Глава 29

На корабле Саби с Рейном устроились в одной каюте, но едва зашло солнце, девушка выскользнула на палубу. Все ее мысли сосредоточились на Марике. Сперва увидев напарницу со следователем, она испугалась за нее, решив, что бедняжку схватили. Ей и в голову не пришло, что Марика по собственной воле сотрудничает с Дарком. Но глаза уверяли в обратном. Напарница не походила на арестованную. Она шла на корабль, болтая с мальчишкой-подручным, улыбалась и явно радовалась происходящему. А как же Саби? О ней Марика забыла.

Предательство ранило подобно ятагану. Саби жаждала мести. Если она что умела в совершенстве, так это приспосабливаться к стремительно меняющейся ситуации. И всех вокруг переманивать на свою сторону. Убедить Рейна убить Марику было нетрудно. Но прежде чем он сделает то, ради чего сел на корабль, Саби заглянет в глаза предательнице и послушает ее оправдания.

Дверь каюты, куда вошла Саби, скрипнула чуть слышно. В корабельном шуме стонущего дерева и волн, бьющих о борт, звук остался незамеченным. В темноте разглядела две койки, но не тех, кто на них спал.

Саби беззвучной тенью скользнула от одной койки к другой. Узнала Марика и, тряхнув ее за плечо, разбудила. Напарница ахнула, увидев ее.

– Не ожидала встретить меня? – хмыкнула Саби.

– Я думала, тебя схватили жандармы.

– Схватили. Если бы ты немного беспокоилась о моей судьбе, то знала, что меня держат в распределителе.

– Я беспокоилась.

– Оно и видно, – Саби окинула взглядом каюту. – Так беспокоилась, что поторопилась отплыть с островов, бросив меня. Ты, должно быть, совсем выжила из ума. Заключить сделку со следователем! В голове не укладывается, как ты пошла на такое. Я до последнего думала, что он тебя заставил. Не верила, что ты продалась.

– У меня не было выбора, – оправдывалась Марика. – Тебя арестовали, жандармы окружили наш дом. Что мне было делать?

– Меня взяли под стражу случайно, заодно со всеми. Выпустили бы через пару дней.

– Я этого не знала.

– Ладно, – кивнула Саби. – Я все исправлю. Как и всегда.

– Что ты будешь исправлять и как? – заподозрила недоброе Марика.

– Сделку со следователем необходимо расторгнуть. Что ты ему пообещала?

– Показать монастырь.

– Ты же лгала?

– Да, – под взглядом напарницы Марика не рискнула признаться, что планировала сдержать данное Дарку слово.

– Хотела сбежать?

Марика кивнула. Хотя разве от Дарквинна скроешься?

– Ничего, – Саби ободряюще улыбнулась. – Я с ним разберусь.

– Отравишь?

– Вряд ли получится. Он теперь ни из моих, ни из твоих рук ничего не возьмет. И вообще будет тщательно следить за тем, что ест и пьет. Придется действовать по старинке, – Саби вытащила из сапога кинжал. – Не люблю кровь, но что поделать.

– Ты его зарежешь? – Марику затошнило. Она представила Дарквинна с перерезанным горлом, и картинка ей не понравилась.

– Сделаю это, пока он спит, – Саби вовсю строила планы. – Ты мне поможешь. Постоишь на стреме. Ты чего? – она стукнула Марику по плечу. – Не вздумай его жалеть. Не решила ли ты, в самом деле, предать мать-настоятельницу? Забыла, что она делает с неугодными? Или, может, поверила, что следователь отпустит тебя после всего? Ты ведь не такая дура, правда?

– По-твоему, он бы меня обманул?

– Естественно. Разгуливающая на свободе дишканди – опасность для общества. Чтобы он подобное допустил? Да никогда.

Саби говорила очень убедительно, и Марика засомневалась. Не сглупила ли она, доверившись Дарквинну? Но согласиться с напарницей означало стать соучастницей в грядущем убийстве. Кинжал в руке Саби хищно блестел, не оставляя сомнений – она свою задумку выполнит.

– Это обязательно? – уточнила Марика.

