Глава 30

Полет в ночном небе меня совсем не воодушевил, и я стала бить кулачками в грудь ирвинга: – Пусти, предатель! – Уверена? – издеваясь, спросил Валамео. Я бросила взгляд вниз, было слишком высоко, чтобы падать, потому я решила повременить с обвинениями и борьбой. Сначала нужно снова почувствовать почву под своими ногами. Летели мы долго, я даже успела провалиться в неглубокий тревожный сон, из которого резко вынырнула, когда ирвинг приземлился. Я успела понять, что мы находимся в горах, прежде чем он занес меня в какую-то пещеру. Тут я с новыми силами стала брыкаться. Но справиться с Валамео у меня не было никаких шансов, он с явным удовольствием выкрутил мне руки, а затем и вовсе застегнул на них наручники, свисающие на цепях с потолка пещеры. – Зачем ты это делаешь? Разве я чем-то навредила тебе? – Раз борьба была проиграна, пришло время переговоров. – Лично мне – нет. Мне велели тебя убить. Но, как видишь, я пока милосерден. – Что ты сделал с моими мужьями? – О, не беспокойся, вся наша дружная семья вместе. Ирвинг достал из кармана цепочку, на которой висел крупный рубин, напоминающий каплю крови, мужчина повесил украшение мне на шею, и я успела заметить внутри маленькие застывшие фигурки своих мужей. – Они живы? – Мой голос дрогнул. – Не знаю, можно ли это назвать жизнью… – Пожалуйста, отпусти их! – Если я это сделаю, они не успокоятся, пока не спасут тебя либо не погибнут сами. К чему мне такие сложности? – Что ты намерен делать со мной? – Я всю жизнь был красивой куклой, с которой можно было обращаться как вздумается. Хочу теперь почувствовать такую же власть. Ощутить этот пьянящий вкус господства. – Ирвинг больно схватил меня за подбородок, в его голубых глазах отразился нездоровый жестокий блеск. – Но я ничем тебя не обидела, это несправедливо – отыгрываться на мне. – А где была справедливость, когда госпожа из простой прихоти ломала мои крылья? – Мне очень жаль, что тебя мучили, но в этом нет моей вины, я даже не из этого мира! – Ты женщина, и этого для меня достаточно. Резким движением ирвинг дернул мою рубашку, и пуговицы разлетелись в разные стороны. Холодные руки мужчины сжали мою грудь. Я подалась назад, но цепи не позволили мне отстраниться. – Ты в моей власти. Я могу заставить тебя стонать от удовольствия или кричать от боли. А могу смешать и то, и другое, вынуждая глотать свои слезы и молить ласкать тебя дальше. Я могу сломать каждый пальчик на твоей руке, а затем и саму руку, и никто не помешает мне, никто не защитит тебя, не придет тебе на помощь. Ты больше никому не нужна. – Пожалуйста, не надо… – Мне стало по-настоящему страшно. – Кажется, ты забыла, что я твой муж и это мое право – провести с тобой эту ночь. – Мы можем найти другой выход, пожалуйста, давай договоримся… – Зачем? Меня все устраивает. Нагнувшись, предатель вцепился зубами в мою грудь, стал терзать сосок, заставляя меня стискивать зубы от боли, я старалась не закричать, отчаянно дернулась, но от этого стало еще больнее, не выдержав, я тихонько заскулила. Лишь после этого зубы мужчины отпустили мою израненную грудь. – Это и правда приятно. – Ирвинг довольно улыбнулся и посмотрел на мою вторую грудь. – Нет, пожалуйста. – Я задрожала, не готовая к новой боли. Но на этот раз Валамео нежно прикоснулся губами, покатал набухший сосок языком. – Пьянящая власть… Такой игрой легко увлечься, – произнес он с довольной ухмылкой. – Как такое прекрасное создание может быть таким злым? – Если бы не моя красота, я избежал бы многих неприятностей. Это внешность сделала меня таким. И женщины. – Мне очень жаль, правда. Но ты не обязан быть жестоким из-за того, что кто-то обращался с тобой плохо. Отвечать жестокостью на жестокость – это создавать порочный круг. Ты можешь оставаться дружелюбным и отзывчивым, как был сегодня весь день. – Тебя некому защитить, о каком порочном круге ты говоришь? Ты вообще должна быть уже мертва. Я достаточно дружелюбен, чтобы оставить тебя в живых, по крайней мере пока… Мои доводы закончились, а пока я молчала, Валамео окончательно разорвал мою рубашку и расстегнул брюки. – Сегодня я видел, как ты получаешь удовольствие, теперь я тоже хочу насладиться тобой. Ирвинг сбросил с себя одежду, обнажая идеальное мужское тело, и прижался к моей спине. Его руки заскользили по моей коже, оставляя легкие царапины, заставляя меня выгибаться, чтобы избежать касания с ногтями. Из-за этого моя попка несколько раз прижалась к его набухающему от желания члену, а ирвинг в эти моменты тяжело вздыхал, явно борясь с желанием овладеть мною без всяких прелюдий. Наконец он опустил руку вниз, между моих бедер, и коснулся складочек. Мужские пальцы стали нетерпеливо ласкать меня, а мое предательское тело привычно и быстро среагировало на такие манипуляции. – Ты такая отзывчивая! Даже жаль, что у нас не могло сложиться иначе, – прошептал Валамео и оставил большой след от засоса на моей шее. – Еще не поздно все исправить… – Я ухватилась за соломинку. – Скажи мне это, когда я воплощу с тобой все свои фантазии. – Не уверена, что тогда от меня хоть что-то останется. – Нам придется рискнуть. – Ирвинг полностью погрузил в меня пальцы, перепачкав руку в моих соках, а затем поднес ее к моему лицу: – Видишь, ты желаешь того же, что и я, просто боишься себе в этом признаться. Дернув меня за волосы, он заставил меня приоткрыть рот, после чего глубоко погрузил в него свои пальцы. Я закашлялась, а на глазах выступили слезы. – Ничего… Не сразу, но у тебя все получится. Перестав мучить мой ротик, он крепко обхватил рукой мои бедра и стал вводить в меня свой истекающий смазкой член. Я попыталась увернуться, но тут же получила увесистый шлепок по попе, после чего его большой орган легко скользнул внутрь меня. – Какая ты узенькая… – довольно выдохнул Валамео и прикусил меня за ухо. Дальше он стал грубо двигаться, не обращая никакого внимания на мои ощущения и комфорт, он совершал жесткие глубокие толчки, а мое тело выпускало все больше соков, чтобы защитить себя от повреждений, ирвинг же воспринимал это за похоть, он сжимал до боли мою грудь, выкручивал соски, оставлял глубокие укусы на шее и плечах. Я стонала, вскрикивала и даже плакала, когда его действия доставляли слишком сильную боль. Когда ирвинг был уже близок к разрядке, за его спиной распахнулись крылья, приподнимая его над землей, его член невероятно глубоко вошел в меня, поднимая на себе в воздух, отрывая меня от холодного пола пещеры. Я ухватилась за цепи, чтобы хоть немного снизить давление, но руки ирвинга безжалостно дернули меня вниз, насаживая на член, продавливая меня собой. Я вскрикнула, и в следующий момент сладкая мучительная судорога пробежала по моему телу, а следом громкий стон вырвался и из груди мужчины. Еще пару мгновений, и мы опустились на землю, еще подергивающийся от разрядки член выскользнул из меня, а я бессильно повисла на руках.