Глава 66
Едва Михаил отключился, как телефон снова сработал. На дисплее высветился номер с именем «Анечка». Парень улыбнулся. Ему снова захотелось жить и всех любить.
— Привет, Анютка! — весело сказал Морозов.
— Ты ли это? — защебетала птичка по имени Аня. — Ты трезв?
— Я теперь возвращаюсь к прежней жизни, — радостно произнес он. — Хватит! Достаточно накуролесил. Варю напугал.
— Вот! Я тебе поэтому и звоню… Варя уезжает… сегодня
— Я знаю.
— Знаешь? — искренне поразилась девушка. — Откуда?
— Я только что с ней разговаривал и собираюсь в аэропорт провожать её.
— Даже так? — ахнула девушка. — Очень рада за тебя, — и чуть помешкав, уточнила. — И даже рейс знаешь?
— Знаю.
— Да ладно? — удивилась она. — И правда знаешь?
Парень назвал все параметры Вариного рейса.
— Ну тогда я за тебя спокойна. Желаю удачи! Пока!
— Пока!
Едва положив трубку, девушка уставилась на сидящего напротив неё парня.
— Они помирились. Он едет в аэропорт провожать её.
— Рейс? Время вылета?
Девушка назвала.
— Пока, — произнес Милославский, вскакивая и хватая свою сумку. — Я думаю, что успею. Спасибо, Анют. Буду должен и, как и обещал, помогу с Вадимом.
— Я надеюсь, — кокетливо подмигнула ему девушка. — Пока.
Морозов, закончив разговор с Анечкой, оглянулся на Виталика, пытающегося теперь разгрести завалы разбитых бутылок.
— Виталь, прости! Выстави мне счет, я всё оплачу с процентами. Можешь тысяч на пятьдесят сверху пойла заказать. Перечислю всё до копеечки в течение трёх дней. Но учти — обманывать себя не дам… Ты меня знаешь, а то останутся у тебя о баре только воспоминания. Так что ври, но не завирайся в оценке ущерба. Акты, описи… оформляй как следует.
— Лады. Но мог бы и не предупреждать. Ты же тоже меня знаешь.
— Знаю. Вот поэтому и предупреждаю. Пока.
И Михаил, выскочив из бара, понесся к своему байку.
«Цветы! Нужно купить Варе цветы!» — билось у него в голове.
Он знал, что в двух кварталах от бара есть круглосуточный цветочный магазин с прекрасным выбором. И буквально через пять минут врываясь в магазин, он закричал.
— Мне все розы… Что у вас есть в магазине, любого цвета.
— Но их у нас в наличии триста пятьдесят штук.
— Мало, — занервничал Михаил. — Ну ладно, давайте сколько есть.
— А как вы их понесёте? — осадила его цветочница. — У них тяжелые стебли.
— Я на байке.
— Как скажете. Упаковывать будете?
— Просто перевяжите лентой.
Девушка покачала головой, но возражать не стала.
Еле удерживая охапку цветов, Михаил выскочил из магазина. Дождь усилился, обещая из размеренного превратится в ливневый. Уж очень серые тучи бродили по небосводу и всё сильнее и сильнее плакали крупными слезами.
«Шлем!» — одернул Миша себя, наверное, в первый раз за последние десять дней, уже взгромоздившись на байк.
И соскочив с него, достал из багажного отсека шлем и, взглянув на свои элитные брендовые часы, отметил.
«Чуть — чуть поддать газку, и я успею. Я лечу к тебе, любимая!».
На входе в аэропорт Варю уже ожидал Илья. Увидев счастливое, сияющее лицо девушки он аж присвистнул.
— Варя! Да что я вижу! Такое впечатление, что ты с мужем помирилась. Ты вся сияешь.
— Нет, не помирилась, но он отпустил меня. А сейчас должен приехать в аэропорт… проводить. Я вас познакомлю.
— Ну и ладно. Я рад. Значит, ты уедешь с чистым сердцем.
Дождь. Сильный дождь. Михаил гнал, стараясь контролировать машину. Но недели сумасшедшего злоупотребления алкоголем бесследно не прошли. Техника вождения была прекрасной, но он медленно соображал, пытаясь маневрировать на скользкой трассе. А ещё ему очень сильно мешали цветы. Эта огромная охапка при малейшем наклоне транспортного средства нет-нет да и норовила перевалиться то в одну, то в другую сторону, отчего Михаилу приходилось время от времени ловить падающие цветы.
