подобные мелочи.

В дверь раздалось два коротких стука, и Краснова быстренько ретировалась, сразу как Сергей прошел внутрь номера.

— Готова? — сжал Алёнкину ладонь.

— Да, остались только туфли.

— Впрыгивай и пошли.

— Ты такой красивый, — скользнула пальцами по лацканам Азаринского пиджака. Сережа, как и всегда, был на высоте, сдержанный элегантный стиль без всяческих излишеств.

— Алёна, — аккуратно поцеловал ее в губы, чтобы не испортить макияж. Его до сих пор поражало, с какой легкостью она говорила ему комплименты. — Тебя там мама, кстати, искала.

— Да? У меня будет пять минут?

— Думаю, да, — коснулся глазами ролексов, — я тебя провожу.

Они вышли в просторный коридор гостиницы, почти сразу сталкиваясь с идущей навстречу Ренатой Валентиновной. Женщина улыбнулась, кивнула Сергею и, сжав руку дочери, отвела немного в сторону.

— Алёночка, я так за тебя рада. Правда рада, ты меня не слушай, я же все это не со зла говорю, просто никак не могу свыкнуться, что ты взрослая, что можешь сама решать, как тебе жить. Сергей — хороший человек, это видно. Я очень хочу, чтобы вы были счастливы, не так, как я с твоим отцом, а по-настоящему.

— Мама, — Отрада нырнула в женские объятия, шмыгая носом.

— Не плачь, моя девочка. Сегодня такой день, ты должна радоваться.

— Спасибо тебе. Мне это было очень нужно.

Алёна расцвела на глазах, блестящие слезы быстро высохли, и дышать вмиг стало легче.

— Ну иди. Иди.

Женщина коснулась плеча дочки, и та шагнула к будущему мужу. Когда они уходили, Сергей обернулся к теще, еле заметно ухмыльнувшись, давая тем самым понять, что она все сделала правильно. Ему не понравилась поездка в ту дыру и реакции Алёнкиной матери тоже. Отрада вернулась домой слишком расстроенной, а он жутко не любил, когда она грустила, особенно если это было связано с конкретным человеком. Поэтому два дня назад он повторил визит к теще, но уже лично. Хотел поговорить начистоту, и, к его удивлению, женщина схватывала все на лету. Он умел убеждать.

Но сейчас его насторожила ее искренность и забота, стало даже интересно — правда или же притворство? Рената Валентиновна любила удивлять.

— Ты знаешь, я боюсь уронить кольцо.

Алёна сказала это, когда они почти подошли к арке. Да-да, Алиска убедила Отраду заказать эту обвитую цветами штуку.

— Почему?

— Плохая примета.

— Я не верю в приметы.

Они шли медленно, собирая на себе взгляды гостей, сидящих в несколько рядов, по обе стороны от идущих молодоженов.

Регистратор очень долго говорила речь, которую Алёна уже слышала в качестве невесты. Но тогда все было иначе, сердце не выпрыгивало из груди от одного только взгляда на человека, которого любишь. Наверное, Алёна лишь сейчас, здесь, в момент своей свадьбы, осознавала, что они никогда не говорили о любви. Сходили друг по другу с ума, но так сторонились этого «люблю».

Когда им предложили обменяться кольцами, ее дрожащие пальцы чуть не воплотили примету в жизнь, но Азарин оперативно обхватил Алёнину руку своей, не позволяя этому произойти.

Девушка поджала губы, выдохнула и с энтузиазмом надела на Сережин палец широкое золотое колечко. Он проделал то же самое с ней и, притянув к себе, впился в накрашенные пыльно-розовой помадой губы. Кажется, за этим поцелуем прошла вечность, где-то на заднем плане раздавались аплодисменты, но они абстрагировались, сейчас они оба были в своем уединенном, оторванном от всех мире.

Он пожирал ее рот, совершенно не желая отпускать. Алёнка отстранилась первой, стерла свою помаду с мужских губ, заглядывая в глаза.

— Все хорошо?

Азарин почувствовал ее неловкость, словно она хотела ему что-то сказать, но боялась.

