Глава 23

Российская империя. Военный фронт с Австрийской империей.

Однако это стихийное вещество светилось, как новогодняя елка в ночи. И надо отметить, что реагировало оно очень быстро. У мага воды, это была фляжка с водой, у мага земли туба с песком, у огненного мага какое-то интересное вещество, похожее на жидкий огонь. Даже у воздушника имелся какой-то необычный газ. Интересно, а почему магов молнии так обидели. Мало того, что против антимагов им нечего противопоставить, так еще и стихийного вещества с собой не возьмешь. Хотя, может, я ошибаюсь? Вдруг у них какой-нибудь конденсатор с собой имеется?

Наш бой продолжался и Аланты потихоньку, стараясь не привлекать к своим скрытым движениям мое внимание, бились со мной изо всех сил. А я делал вид, что ничего не замечаю и тоже изо всех сил стараюсь их достать. На самом же деле, я потихонечку тянул из них энергию. Отличную, качественную энергию. Я чувствовал себя заправским рыбаком, на крючок к которому попалась огромная рыбина. Она натягивала леску, уводила в сторону, уходила на глубину, в общем, делала все, чтобы сорваться, даже не осознавая, что от этого рыбака ей не уйти.

Так и Аланты, пыжились и кажилились, в то время как я еще не достиг своего предела, но уже был близок к этому. И вот, они, наконец, созрели и разом выпустили все свое стихийное вещество. Уничтожать такие редкие и дорогие материалы я не стал. Самому пригодятся, зато ускорился я до предела, желая понять, на что способно это вещество.

Оказалось на многое. И если с четырьмя Алантами, трое из которых были уровня архимага и один являлся архимагистром, я справлялся еще не на пределе своих возможностей, то со стихийным веществом, которым они управляли, я не справлялся от слова совсем. На моей коже начали появляться раны, которые я довольно быстро отлечивал, но не так быстро, как мог, чтобы не вызвать подозрения у окружающих, ведь этот бой снимали, как наши, так и австрийцы.

Спустя пару минут, мне надоело получать раны, но мой даргский хомяк напрочь отказывался портить стихийное вещество. Оставался только один способ — перехватить управление. Учитывая, что пока я овладел только одной стихией, то попытаюсь перехватить жидкий огонь, который все никак не погаснет. Я закрыл глаза, продолжая защищаться и иногда атаковать австрийцев, увидел вокруг себя циркулирующую энергию и сосредоточился на ней. Действительно, стихийное вещество поддавалось контролю куда лучше, чем магическое или естественное. Аланты научились управлять ей с такой скоростью, что скорость измененного богомола не поспевает за ними.

Я сконцентрировался на жидком огне и попытался почувствовать его. Он отозвался. Но управлял им все еще не я. Я отдал ему приказ остановиться, но это не подействовало, а в меня разом влетели три других стихийных вещества, нанеся довольно серьезные ранения. Впервые за все мое пребывание на войне, меня серьезно ранили.

Я улыбнулся, захохотал, а потом радостно выкрикнул:

— Ну, наконец-то, достойный противник! Я счастлив! Развлеките меня еще! Хочу еще! И, несмотря на то, что скорость моя была уже на пределе, мастерство и опыт Верховного ярла никто не отменял.

Я стал напирать на архимага огня, не обращая внимания на боль от появляющихся новых ран. Я уже наплевал на всех кто вокруг и регенерировал быстрее, чтобы не получить смертельную рану. Я даже забил на остальных противников. Я лишь блокировал их удары, не пытаясь атаковать, но не оставляя попыток взять жидкий огонь под контроль.

Однако Алант очень цепко держал его. Тогда я погрузился в себя и обратился к истинному огню. Внутри меня открылись врата и, взглянув в них, я увидел истинную огненную стихию, маленькая частичка которой летала сейчас рядом со мной.

И я просто пожелал, чтобы эта частичка подчинилась мне. Я своей волей перехватил управление через ее родное измерение. Это все равно, как дрессированный пес, играющийся с ребенком, услышал команду хозяина. Он бросает все свои развлечения и несется выполнять приказ.