«Я успею!» — билось у него в голове. — Успею во что бы то ни стало. Обниму и зацелую её так, чтобы она помнила меня, пока мы будем в разлуке».
Размечтавшись, Миша обгонял и обгонял плетущиеся машины. Впереди показалась табличка: «Осторожно! Ведутся ремонтные работы». И парень, чуть снизив скорость, стал снова маневрировать, стараясь как можно побыстрее проскочить этот отрезок трассы. Его цель — добраться до аэропорта. Михаил понимал, что чем быстрее он приедет, тем больше времени у него будет, чтобы побыть с любимой женщиной. И он, подгоняемый собственными мыслями, даже не заметил, как в этой веренице машин обогнал в том числе и спорткар Милославского.
«Вот зараза! — чертыхнулся Димка, увидев протиснувшийся между ним и другой машиной мотоцикл Морозова. — А я вот цветы не догадался купить, — грустно подумал он и посигналил почему-то вдруг резко замершему в опасной близости автомобилю, движущемуся впереди. — Щас бы в зад поцеловал! Да и хрен бы с ними, с бабками, вот только пока с полицией разберешься, Варькин самолёт улетит, — попенял он сам себе за ослабевшую внимательность.
Дергаясь и костеря дождь, медленных водителей на дороге, Милославский двигался вперед со скоростью беременной черепахи. Машины, как назло, ещё больше замедлились.
«Что-то случилось?! — мелькнула у него в голове мысль. — Авария, что ли?»
И буквально через пять метров продвижения увидел разбросанные на дороге цветы… Это были розы. Сердце тоскливо сжалось от ощущения беды. В душе зазвенела пустота. Как бы они ни воевали из-за Вари, сколько гадкого между ними бы за последнее время ни происходило, всё это было честно… из-за любви.
«Только бы не он… — билось в голове. — Только бы он был жив…
А проехав ещё около двадцати метров, вырвавшись за пределы ремонтируемого участка трассы Милославский, увидел лежащий на боку байк и толпу людей, сгрудившихся вокруг человека на дороге. Припарковав машину на обочине, он бросился к бывшему другу, на ходу нажимая кнопку экстренного вызова.
— Авария! Мотоциклист. Срочно скорую! Срочно! Да. Северная трасса в аэропорт. А, хорошо. Я понял… жду.
— Мишка! — Димка практически рухнул рядом с другом. — Мишка! Держись. Скорая уже едет. Держись!
Он смотрел в его глаза, голубые, словно вода в горных озерах, и звал, звал, звал, не давая другу отключиться. Михаил же, наконец уловив, кто рядом с ним, прошептал.
— Ва-ря-я! Лю-уббл-юю!
— Я знаю, знаю! Держись!
— Ва-ря-я! Са-амо-олеот! Лю-уббл-юю!
— Хорошо! Я понял! Сейчас скорая приедет, и я всё ей передам. Держись, Мишка! Держись!
Наконец впереди послышался звук сирены и засверкали проблесковые маячки.
Едва Михаила погрузили в машину, а Димка узнал, в какую больницу повезли друга, как он тут же, сев в свой спорткар, понесся в аэропорт.
«Я обязан успеть, даже ради Мишки».
Цветы, которые вез его друг своей жене, всё же подвели. Пытаясь как можно быстрее попасть в аэропорт, парень сильно и резко маневрировал между движущимся транспортом. В какой-то момент огромная охапка распалась и стала падать. Михаил наклонился подхватить её и врезался во внезапно перегородивший ему дорогу монолитный блок.
Варя нервничала. Посадка на их рейс заканчивалась, а Миши всё не было… Время от времени она поглядывала на Илью, ища в нем поддержки и как бы спрашивая глазами, нельзя ли продлить ожидание. Однако с каждой минутой лицо парня всё сильнее и сильнее хмурилось. В конце концов он всё же не выдержал.
«Варя, прости! Но если ты летишь, то нам пора идти».
Девушка ещё раз оглянулась в зал. Вздохнув, перевела телефон в режим полёта и отправилась на посадку.
«Он передумал, — билось у неё в голове. — Его слову верить нельзя!».
Едва выбравшись на нормальную дорогу, Димка принялся набирать номер Вари, под большим секретом «проданный» лучшей подружкой за возможность организации её свидания с Вадимом Зарницким. Но телефон оказался вне зоны доступа. Чертыхнувшись, Милославский прибавил скорости.
Ворвавшись в аэропорт, молодой человек первым делом бросился к табло полётов и чуть не заплакал. Рейс Вари уже десять минут как находился в воздухе. Он не успел. Связь прервалась.