Глава 11

Евгений

В офисе я приехал раньше обычного. Нет, работы было не так много, я бежал из дома. Меня магнитом тянуло к Анне. Ночью я, как лунатик ходил по дому и пару раз приоткрывал дверь в ее комнату. Она забыла закрыть шторы, и свет луны падал на постель. Ее хрупкое тело соблазнительно вырисовывалось под покрывалом, а красивые волосы раскиданы по подушке. Дико хотелось прикоснуться к ним, вообще лечь рядом, зарыться в них носом, уснуть. Но я уходил, закрывал двери, и уходил. А потом через полчаса снова возвращался. Никогда такого с Ириной не было. Я любил ее, как сумасшедший любил, но таких эмоций, как к Анне, к жене не испытывал никогда. С Ириной передо мной изначально стояла цель доказать себе и каждому мужику, что я лучше, она должна выбрать меня. И она выбрала. Денег на нее я не жалел. Добивался и завоевывал на широкую ногу. Даже яхту ей подарил просто так, без повода. И вот она моя жена. Я свое получил. Добившись ее, я расслабился. За что и поплатился многочисленными изменами супруги. А с Аней нет цели, с ней просто так, жизненно и спокойно. К ней хочется возвращаться. И поэтому я не могу ее отпустить.

— Михаил, найди мне всю информацию об Анне Кортесс — даю распоряжение своему помощнику по телефону. Кладу трубку и жду. Знаю, информацию я очень быстро получу. Надо узнать о ней все. Хочу узнать, правда ли то, что она мне рассказала о себе, о родителях. Меня еще не отпускают сомнения, что она часть коварного плана Ирины. Бросил курить год назад, а как сейчас хочется затянуться. Ожидание сводит с ума. Я брожу по своему кабинету от одной стены к другой и так по кругу. Через три часа в кабинет входит мой помощник Михаил. Мужчина лет сорока пяти, гладко выбрит, фигура напоминает шкаф. Я сам не маленький, но рядом с Мишей похож на дюймовочку.

— Все, что нашел в этой папке — и папка серого цвета ложится на мой стол. Миша молча выходит из кабинета, закрывая плотно за собой дверь. Я даже уверен, что он предупредил секретаря меня не беспокоить.

Открываю папку и тщательно изучаю данные.

Дата рождения: четырнадцатого июня.

Место рождения: роддом номер пять.

Родители Александр и Анастасия Кортесс. Мать в девичестве носила фамилию Звягинцева. Работала переводчиком. Вышла замуж за испанца. Покинула Россию вместе с мужем и дочерью.

Закрыл папку и не могу понять, что меня настораживает в этих данных. А ведь есть что — то? Долго смотрю на папку, а потом достаю из ящика стола другую. Открываю ее.

Ирина.

Дата рождения: тринадцатое июня.

Место рождения: роддом номер пять.

Вот ОНО. Не может быть таких совпадений. Я в них просто не верю. Две девочки были рождены в одно время, в одном роддоме, родители по документам разные, да только девочки словно близнецы. Что это? Врачебная ошибка или торговля младенцами?

Заведующую этого родильного дома я знаю, лично. Ирина рожала там Машеньку. Помню из ее разговора, что работает она там больше тридцати лет, значит, может прояснить данную ситуацию. Надо показать ей фотографии девчонок, но у меня нет фотографии Анны. Да и зачем она мне, если они похожи, как две капли воды. Достаю из личного дела Ирины две ее фотографии, кладу во внутренний карман пиджака и направляюсь на выход.

****

— Доброе утро, Клавдия Васильевна — прохожу в кабинет заведующего родильного отделения без стука.

— Евгений Борисович? Что — то случилось? Ирина Романовна в положении?

— Я по личному делу к вам — я присаживаюсь напротив ее и нагло смотрю ей в глаза. Ей некомфортно и она всячески пытается отвести от меня взгляд. Но я не допускаю разрыва зрительного контакта — Я хочу знать, кто принимал роды у моей тещи?

— В смысле? Когда?

— Когда родилась моя жена. Кто был акушером на родах Багровой Екатерины?

— Я — тихо отвечает она.

— Такой быстрый ответ. Вы всех своих рожениц помните?

— Не всех. Были причины запомнить именно ее. В чем вопрос?

— А вопрос в том, что в вашем роддоме в то время рожала еще одна женщина. Анастасия Кортесс — я смотрю на женщину и вижу, как краска с ее лица мгновенно пропадает. Она становится белой, как ее медицинский халат. Я достаю приготовленные фотографии и кладу перед врачом — А теперь объясните мне, как у двух этих женщин родились дочери, так похожие друг на друга? — она смотрит на фотографии и в глазах скапливаются слезы. Она бросает на меня потерянный взгляд. И я убеждаюсь в своих догадках — в этих стенах двадцать один год назад было совершено преступление.

— Я слушаю — жестко говорю я, передавая ей в руки стакан воды. Графин стоял недалеко от меня, и я налил для нее воды.

— Настенька лежала у нас на сохранении. Хорошая девочка. Молоденькая. Муж навещал ее десять раз на дню. То конфеты принесет, то фрукты, то книги. Я любовалась ими. Колоритная пара — испанец и русская. В любви ей признавался в стихах на испанском. Под окнами стоял и читал — она снова выпила воды — Вы сдадите меня?

— Нет. Все что вы мне сейчас расскажете, останется только между нами. Эта информация нужна лично для меня.

— Я поняла. Спасибо.

— Продолжайте.

— Настя ждала близнецов. Девочек. Роды начались раньше запланированного срока планового кесарева. Одна из малышек была расположена ножками вниз, пришлось делать экстренное кесарево сечение. Девочки родились здоровыми, красивыми.

— Почему даты рождения разные?

