Глава 13

– Отныне я для тебя госпожа Ивета, – продолжила я рыть себе могилу, убедившись, что прямо сейчас убивать меня дракон не собирается, значит, есть время подготовиться и вырыть ямку поглубже. – Нет. – Что нет? – опешила я от такого вопиющего неуважения к себе в новой роли. – Твое проклятие не может иметь надо мной силы, потому что противоречит проклятию моей жены. А она по статусу выше тебя. – Откуда тебе знать, какой у меня статус? – Ни одна уважающая себя женщина нашего мира не позволила бы себе так выглядеть. Так что несложно догадаться, что твой статус где-то между кухонной мышью и за стенным сверчком. – Судишь по одежке, да? Видимо, ты не слышал историй, как могущественная фея превращается в нищенку, чтобы проверить доброту и сострадание встречного путника, а не прошедшего проверку жестоко наказывает. – Встреча с тобой – это уже наказание. – Тебя никто силой здесь не удерживает. – Меня удерживает как раз сострадание, потому что без меня ты не выживешь в компании этих умельцев. – Последним, кто меня чуть не убил, был как раз ты. – Я извинился! – Угу, попутно обозвав меня выдрой. – Если бы не проклятие, то я бы не стал произносить это вслух. Я шумно выдохнула: – Мне ужасно душно в одном лесу с тобой. Я пойду прогуляюсь. Резко развернувшись, я шумно потопала в лес. Нет, общение с этим драконом было невыносимо, само его присутствие давило и раздражало. Он, конечно, спас меня от смерти и вылечил очередную простуду, но это не значит, что я теперь обязана выслушивать гадости. И какое-то проклятие ни капельки его не оправдывает! Я остановилась у большого дерева и зло пнула его корень, представляя на его месте гадкого дракона. Но идея оказалась неудачной, от боли я ойкнула и запрыгала на одной ноге, запнулась о ветку и полетела спиной назад. Чьи-то руки вовремя меня подхватили. – Не стоит так расстраиваться, Дайягон грубит тебе не по собственной воли. И хотя он мне тоже не нравится, как спутник он для нас очень полезен. – Серп мягко улыбнулся, помогая мне устойчиво встать на ноги. Ушибленный палец болел, и я не стала полностью опираться на ногу. – Дай я посмотрю. – Наг опустился на колено и потянул вниз молнию на сапожке. – Все в порядке, не стоит! Но мужчина не послушал, он уже стянул с меня обувь, приподняв мою ногу, я прислонилась к стволу дерева, чтобы не потерять равновесие. Серп удивленно посмотрел на капроновый носочек: – Это кожа или мембрана? – Ни то, ни другое. С моей ногой правда все хорошо. – Но у тебя же тут кровь! – Это не кровь, а лак для ногтей. Красный и уже облупившийся, я давно собиралась его смыть, но руки никак не доходили, а здесь я и вовсе забыла про него. Наг аккуратно стянул тонкий капрон и осмотрел мои пальчики: – Никогда такого не видел… Ты уверена, что не поранилась? – Мужчина стал мягко проминать пальцами мою ступню. Я тихонечко застонала от удовольствия, ноги просто гудели от постоянной ходьбы, а этот массаж подарил облегчение. Прислонившись спиной к дереву, я замерла, позволяя нагу дарить мне удовольствие. Закончив со стопой, Серп перешел на икру, в принципе, я начинаю понимать местных женщин, это же хорошо, когда у тебя всегда есть тот, кто сделает массаж? Перемещаясь на бедро, наг нежно коснулся губами моего колена. Я открыла глаза и посмотрела сверху вниз. Огонек, который зажегся в гипнотизирующих глазах мужчины, меня насторожил. – Нога уже прошла, спасибо. – Мой голос прозвучал слишком томно. – Это прекрасно. – Серп поцеловал внутреннюю часть моего бедра, поднимаясь руками все выше. Халатик был верен своему прежнему хозяину и стремительно разъезжался в стороны. – Я не думаю, что… Гибкий змеиный хвост вмиг обвил мою талию, прочно прижав к дереву. Я только рот открыла от удивления. – Полагаю, в твоих глазах я ни на что не годный отверженный наг, я не смог защитить тебя и проиграл на твоих глазах схватку с драконом. – Нет, ни в коем случае! Да и схваткой это назвать нельзя, ведь дракон в ней не участвовал. – Я заслужил твое призрение. Но прошу, дай мне шанс доказать, что я не бесполезен. Длинные изящные пальцы коснулись моих складочек. Я нервно сглотнула. На мне, кроме шелкового халатика нага, ничего не было, одеться я так и не успела. Сейчас этот змей может делать со мной что захочет. – Ты хорошо готовишь! Язык нага оставил влажную дорожку на внутренней части бедра. – Без тебя я бы умерла с голоду. Облизав пальцы, мужчина стал ласкать мои складочки. – Тебе не нужно ничего никому доказывать! Только поднять мотивацию и самооценку. – Как раз этим я и занимаюсь. Кончик хвоста ловко сдвинул ворот халата, после чего обвил и слегка сжал мою грудь. – Ооо… – удивленно протянула я. – Ах… – Это он стал заигрывать с моим затвердевшим соском. Тем временем губы нага прикоснулись к жемчужине моего удовольствия, а пальцы на одну фалангу погрузились внутрь. Я слегка застонала, прикрыв глаза. Почему так сложно было устоять перед этими красавчиками, а мое тело моментально откликалось на их ласки? Всего лишь этой ночью я сгорала от страсти в руках оборотня, а теперь прижата к дереву нагом. Где мои моральные принципы, хотела бы я знать. Не прошли ограничения по провозу багажа, как куртка и шапка? Где бы они ни