Так и жидкий огонь, бросил архимага и вместо того, чтобы полететь в очередной раз в меня он по моему приказ сменил курс и со стороны это выглядело, как промах, но этот промах стал для него последним.

Несколько мощнейших ударов по щиту, с одновременной откачкой энергии и вот огневик уже без щитов догадался, куда подевалась энергия, но сказать ничего не успевает. Он просто падает разрубленный моим мечом от ключицы до пояса.

Жидкий огонь я направил в контейнер огневика и переключился на оставшуюся троицу. Стало полегче, но не сильно. Их стихийные вещества не желали мне подчиняться. Поэтому пришлось расправиться по-быстрому еще с одним.

Воздушник упал с отрубленной головой и капелькой оставшейся энергии. Как ни странно, но его газ сам вернулся в его контейнер. Видимо, возвращение стихийного вещества в контейнеры итак предусмотрено изготовителем, в случае смерти владельца.

Я, весь залитый своей и чужой кровью, продолжал рубиться с оставшимися двумя архимагами, и они поняли, что обречены.

-Убить е… — попытался отдать приказ маг земли, но тут его голова с застывшим от удивления взглядом слетела с его плеч. Он тоже понял, что я Пожиратель, вот только сообщить об этом он не успел. Не став надолго затягивать с последним, я во время нескольких сильнейших ударов вытянул энергию и у него, а потом просто воткнул тому кинжал в голову.

Первым делом я подобрал все контейнеры со стихийным веществом, а потом, включив на телефоне таймер на одну минуту, громко прокричал:

— Ваше начальство меня сегодня порадовало, прислав отличных противников. И настроение у меня сейчас просто великолепное. Поэтому я и дам вам шанс. У вас есть ровно одна минута, чтобы свалить отсюда и освободить для нас эту линию обороны!

Я нажал кнопку таймера и время пошло. Поначалу никто не убегал, Затем раздалась команда кого-то из австрийских офицеров:

— В атаку-у!

И даже поле нее никто не решился нападать на нас. Я поднял руку с телефоном вверх и крикнул:

— Тридцать секунд! — и оскалился в предвкушении очередной схватки. А вот это уже подействовало на врага отрезвляюще. Они все, как один рванули в противоположную от меня сторону.

Однако у командования Австрийской империи на этот счет были другие планы, и они принялись стрелять по своим.

— В атаку трУсы!!! — вопил, кто-то из офицеров, накрывая своих же соратников цепной молнией. Пара сотен погибших отступающих австрийцев, заставила передумать остальных. Они все развернулись и рванули в нашу сторону, что-то крича от страха.

— Время вышло, — произнес я и кинулся в бой, а за мной рванули и остальные.

Через два часа эта линия обороны была полностью под контролем Российской империи, я а благополучно вернулся в лагерь, где меня позвал к себе батя.

— У меня для тебя хорошие новости, — сообщил генерал-лейтенант.

— Мне дадут штабс-капитана?

— Не сейчас. В разрушенном городе осталась всего одна линия обороны. Захватишь ее и считай императорский крест второй степени твой.

— А что нужно будет для того, чтобы получить крест первой степени?

— Полагаю, отбросить врага не меньше чем на сто километров.

— Серьезные требования, присвистнул я. Может я лучше захвачу их императора и приволоку к нашему?

— Честно, я даже не знаю, как на это отреагирует Николай Львович. Тут или орден получишь, или по шее. Поэтому вариант со ста километрами надежнее. И еще кое-что. На этой неделе начинают прибывать антимаги из Российской империи и других стран. Отныне, все они — твоя головная боль. Вот приказ, подписанный лично Императором Всероссийским, — Святослав Глебович протянул мне распечатанную копию приказа о назначении меня командующим батальона антимагов.

— Как так вышло? Лейтенант не может командовать батальоном.

— А вот это уже признание. Признание твоих заслуг, Виктор. Когда ты взял первую линию обороны и получил императорский крест, ты вступил в элиту армии. А назначение лейтенанта на должность майора, это высшее признание. Тебе император доверил будущее страны. Он верит в тебя. Сам бы я на такое не решился.

