Глава 12
Все против него, что ни день, то новое приключение. То он проспал, теперь вот это. Да уж, и попробуй заслужи уважение сотрудников. Хотя…
Несмотря на всю нелепость и абсурдность ситуации, ему было смешно, очень смешно, даже тот факт, что смеяться ему сейчас не стоит, вернее, это дело до все ещё более комичным…
Давно у него не было такого хорошего настроения и как не смешно, подняло его слабительное.
Черт! Как глупо он попался этой мартышке! Кофе со слабительным! Да это же старый как мир трюк! Да война явно будет нелёгкой. Ладно, первый раунд за ней, но все же она не права и придется ей это объяснить потом, но пока не стоит выдавать то, что он знает причину по которой, не может отойти от туалета дальше, чем на три метра. Вадим ей это припомнит, но позже, а пока сам виноват, недооценил противника.
Самойлов устало откинулся на спинку дивана. Все планы коту под хвост, только вот сорванное совещание не расстраивало, все равно он морально был к нему не готов. Да что говорить, он, вообще, прошедшие несколько дней не выдыхал. Он сам себя загонял так, что есть единственное желание забиться в самый дальний угол и чтоб его не трогали. Только вот он сам хотел помогать отцу, учится руководить вместе с ним, и когда-то, наверное, встать во главе компании необязательно отца, может и своей. Но занять без подготовки кресло директора, это было самонадеянно. Правда, тут не было выбора, разговоры с врачом, Серый, что рассказал немало интересного о компании и делах в ней, откуда только эта хитрая морда все знает? Но факт остается фактом, он должен все взять в свои руки и разгребать эту клоаку, другое слово на ум не приходило, на отступление он теперь не имел права отступить, должен быть начальником, должен принимать решение, что выведут фирму из тупика, и как не прискорбно ряды некоторых придется почистить, придется сказать некоторым до свидания, а первой будет выжившая из ума тетка… что в бухгалтерии ничего не смыслит, вернее, даже не пытается привыкнуть к новым особенностям ведения этого дела, но строит из себя…
— Господи, и как отец ее терпел? — вздохнул Вадим, прислушиваясь к звукам в приемной, где только что бушевала Светлана, как не странно отстаивала его имя перед зарвавшимся бухгалтером. Несколько минут и все стихло… и наконец в замке повернулся ключ, и дверь отворилась, а рыжая голова появилась в проеме.
— Вадим Павлович, вы как? — поинтересовалась Соколова, виновато изучая его. Ну надо же у нее еще есть совесть, какая прелесть. Как ни странно, но теперь затея с «укрощением и дрессировкой» не казалась ему такой уж дурацкой. В нем самом проснулся азарт, что ещё выкинуть мелкая Соколова и чем он сможет ответить?
— К твоему огорчению, жив, — он не смог сдержать шпильки в ее адрес. Девушка внимательно посмотрела на него и глаза у нее округлились, выдавая беспокойство, видно, вид у него и правда был не очень. Чувствовал себя мужчина, по крайней мере, и правда отвратительно, и безумно хотел пить. Будто прочитав его мысли, она метнулась к кулеру и вернулась со стаканом.
— Вот, — мартышка протянула ему воду. Не опасаясь новой подставы, он взял протянутый стакан и выпил, она не из тех кто повторяет одну "шутку" дважды, так что более слабительного можно не опасаться, благо она этот трюк в пятницу провернула, у него будет время прийти в себя, но вот то, чтоона сорвала работу ей будет стоить выходных. Ему просто совесть не позволить работать одному.
Вода сделала свое дело и как не странно стало получше… но организм требовал покоя, не хотелось его разочаровывать, но до отдыха было ещё далеко.
— Ловко ты эту ведьму, — не смог удержаться от комплимента Самойлов, подбодрить подопечного за старания, святая святых любой дрессировки. Рука на автомате убрала волосы с глаз. Все старания с укладкой пошли коту под хвост. Все же надо подстричься, хватит фигнёй страдать, да и линзы наконец купить…
— Которую? — поинтересовалась сестра Серого и он хохотнул, ну да как он не подумал… Она ведь, наверное, и с Яной сцепилась, он уж сильно хорошо знал бывшую, чтоб не догадываться о ее реакции. А то, что та нелепая сцена со снятием девушки с ресепшена… Королева, явно не желает, быть на вторых ролях… обычно после таких вспышек ревности, она не давала ему продохнуть, устраивая бешеный марафон, чтоб доказать, что она лучше других… странно, раньше он об этом и не задумывался, а ведь все так очевидно…
— Я имел в виду главного бухгалтера, но, кажется, ты успела сцепиться и с Королевой, — пояснил он, на удивлённый взгляд младшей сестры Серого. Насколько же ее гримасы были живые, ничто в сравнении с маской бывшей. Хотелось научиться читать этот ураган эмоций, это не ее брат, у которого все чувства за маской весельчака, нет тут все просто, но он не привык к такому, никто из его окружения не мог похвастаться таким, как и он сам. Все научились играть роль и ни один мускул не дрогнет в этой игре, даже его мать не грешила этим ни в годы его детства, не тем более сейчас, и он всегда считал это правильным, а теперь…
— о чем я только думаю, — выдохнул он, удобнее устраиваясь на диване, к счастью, его не услышали.
— Пф, не помню, чтоб у нее были какие-то привилегии, — поморщилась Света, вызывая у него улыбку, кой же она ещё ребенок. Делит мир на хорошо и плохо, на нравится и не нравится. Серый прав ей надо повзрослеть. Ее не будут вечно оберегать, а ставкой философией без поддержки и защиты очень сложно.