были, сейчас их возвращения никто не ждал. Моя дырочка увлажнилась, помогая пальцам мужчины приятно скользить внутри, он проник чуть глубже, но все еще продолжал дразнить меня. Его язык заигрывал с моим клитором, заставляя ноги подрагивать, а дыхание сбиваться. Наслаждаясь моей реакцией, наг захватил клитор губами, посасывая и оттягивая его. Я подалась чуть вперед, сама насаживаясь на пальцы. Наг стал двигать рукой быстрее, угадывая мои желания. Когда по его пальцам потекли мои соки, он вынул руку и закинул мою ногу себе на плечо, чтобы иметь полный доступ к моему телу. Его язык неторопливо прошелся по складочкам, словно он наслаждался вкусом моего желания, я тихо постанывала, чувствуя свою беспомощность и нарастающее снежным комом возбуждение. Наконец язык нага скользнул внутрь. Широкий и длинный, он растягивал мое набухшее лоно. Он вытворял внутри меня что-то невообразимое, я плыла от удовольствия, раскрываясь ему. Длиннее, чем язык обычного мужчины, язык нага проник так глубоко, что смог затронуть все чувствительные точки. Но змей-искуситель не собирался останавливаться на достигнутом. В момент, когда его пальцы стали покручивать мой клитор, я ощутила себя Евой, павшей от виртуозных ласк змея. Я стонала, прикусывая губу, распугивая готовившихся ко сну лесных жителей. Тугой узел внизу живота пульсировал, выжигал меня, заставляя забывать стыд или смущение, оставляя лишь животные инстинкты. Когда на подмогу языку Серп ввел в меня пальцы, я дернулась, боясь, что не вынесу удовольствия от такого проникновения, но хвост нага по-прежнему крепко прижимал меня к дереву, спасения не было. Пальцы скользнули внутрь, растягивая стеночки. Мужчина стал быстро двигать рукой, имитируя поступательные движения, и уже через пару мгновений мой громкий стон разлетелся по лесу, а мои стеночки пульсировали и сжимали пальцы нага. Ослабив хватку своего хвоста, Серп поднялся ко мне, чтобы посмотреть в мои еще затуманенные страстью глаза. Высвободив руку, я запустила ее в его шикарные платиновые волосы и притянула к себе, впиваясь поцелуем в мягкие, податливые губы мужчины. Я хотела еще… То есть я хотела, чтобы он тоже получил удовольствие. От неожиданности наг немного дернулся и, кажется, хотел отстраниться, но вскоре целиком отдался поцелую. Второй рукой я стала шарить по его чешуе, выискивая то самое… – Где они? – прошептала я, ничего не обнаружив внизу его живота. – Кто? – хрипло ответил Серп. – Ну они… твои достоинства? Я слышала, у нагов их два. – Достоинств у меня куда больше, но если речь о том, что ниже пояса, то там все как обычно, в единственном числе, возможно, за второе часто принимают хвост, поверь, он тоже на многое способен. – Верю… – Если моя госпожа желает еще, то я могу показать… – Желаю, но не твой хвост. Я хочу, чтобы тебе тоже было хорошо. Чтобы нам обоим было очень хорошо. – Я требовательно и нежно прикусила его нижнюю губу. Стон вырвался из обнаженной груди мужчины. – Как вы коварны, моя госпожа. Вам нравится меня терзать? Вы же знаете, что девственная пластина открывается только после ритуала? Я должен войти в гарем или стать мужем, лишь тогда я смогу познать радость обладания женщиной. Но я не достоин этой чести, ведь я лишен яда. – В смысле… Ты вот это все делаешь, а сам удовольствия получить не можешь? – Моя картина мира отчаянно трещала по швам. – Я получаю удовольствие, когда вижу, что моей госпоже хорошо. – Но это же не совсем то удовольствие… – Мне не с чем сравнивать. – Но в обличии двуногого у тебя там все открыто, я же видела! – Да, но он не чувствует возбуждения. Иначе не было бы смысла в девственной пластине? – Нет, ну вдруг… Должна же быть какая-то лазейка… От обсуждения этой темы моя голова немного остыла, а бедного нага стало реально жалко. Но я ничего не могла сделать с устройством этого мира. – Не стоит переживать обо мне. Но я всегда рад позаботиться о своей госпоже. Надеюсь, теперь вы верите, что я могу это сделать. Я улыбнулась и кивнула, поправив на себе одежду. После чего мы вернулись на полянку. От запоздалого чувства стыда мои щеки стали пунцовыми, и я была рада, что ночью этого не видно. Мы отходили не так уж и далеко, потому мои стоны должны были быть прекрасно слышны. Но Ран и Дайягон спокойно переговаривались о чем-то, делая вид, что ничего не произошло. Может быть, для них так и было. Решив тоже делать вид, что ничего такого не случилось, я заняла свое место у костра и с нетерпением принялась за ужин. Правда, спустя пару мгновений мой аппетит увял, как прибитая морозом роза. Доверять приготовление еды Лютику было непростительной ошибкой. Кажется, его проклятие полностью затронуло и навык приготовления чего-либо. Пересушенным жестким мясом я, конечно, не отравлюсь, но вот суп в исполнении эльфа лучше не есть. Это я так, на будущее себе пометку сделала. Спать легла я конечно же голодной, зато уже под привычный теплый лохматый бок. Чувствовала я себя немного виновато, но в теплых желтых глазах оборотня не было никакого осуждения. Я потерлась щекой о его мех. – Почему ты ничего мне не рассказал о себе? Как мне быть и чего ты от меня ожидаешь? – тихонько прошептала, но ответа, разумеется, не последовало.