Он помнит тебя еще с соревнований по боевому многоборью, а мои личные отчеты, которые я всегда дублирую государю по его приказу, помогли ему принять это решение. Я скидывал ему отчеты об успехах антимагов, которыми ты командуешь. И когда он спросил меня, кого лучше назначить командиром над тобой, чтобы тот командовал, батальоном антимагов, я ответил — никого. На следующий день, я получил вот этот приказ.

Подведешь меня, и наши с тобой головы полетят. Ты хотел дворянство, я дал тебе возможность его заработать. Не справишься, казнят обоих. Слишком дорого императору обошелся этот батальон, несмотря на то, что все они смертники, которых хотели отправить на фиктивную войну, для устранения антимагов.

Я сделал глоток коллекционного коньяка, которым меня угостил батя.

— Там же могут быть засланцы и предатели, — наконец, произнес я.

— Что значит могут быть? Обязательно будут и по несколько от каждой страны!

— И, что мне с ними делать?

— Для начала выяви, предъяви доказательства, и по законам военного времени, я их прикажу казнить. Только очень тебя прошу, не ошибись.

— Кто назначает командиров рот?

— Ты. У тебя целых четыре подпоручика и десять прапорщиков. Кстати под твое командование переходят абсолютно все антимаги. Те, что выжили, и которых тебе не дали в прошлый раз тоже. И отныне ты как командующий батальоном обязан присутствовать на всех штабных совещаниях. Ну и сам должен понимать, что теперь я с тебя буду спрашивать не как с лейтенанта, а как с майора.

— Но зарплата и преференции у меня буду лейтенантские, — пошутил я.

— Все верно, зато, если у тебя получится, ты станешь самым молодым штабс-капитаном и достигнешь своей цели — дворянства, а заодно и прославишься в высших кругах аристократии. Заработаешь репутацию того, с кем лучше не связываться.

Дальше мы просто пили коньяк и поддерживали разговор ни о чем.

Российская империя. Военно-полевой лагерь армии Российской империи.

На неделе начали пребывать антимаги и одними из первых прибыли мои знакомые с пятого курса Санкт-Петербургской магической академии. Я даже стал свидетелем одной очень интересной сцены. Я специально не подслушивал, просто случайно оказался рядом, когда их привезли в лагерь.

— В одну шеренгу построились! Живей! — гаркнул Руслан, когда новобранцы выгрузились из грузовика. — Антимаги два шага вперед!

Из строя вышли пятеро Питерских антимагов.

— Вы пятеро за мной, вас определили в батальон лейтенанта НикитАр.

— Ваше благородие разрешите вопрос, — узнал я голос Валеры простолюдина.

— Задавай.

— Нам тут рассказали про лейтенанта Никитар, пока мы сюда ехали, да и в Питере о нем уже байки ходят. Говорят лейтенант ваш зверь, каких поискать. Слышал, что у него на тренировках больше антимагов погибает, чем на войне. Каждый день кого-нибудь то со стрелой, то с колом в животе с тренировочной площадки выносят. Может, нас можно куда-нибудь в другой батальон определить?

— Вы тоже так считаете? — обратился Руслан к остальным.

— Не хотелось бы на тренировке сдохнуть, — ответил за всех Ярослав.

— Лучше уж на войне пользу принести, чем вот так, с позором.

— С позором, говоришь? — разозлился Руслан. — Запомни боец, если ты опозоришь нашего командира, я тебе лично глотку вырву, ты меня понял?!

— Так точно, ваше благородие! — вытянулся в струнку Ярослав.

— Это и вас касается! Все ясно? — обратился он уже к остальным подпоручик.

— Так точно, ваше благородие!

— Сейчас идем ко мне в палатку, я оформлю на вас документы и поставлю на довольствие, потом идете на склад, получаете все необходимое и обустраиваетесь в лагере. Служить будете в моей роте. Зовут меня Руслан Борисович Осипов, подпоручик батальона НикитАр.

— Вы и батальон назвали именем командира? — удивился Иван.

— Да и гордимся этим! Враг бежит, только услышав эту фамилию. У архиимагов коленки трясутся, когда они видят его. Его ничем не остановить. Там, где он проходит, остаются только трупы австрийцев да окровавленная земля. С ним мы победим в этой войне!