– Если не хочешь, не участвуй. Заставлять не буду. Главное под ногами не путайся.

Марика кивнула. Она была благодарна Саби, что та не вынуждала ее идти на убийство. Вроде как гора с плеч. Только чувствовала она себя все равно отвратительно.

– Следователь может быть полезен, – предприняла она попытку переубедить Саби.

– Я не обольщаюсь и тебе не советую. При первом удобном случае он избавится от нас обеих. Ты жива лишь потому, что нужна ему. Но рано или поздно он получит свое, и вот тогда тебе придется туго.

Марика опустила голову, признавая поражение. Доводы Саби были сто раз верными. Тут как у животных – либо ты, либо тебя. Не единожды Марика стояла перед схожим выбором и всегда без колебаний склонялась в свою сторону. Что изменилось на этот раз? Почему так сложно принять здравое, по сути, решение?

Дарк не подозревал, какую участь ему готовят девушки, и укладывался спать без опасений. Второе в жизни плавание солнечный воспринимал легче. Если так дальше пойдет, превратится в настоящего морского волка.

Корабль мерно покачивался на волнах, убаюкивая. Дарк, закинув руки за голову, лежал в одежде поверх покрывала, глядя в потолок. Дыхание замедлялось, веки тяжелели, сознание соскальзывало в сон. Задремав, он не услышал, как дверь в каюту приоткрылась.

Тихо скрипнули петли. Доски пола чуть прогнулись под тяжестью ночного гостя. Раздались крадущиеся шаги от двери к кровати – легкие, невесомые, предвещающие беду.

Лунный свет через окно падал на спящего мужчину. Во сне у него был беззащитный вид. Из-за рук, поднятых к голове, он словно сдавался на милость противника.

Ночной гость встал у изголовья кровати. Лезвие кинжала сверкнуло серебром в темноте, точно глаз хищного зверя. Рука с кинжалом взметнулась вверх, целясь в область сердца, а затем полетела вниз камнем, сорвавшимся с обрыва. Казалось, встреча лезвия и жертвы неизбежна. Убийца, предвкушая скорую расправу, усмехнулся.

Когда лезвие от груди отделяла пара сантиметров, мужчина, открыв глаза, выбросил руку вперед и отбил атаку. Кинжал полоснул по запястью, но не опасно. Секунда и мужчина стоял на ногах, прижимая убийцу спиной к себе.

Убийца попался изворотливый как уж. Ударив Дарка пяткой в колено, он, а точнее она, вывернулась из хватки. Не дав ему опомниться, девушка бросилась в атаку, размахивая кинжалом. Дарк отскочил, лезвие просвистело мимо, лишь чудом не зацепив, – в тесной каюте особо не развернешься.

Дверь распахнулась. На пороге стояла вторая девушка.

– Скорее! – крикнула Саби Марике. – Помоги мне.

Но Марика не спешила на выручку, топчась у входа.

Дарк скривился. Недолго Марика держала слово. Едва объявилась подруга, как она переметнулась на ее сторону. Ему бы добраться до дротиков, упавших на пол. Он бросил взгляд на пояс, и Марика за ним проследила.

Пока Саби теснила его к стене, Марика кинулась к дротикам. Подхватив их с пола, она сделала то, чего Дарк не ожидал – метнула пояс ему. Он едва не прозевал момент, но все же изловчился и поймал пояс. Он и Саби совершили рывок одновременно: она целилась ему кинжалом в грудь, он ей – дротиком в шею. Так уж вышло, что Дарк достиг цели первым.

– Изменница! – взвизгнула Саби, но захлебнулась собственным криком. Игла дротика вонзилась девушке в шею. Алые будто кровь перья торчали экзотическим украшением.

Саби захрипела. Ослабевшие пальцы выронили кинжал. Она сделала несколько неловких шагов к Марике, протягивая к ней руки то ли в мольбе, то ли в желании задушить, а после рухнула на пол лицом вниз.

Наблюдая за смертью напарницы, Марика не дышала. Не она одна способна отравить. Дарквинн тоже в каком-то смысле дишканди. Только его яд не в крови, а в дротиках. Но сути это не меняло.