— Они так родились. Старшая Ирина родилась в одиннадцать пятьдесят восемь тринадцатого числа, а младшая, в три минуты первого ночи, следовательно, четырнадцатого числа.

— Ясно. Дальше.

— А дальше все было, как в тумане. На скорой привезли дочь известного бизнесмена. Она наглоталась таблеток, хотела покончить с собой или вытравить ребенка. Она была без сознания. Мы прокесарили ее, но, к сожалению, малыш умер. Через полчаса в приемник ворвался Игорь Владимирович в окружении охранников. Он кричал, что если мы не спасем дочь и внучку, он всех посадит за халатность. Бегал по отделению с пистолетом в руках. Страшно было. Это он сейчас уважаемый человек, а тогда, каждая дворняга знала, что он криминальный авторитет. И его методы мести всем были известны. Я не знаю, как так получилось, но один из врачей вынес дочь Кортесса из операционного блока, для того чтобы перенести в детское отделение. А он подумал, что это его внучка. Схватил ее, начал целовать, благодарить. Мы все застыли от испуга. Он сразу забрал девочку в частную клинику, даже без документов. Мы боялись за свою жизнь — она перевела дух и продолжила — Я знала, что Александр собирался покинуть Россию вместе с семьей. Он бы уехал раньше, но я запретила Насте перелеты. На таком сроке с многоплодной беременностью очень опасно. Если бы я знала, что так будет, сама бы посадила ее в самолет — она начинает рыдать, а мне это не нужно.

— Пейте воду — и она послушно осушает бокал — Вы сказали ей, что один ребенок умер?

— Да.

— Как она отнеслась к этому?

— Она так плакала, что сердце кровью обливалось. Молоко пропало, поэтому пришлось малышку переводить на искусственное питание. Я сразу взяла больничный, не могла смотреть ей в глаза. Их выписали через неделю, а через месяц на прием она не пришла. Уехала. Я не думала, что они встретятся когда — то.

— Они и не встретились. Анну встретил я.

— Что теперь будет?

— Ничего. Живите, как жили. Ваши скелеты в шкафу не моя проблема, вижу, совесть ваша вас уже съела. Не в моих привычках добивать. Прощайте, Клавдия Васильевна.

****

В офис я больше не поехал. Шел седьмой час вечера. Захотелось домой. В голове переваривалась информация, которую я узнал в роддоме. Не может быть? Они близнецы. Они сестры. Я изнасиловал родную сестру своей жены. С этими тяжелыми мыслями я открываю входную дверь и сталкиваюсь нос к носу ….с ней. Она стоит напротив, и я даже мысли не могу допустить, что она меня встречает. Тогда, что она здесь делает?

— Добрый вечер — первым начинаю я.

— Добрый. Я шла в гостиную.

— Ну, раз шла, иди — провожаю я взглядом. Постояв у дверей пару минут, направился к себе.

Приняв душ и переодевшись, я спустился к ужину. Анна уже сидела за столом, так же с левой стороны от меня, но через стул. И тот, факт, что рядом со мной место пустует, меня не обрадовал. Но я промолчал. Присел на свое место. Ольга накрыла стол.

— Почему у нас блюда разные? — спрашиваю Ольгу, смотря на наши тарелки.

— Анна Александровна сама приготовила для себя ужин — тихо поясняет прислуга.

— Сама? — не верю своим ушам. А они точно сестры?

— Да, сама, а что? — с вызовом спрашивает меня моя гостья.

— Ничего, просто интересно. Что это у тебя?

— Паэлья.

— Настоящая? Испанская?

— Ну, а какая еще? — удивляется она.

— Я тоже хочу. Ты не против поделиться? — вопрос риторический, так я уже забрал у нее ее тарелку и запустил туда ложку. От возмущения из ее глаз посыпались искры, хоть свечи поджигай. Жаль, что у нас нет свечей. Но я лишь улыбнулся — Очень вкусно — и правда, вкусно. Очень, очень. Только сейчас понимаю смысл фразы «ум отъешь».

В то время пока я смакую, Ольга приносит и для Анны порцию этого блюда. Названия я не запомнил. Но я хочу это есть каждый день.

— Рада, что тебе понравилось — тихо говорит она.

— Скажи честно, ты специально для меня его приготовила? — люблю наши перепалки за столом. Мне их так не хватало целый день.

— Что натолкнуло тебя на эту мысль? — интересуется она.

— Ну, тут морепродукты?

— И что? — непонимающе она смотрит на меня. А ведь и правда не понимает ход моих мыслей. Класс.

— Морепродукты входят в число мощнейших афродизиаков с выраженным стимулирующим сексуальную активность свойством — с каждым моим словом она становится все краснее и краснее, даже уши бордовые. И так хочется их укусить слегка. Черт, действие этих моллюсков уже началось.

— Не слышала о подобном. Мне нет дела до твоей потенции.

— Правда?

— Правда. Мне вообще нет до тебя дела.

— Не могу сказать тебе того же — честно признаюсь я и встречаюсь в ее испуганным взглядом.

— Ты женат — напоминает она мне.

— А если бы не был женат? Ты бы …

— Нет — она перебивает меня, встает со своего места и убегает в спальню. Ну, вот опять я перегнул палку. Придурок.

— Ольга — прислуга забегает в столовую — унеси ужин Анне в спальню. Она опять не поела. Резко встаю, так что стул падает с грохотом на пол — И принеси мне потом коньяк.

К Коньяку я так и не прикоснулся. Лежал в своей постели и думал об Ирине. Какой бы она была, если бы ее воспитывали ее биологические родители? Наверняка не такой беспринципной сукой. Семья Богровых испортили ее деньгами и вседозволенностью. Сейчас сравнивая двух сестер, я понимаю, какая из них росла в любви, а какая была лишена ее.