— Ты меня любишь, Сережа?

Его глаза сощурились, а руки крепче стиснули девичью талию.

— Люблю, — шепотом на самое ухо.

— А почему никогда не говорил?

— Мне казалось, ты видишь это в моих поступках.

— Вижу, но мне будет очень приятно слышать это. Я тебя тоже очень люблю, — потерлась о его подбородок носом, — ты так изменил мою жизнь. Я никогда и подумать не могла, — оглянулась, — никогда.

— Ты же не будешь рыдать?

— Нет, — покачала головой, — мне кажется, нас оставили здесь одних.

— Плевать. Я бы свалил отсюда прямо сейчас.

— Нет, я еще не кинула букет. Краснова сойдет с ума, если я лишу ее такой радости.

— Твоя Алиса — просто магнит для всякого абсурда.

— Это да, — Алёна вытянула ладонь, любуясь обручальным кольцом. — Не верю.

— Ты быстро привыкнешь.

— Ты так говоришь, будто женишься каждый год.

— Спасибо, но я обойдусь сегодняшним днем.

— Я давно хотела спросить, но как-то… Это правда, то, что пишут о твоем разводе с первой женой?

— Правда.

— Ты подозревал меня в алчности?

— Тебя? — приподнял бровь. — Прости, конечно, Алён, но ты и интриги — абсолютно несовместимые вещи.

— Совсем?

— Совсем.

Она чмокнула Сережу в губы и потянула за руку к ресторану.

— Вы куда пропали? — Татка расправила подол леопардового платья легкого кроя, закатывая глаза. — Тут журналисты, нужно дать шанс каждому. Идемте!

Следующий час прошел под вспышками фотокамер, в какой-то момент Отрада поняла, что перед ее глазами то и дело проплывают черные пятна. Сжала пальцами переносицу, но стоило Сереже заметить ее жест, и он быстренько всех разогнал.

Татка же, мигом потянула Алёну в сторону.

— Помнишь, о чем мы говорили?

— Помню, но может лучше не стоит?

— Конечно, ага. Идем.

Азарина не церемонясь потащила Отраду на сцену, довольно громко объявляя в микрофон об их дуэте. Сергей с интересом повернулся в сторону девчонок, растягивая губы в улыбке. Агата была права у Алёны действительно волшебный голос, пленяющий. Чуть позже, его жена долго походила на миленький помидорчик, стараясь не сталкиваться с Серёжей взглядами.

- Ты поешь лучше Татки, — шепнул, прижимаясь подбородком к ее виску.

Девушка еще гуще покраснела, кусая свои губы. Они стояли в центре зала, а многоуровневый торт, уже красовался рядом, нужно было отрезать первый кусочек.

Банкет был в самом разгаре, вечерело, такие знаменательные свадебные события, как танец молодых, всяческие поздравления гостей, канули в лету, и Алёна расслабилась. Азарин уже успел дать понять, что до самолета чуть больше часа и им пора выдвигаться.

Отрада крепче стиснула в руках букет, а ведущий призвал незамужнюю женскую половину гостей поймать эти шикарные цветы. Пионы прилетели к Алиске, словно по взмаху волшебной палочки, девушка вытянула руку вверх, весело попрыгав на месте, а после с едкой ухмылкой взглянула на Никольского.

— Ты просто снайпер, — поддела подругу локтем в бок.

— Я старалась. Давай прощаться

— Вы уже сбегаете?

— У нас самолет.

— И куда летите?

— Не представляю, Сережа сказал, что это сюрприз.

— Обязательно кидай фотки. Звонков не прошу, уверена, вы будете слишком заняты. Люблю тебя.

— И я тебя. Поговори уже с Демьяном.

Краснова поникла.

— Я постараюсь.

— Верю в твое благоразумие.

Сережины руки коснулись Алёнкиных плеч, и девушка с легкостью откинулась спиной на его грудь.

— Хорошо вам долететь, и побольше страсти, господа, — на этих словах Краснова испарилась, а Сергей поцеловал жену в макушку.