Неужели нельзя было обойтись без убийства? Почему обязательно кто-то должен умирать? Вся ее жизнь вереница смертей. Судьба Марики тянется от трупа к трупу – они вехи на ее пути. Вот и очередная зарубка поставлена.

– Ты как будто не рада, что я жив, – произнес Дарк.

– Я огорчена, что Саби мертва. Это не одно и то же.

– И все же ты приняла мою сторону. Почему?

Марика пожала плечами:

– Это было спонтанное решение.

Не рассказывать же, что она едва не умерла от страха за него, слушая план Саби.

– Дай осмотреть порез.

Дарк протянул руку. Марика напряглась, приготовившись увидеть кровь, но быстро поняла свою ошибку: кровь была, но как у всех гелиосов не красная, а золотая. Марика улыбнулась. Дарквинн просто идеальный мужчина для нее.

Тряхнув головой, она прогнала неподобающую мысль. Лезут в голову всякие глупости. Дарк, может, и идеальный, но уж точно не для нее. Зачем ему убийца, пусть и бывшая? Такой никчемной Марика давно себя не ощущала.

– Надо перевязать рану, – сказала она.

– Думаешь, кинжал был отравлен?

Она вздрогнула. А вдруг? От испуга заледенели пальцы, даже прикосновение к горячей коже гелиоса не согревало.

– Нет, – Марика покачала головой, – не может быть. Я бы заметила. Как ты себя чувствуешь?

Она привстала на носки, вглядываясь Дарку в глаза. Их лбы почти соприкасались.

– Сосуды не лопнули, – заключила Марика.

– Да? – в голосе Дарка появилась хрипотца. – Уверена? Посмотри еще.

– Все в порядке, – она резко подалась назад, чуть не упав.

Двойственная получилась ситуация. Неловкая. Так бы и грелась в объятиях мужчины, ощущая его руки на своем теле, а губы на коже. Но как не хотелось разрывать контакт, а пришлось.

– О чем задумалась? – поинтересовался Дарк.

– О том, чем закрыть рану, – солгала она. Не хватало еще обсуждать с ним эротические фантазии.

Оторвав кусок от простыни, Марика перевязала Дарку запястье, успокоившись насчет его здоровья. Слава всем богам, Саби не догадалась отравить кинжал. А вот собственное состояние взволновало. Настолько не контролировать эмоции опасно.

– Раз уж ты здесь, помоги выбросить тело за борт.

Деловой тон следователя развеял мечты подобно ветру, разгоняющему туман. Саби значила для него не больше, чем пылинка на сюртуке. С ней он также легко распрощается, когда придет время?

– Ты ведь не отпустишь меня? – спросила Марика.

Дарквинн посмотрел на нее, но ничего не ответил. Что он мог сказать? Все и так очевидно.

Тащить труп было не так-то легко. Невысокая и стройная при жизни Саби после смерти, казалось, весила тонну. Или виноват ковер, в который они завернули тело? Дарк ухватился за один его край, Марика за другой. Пыхтя и отдуваясь, она старалась не отставать от следователя, хотя ковер постоянно норовил выскользнуть из рук.

Под конец Дарк тащил труп практически в одиночку, но без помощи Марики даже он не смог перекинуть его через перила. Пришлось напрячься. Игнорируя прострелы в пояснице, она помогла Дарку поднять тело.

За секунду до того, как труп упал в воду, край ковра откинулся, и Саби уставилась на Марику мертвыми глазами. Во взоре бывшей напарницы чудился укор. «Вот как ты со мной», – будто говорила она: – «взяла и выбросила в океан, словно мусор». Марика отвернулась, уже зная – этот взгляд будет сниться ей в кошмарах.

Тело упало в воду с громким всплеском, словно русалка ударила хвостом.

– Вот и все, – сказал Дарк. – Одной дишканди меньше.