— Вы уверены, что человека сейчас описали?

— Описал я человека, но не гарантирую, что он таковым является. Отставить разговорчики, за мной шаго-о-ом-м арш!

Я решил подшутить над парнями, и, дождавшись, когда они расположатся у костра возле своих палаток, переоделся в штатское и подошел к ним с банкой газировки, делая вид, что шел мимо.

— Виктор? — окликнул меня Ярослав.

Я завертел головой, делая вид, что ищу, откуда послышался знакомый голос, и Ярослав произнес:

— Виктор, мы тут.

Я повернулся на голос и сделал удивленное лицо.

— Парни? Что, уже полгода прошло?! Охренеть, как время быстро бежит.

Антимаги поднялись и принялись обнимать меня по очереди.

— Виктор, как ты тут?

— Да потихоньку. Живем пока.

— Австриец сильно лютует?

— Да, как сказать, скорее фонтанирует.

— Фонтанирует?

— Именно. Когда его рубишь, он такие прикольные фонтаны из крови пускает, засмотреться можно. И драпают они просто великолепно.

— Фонтанируют, драпают, ты точно про войну с австрийской империей говоришь?

— Точно. Сами увидите. Вы-то как? Что нового, что интересного?

— Отучились на отлично все вместе. Правда, никому наш диплом нахрен нужен не будет, все равно все вместе тут поляжем. Не враг убьет, так НикитАр на тренировках прикончит. Говорят он зверюга еще тот.

— Это, да. Он никого не жалеет. Придерживается правила — бей своих, чтобы чужие боялись. Вот его и боятся, — согласился я.

— Почему одет не по форме, боец, услышал я голос Руслана, который подошел к костру и присел, решив поддержать мою игру.

— Так постирался. Не в исподнем же ходить, одел, что было.

— Ладно, живи пока.

Вот же наглец, а! Воспользовался моментом.

— Вы его не слушайте, наговорит он вам сейчас жути. Нормальный мужик наш лейтенант. Абы какого лейтенанта не назначат командовать батальоном. И назначен он приказом его императорского величества, а это вам не хухры-мухры. Да, он жесткий, да гоняет так, что сдохнуть хочется, но эффект от его тренировок колоссальный. Ну, подумаешь, подстрелят кого или колом живот прошьет. Всякое случается. И говорит он очень умные вещи.

— Это какие? — поинтересовался я.

— А вот такие. Говорит, кто с мечом к нам придет, тот похромает от нас в трех ботинках. И все три будут торчать у него из задницы, образуя незамысловатый узор вокруг эфеса меча, с которым он к нам, собственно, и пришел.

Я, блин, еле сдержался, чтобы не заржать, а парни от души посмеялись.

Мы посидели, повспоминали прошлое, мне рассказали о том, как обстоят дела в Питере. Рассказали про Катю, а у меня аж сердце защемило, так сильно захотелось ее увидеть. Рассказали, что за моим поместьем хорошо присматривают, и что теперь мой управляющий ходит с такими протезами, что ему завидую те, у кого все конечности целы.

В общем, мы классно и непринужденно провели время вместе у костра. А на утро Руслан погнал их на обычную полосу препятствий. Возвращались парни с нее вымотанные и уставшие в хлам.

Так пронеслись еще пару дней, за которые мои однокурсники так и не узнали, кто такой на самом деле НикитАр. И не сделали они это потому, что приходили ночью, в хлам уставшие и на разговоры не было ни сил, ни желания.

И только когда прибыли все антимаги, которых выкупила империя, их всех согнали на общее построение, на котором я появился в форме лейтенанта и встав перед батальоном громко заговорил:

— Меня зовут Виктор Андреевич НикитАр. Отныне, я ваш командир и подчиняетесь вы исключительно мои приказам, приказам командиров ваших рот и приказам генерал-лейтенанта Батевского Святослава Глебовича. Ничьи другие приказы вы не выполняете, что бы вам ни говорили. Если будут настаивать, вежливо отправляете их ко мне или к генерал-лейтенанту. Ясно?