— Пошли.

— Да, мне еще нужно переодеться.

— В машине устроит?

— Устроит.

— Хотя можешь просто раздеться.

— Да ну тебя.

В салоне лимузина он так оперативно стянул с нее платье, Алёна даже не сообразила, что сидит перед ним практически голой. Мужские ладони сжали упругую грудь, а губы коснулись шеи. Он весь сегодняшний день ждал этого момента, когда они останутся наедине. Горел нетерпением, зарываясь пальцами в ее волосы, портя прическу, сминая нежную кожу под своими ладонями, слыша ее отрывистое дыхание.

— Сережа…

— Ш-ш-ш.

***

Жаркое мальдивское солнце опаляло бронзовую кожу, Алёна перевернулась на живот, роняя книгу на белый песок. Шум океана навеивал сон, и она медленно провалилась в сладкую негу. Сквозь дрему почувствовала прикосновения и свое парящее тело. Сережа отнес ее в бунгало, укладывая на кровать, холодные простыни на которой вызвали волну мурашек.

Алёнка открыла глаза, встречаясь с его темным, пронзительным взглядом, жадно обводящим ее голую грудь. Они здесь уже больше двух недель, но так до сих пор и не смогли насытиться друг другом, страсть лишь разгоралась, превращалась в настоящий вулкан.

Алёна подалась к нему, ощущая легкое головокружение, по правде говоря, она уже больше семи дней чувствовала это недомогание. Грешила на жаркое солнце.

Он мгновенно понял, что что-то не так. Отстранился, прикладывая ладонь к ее красной щеке.

— Ты в порядке?

— Не знаю. Слабость…

Новоиспеченная Азарина дернулась и, зажав рот рукой, побежала в ванную. Нарастающая тошнота пугала. Алёна просидела там больше получаса, несколько раз опустошив желудок. Умылась и взглянула в зеркало, Сережа все это время ходил под дверью, она не хотела пускать его внутрь. Слишком плохо выглядела.

Коснулась живота, нахмурилась. Может быть, стоило сделать тест? Порывшись в косметичке, провела несколько манипуляций с полоской и прикрыла глаза, чтобы дождаться результата.

Через пару минут она ошарашенно смотрела на плюсик и приписку о трех неделях срока. Боже, она беременна уже почти как месяц. Не может быть…

Сжала в руке тест и, дернув шпингалет, вышла к Серёже.

— Ты как? — он сидел на кресле, но, как только дверь открылась, подскочил на ноги.

— Нормально. Наверное… — протянула ему полоску.

— Что это?

— Тест.

— Какой те…

Азарин замер, равно как и она, две минуты назад. Стоял и смотрел на результат.

— Ты беременна? — его брови сдвинулись на переносице, а взгляд упал на Алёнкин живот.

— Да. Три недели, — робко улыбнулась, ожидая от него реакции.

— Алёна, — Серёжа сделал широкий шаг, расстояние между ними сократилось до нескольких миллиметров.

— Ты рад? — закусила губы, чувствуя, как они начинают дрожать.

— Рад, — стер слезинку с ее щеки, — не плачь.

— Мне страшно.

— Я рядом, — взял ее за руку, тихо рассмеявшись, — я всегда буду рядом.

Алёна обняла его, вжалась всем телом, закрывая глаза, вдыхая аромат кожи. Здесь и сейчас.

Еще полгода назад, придя к Алиске со своим чемоданом после предательства Влада, она и подумать не могла, как круто изменится ее жизнь, надает хлестких пощечин и стянет розовые очки, обрастая все новыми и новыми событиями. Она не предполагала, что человек, которого при первой встрече испугалась до ледяного ужаса, станет ее мужем и подарит море нежности, вытянет из мрачного болота, привнося океан трогающих сердце эмоций.

Она так долго не верила в себя, но с правильным мужчиной рядом стала смелее. Почувствовала силу, поддержку, он напитывал ее собственной энергией, завоевывал доверие, проникал глубоко под кожу. Любил. В шутку называя отрадой своего сердца.

Конец