Марика поежилась от его слов. Можно подумать, у него есть список дишканди, и он вычеркивает их по одной. Где-то там написано и ее имя. Но даже умирая от страха перед следователем, она не жалела о принятом решении. Вернись она в прошлое, все равно между Дарком и Саби выбрала Дарка. Смерть напарницы – ошибка, но смерть Дарка стала бы трагедией. Странно и неправильно переживать за чужого, по сути, мужчину, которому нет до нее дела, но чувства были сильнее Марики. Она не могла просто взять и приказать себе относиться к нему равнодушно.

Скатав ковер, следователь заявил, что возвращается в каюту. И Марике рекомендовал сделать тоже самое. Но она не торопилась воспользоваться советом, задержавшись на палубе.

Этой ночью на корабле бодрствовал еще один человек. Он при помощи инструментов снял рабские браслеты, а вот клеймо свести не мог, да и не хотел. Что толку избавляться от него, когда на сердце метка посерьезней? Она, как и клеймо, говорит о том, что он навеки принадлежит Эльмидале.

Побродив из угла в угол по каюте, Рейн вышел на палубу и стал свидетелем того, как Марика с солнечным сбрасывают труп за борт. Нетрудно было догадаться, что эта печальная участь постигла Саби. Увиденное убедило его в правоте девушки – Марика дурной человек. Убить ее будет высшей справедливостью.

Он представил, как до хруста сдавит шею девушки, но испытал лишь отвращение. Его осудили за убийство и приговорили к рабству, но правда в том, что он ни разу не отнял жизни.

Жажда мести боролась с человечностью, и пока их силы были равны. И все же когда солнечный ушел, и девушка осталась одна, Рейн начал действовать. Двигался он, как рота пьяных жандармов, и производил столько же шума, но Марика была слишком занята своими мыслями, чтобы его услышать.

Она смотрела на горизонт, не подозревая об опасности. Толчок, и девушка свесилась через перила. Внизу волны бились о борт. Где-то там плавало тело Саби, и Марика не столько испугалась очутиться в воде, сколько вновь встретиться с напарницей.

Брызги долетали до лица и оседали солеными каплями на щеках подобно слезам. Впору было и правда разреветься. Она висела вверх задом на перилах. Унизительность позы вкупе с бессилием била по нервам.

Но не успела Марика рта раскрыть, чтобы позвать на помощь, как давление сверху исчезло. Получив свободу, она оттолкнулась от перил и вернулась в вертикальное положение. Дико озираясь по сторонам, увидела двух мужчин, катающихся по палубе и мутузящих друг друга. В одном узнала Дарка, второй тоже был смутно знаком, но Марика не могла вспомнить, где его видела, да и ракурс для обзора был неудобный.

– Довольно! – выкрикнула она.

Ее голос послужил для мужчин сигналом, она замерли – незнакомец лежал на палубе, а Дарк сидел сверху, давя предплечьем ему на горло. Теперь Марика поняла, кто этот парень. Телохранитель Эль! Но зачем он пытался выкинуть ее за борт? Она спросила об этом у парня.

– Ты позволила Эль умереть, – придушенный следователем, прохрипел он.

– Ничего подобного, – покачала она головой. – Мы спасли ее.

Надо было видеть его лицо. Столько на нем разом отразилось эмоций: недоверие, надежда, а под конец стыд.

– Что с ним делать? – поинтересовался Дарк.

– Отпусти, – махнула рукой Марика. Она уже поняла, что парень безвреден.

– Простите, – пробормотал он, поднимаясь. – Ужасно вышло.

– Ужасно не то слово, – Марика держалась за перила, чтобы не упасть. – Ты едва не убил меня.

– Я раскаиваюсь.

Она кивнула. В конце концов, он не причинил ей вреда. Лишь напугал.

Разбуженная шумом, из каюты появилась Эльмидала. Увиденное ее потрясло: Рейн – живой и невредимый Рейн! – разговаривал с Дарквинном и Марикой.

– Что происходит? – Эль переводила взгляд с одного на другого.

Услышав ее, Рейн чуть сам не вывалился за борт. Он не сводил глаз с девушки. Быть может, ночь и темнота сыграли с ним злую шутку, но в фигуре ему чудились знакомые черты. И этот голос! Он ни с кем бы его не спутал, пусть и слышал не так часто, как хотел.

– Госпожа? – осторожно поинтересовался он.

– Рейн? – донеслось в ответ.

На него разом обрушились и облегчение, и радость, и благодарность Марике, и злость на Саби. Дикий коктейль эмоций едва не сбил с ног.

Эль шагнула ему навстречу.

– Это ты? – всхлипнула она.

– Я думал, что потерял вас.

Он коснулся ее волос, убеждаясь, – Эльмидала не сон. Не греза, явившаяся, растревожить душу. Она была также реальна, как он. Видеть ее вновь было чистым наслаждением, слушать ее голос, вдыхать аромат кожи. Губы пылали, так хотелось поцеловать Эль, вновь ощутить запретный вкус Богини, но Рейн привык спорить со своими желаниями. Выдержка и в этот раз ему не отказала. Вздохнув, он отступил от Эльмидалы.

– Я счастлив видеть вас живой и невредимой, госпожа.

– Не называй меня так. Господ Иллари больше не существует и Богини тоже. Я просто Эльмидала дочь…, – она замялась, а потом произнесла: – дочь улиц.

И Рейн, и Марика посмотрели на Эль как на несмышленого ребенка, но оба с умилением. А потом перевели взгляды друг на друга и молча кивнули, заключая перемирие. Ради Эль они согласились забыть взаимные претензии, но Дарк не был настроен дружелюбно. Не вмешайся Марика, арестовал бы Рейна немедленно.

– Не трогай его, – сказала она следователю. – Уверена, он не повторит попытку.

– Парень пытался тебя убить, а ты его прощаешь? – Дарк выгнул бровь. – Ты либо ненормальная, либо блаженная. Что в принципе одно и то же.

– Просто я знаю, каково ему было думать, что он навеки разлучен с любимой.

– Откуда?

– Представила, – пробормотала она. – У меня богатая фантазия.

Марика уговорила Дарка оставить Эль и Рейна наедине. Под ее давлением он вернулся в каюту, а Рейн и Эльмидала задержались на палубе. Им было что обсудить.

– Примите мои соболезнования, госпожа, – произнес Рейн. Впервые с момента ареста они общались. Казалось, прошла вечность и вместе с тем мгновение. – Мне искренне жаль вашу семью.

– Неужели даже Гая? – спросила она.

– Если вы тоскуете по нему, то да.

– Он был не лучшим братом, – вздохнула Эль, – но родную кровь не выбирают. Не все, кто погиб, походили на него. Дети точно ни в чем не виноваты. И Арда. Она всегда была добра ко мне.

– Я знаю, потому и скорблю вместе с вами. Арда спасла меня.

– Теперь ты свободен, – она кивнула на его запястья. – Делай, что пожелаешь.

– Я хочу лишь одного – служить вам.

Эль отвернулась, пряча лицо, чтобы он не видел ее досады. Будь Рейн с ней по воле сердца, она бы с радостью приняла его, но в мужчине говорил долг. Браслеты он снял, но в мыслях остался рабом. И будет им, пока она рядом. Присутствие бывшей госпожи сводило свободу на нет. Ведь она олицетворяла рабский уклад Иллари.

– Мы оба получили шанс начать жизнь с чистого листа, воспользуемся им. И в первую очередь откажемся от старых связей.

Слова дались с трудом. Эль резала себя по живому, но выдержка, приобретенная за годы притворства, помогла сдержать слезы. Она не покажет Рейну своего горя, чтобы он не чувствовал себя виноватым. Любимых отпускают с чистым сердцем. Рейн достоин самого лучшего. Эль искреннее верила, что вдали от нее он будет счастлив.

– Вы гоните меня? – уточнил он.

– Я дарую тебе свободу, которую ты заслуживаешь и о которой мечтал, – она, наконец, нашла силы посмотреть на него.

Лицо Рейна вытянулось. Он хотел что-то сказать, но не мог подобрать слов. Эль будто не свободу ему даровала, а ударила под дых.

Но мужчина быстро взял себя в руки и произнес:

– Как вам будет угодно, госпожа.