Вадим замер, поняв, что его рассматривают. И если бы это не была мартышка, он мог поспорить, что интересен стоящей напротив женщине, но тут… Она же ребенок, а он для нее самый страшный враг, мужчину она в нем не увидит, особенно после того как сама обрекла на понос. Явно не самое эротичное зрелище… поймав себя на мысли близок к сожалению по этому поводу, поспешил их отогнать.
— Что-то не так? — улыбнулся Вадим и девушка отвела взгляд покраснев. Господи, неужели и правда заинтересовал?
— нет, — уж очень быстро заверила она, скорее подтверждая, чем отрицая свой интерес, — может какие поручения? — тут же добавила, намереваясь исчезнуть с его глаз.
— ну, — протянул он, не скрывая усмешки, что ж он ей поможет, к тому же получение и правда было и очень деловое. Он бы сказал вопрос жизни и смерти. — если вы найдёте ещё бумагу, на всякий случай, это было бы замечательно.
— хорошо, — кивнула Светлана и в прямом смысле бегом покинула кабинет.
Он же закрыл глаза. Сейчас не время волноваться о том, что его, кажется, обидел этот побег. Сейчас вообще не время думать о чем-либо кроме работы.
Сквозь пелену, окутавшей дремоты, внезапно донеслись слова, что заставили его сесть ровно.
— привет пап, — выпалила мартышка, выдавая себя с потрохами. Только вот разбирается времени не было новая боль скрутила живот и заставила броситься к двери санузла.
Нет, все же он на нее зол, очень зол…
***
Папа внимательно смотрел на меня, а я хоть и понимала, что выдаю себя с головой стояла и глупо улыбалась.
— напакостила? — поинтересовался Олег Маратович, безошибочно читая мою улыбку. Я замотала головой, не сознаваться же в таком сразу…
— напакостила, — утвердительно вздохну папа и, отодвинув меня с дороги, зашёл в приемную. Мимоходом заглянул в кабинет Самойлова нахмурился.
— Так, надеюсь, я ошибаюсь… — родитель снова посмотрел на меня, замершую в дверях, и обойдя стойку ресепшена, начал проверять все на моем столе.
— Пап! — от возмущения я аж топнула ногой, что он вот хочет найти? Что за обыск? Также нельзя, это мои личные вещи!
— проблемы? — меня просто занесли обратно в приемную сильные руки брата. Этот никогда не церемонится, — мартышка, ты опять, что-то натворила?
— очень похоже, — невесело откликнулся отец, добравшийся до моих ящиков и извлекая оттуда капли слабительного.
— у как жестоко, сестрёнка, а я то думал он тебе нравится… — протянул Серый. И тут же отступил от меня. — Вадим, ты жив?
Ответа из кабинета не последовало, значит Самойлов опять спрятался в своем укрытии. Блин!
— в кабинет, — скомандовал папа и Серёга, чтоб не выводить родителя ещё больше втолкнул меня в кабинет директора. — села и у тебя пять минут, чтоб придумать себе оправдание, дорогая леди…
— но пап! — я хотела возмутиться, но Серый предостерегающие сжал мое плечо, усаживая на одно из кресел, напоминая, что папу лучше не злить больше, чем есть. Отец же достал телефон и набрал чей-то номер.
— Паш, тут небольшие проблемы, бери такси и поезжай домой, мы подъедем позже, но не смей ничего делать! Нужен покой, помнишь?… нет, не беспокойся, просто моя дочь в своем репертуаре… Прочитаю лекцию… нет, заслужила…
Как могла понять папа звонил дяде Паше и судя по злому взгляду, что он бросил на меня, старший Самойлов просил быть со мной помягче.
— я не могу этого обещать, — ответил Олег Маратович, — все Паш, мы постараемся побыстрее. Ещё раз говорю, просто такси и до дома, лег и смотришь новости. Да, Паша именно новости… все скоро будем.
Когда глава моей семьи отключил звонок, мне стало страшно. Давно я не выводила его так из себя…
— ну придумала? — спросил отец, ставя передо мной флакончик с лекарством.
— я не подумала, — пробормотала, пряча взгляд. Ну, а что я скажу? Что этот зануда не пустил меня на свидание и это месть? Да папа же только спасибо скажет, ему даже в отличие от Серого, вообще, не нравились мои избранники. Брат хоть иногда давал добро на парней… а папа нет.
— Не подумала? — папа повысил голос и я сжалась как от удара, Серёга и тот отступил от меня, не собираясь поддерживать и защищать, сейчас я сама по себе. Хотя оно и понятно, шутку со слабительным он и в отношении той противной англичанке не оценил, хотя его она тоже бесила. А тут я и вовсе тронула его друга… но все равно! Он же мой старший брат!
— Она не подумала! Ты, вообще, думаешь? Это тебе не шутки, не твои игры с написанием какой-то ерунды. Это здоровье и жизнь человека! — не унимался папа, расхаживая по кабинету, а возразить мне было нечем, даже обиду про свой блог пришлось проглотить.
— Олег Маратович, я сам виноват, — пришла поддержка откуда я и не думала, в разговор вмешался голос Вадима и все удивлённо повернулись к нему. — не стоило провоцировать.
Мне хищно улыбнулись и меня прошиб холодный пот. Он знал, что это я? Знал? Ой мамочки… представив, чем это всем обернется, я нервно улыбнулась.
— Вадим, не стоит ее защищать, это все же не шутки… — папа недовольно взглянул на меня, но прежнего гнева уже не было. Вмешательство Самойлова, явно его удивило, не меньше, чем меня.
— но Светлана же это и сама понимает. Правильно? — мужчина преодолел разделяющее нас расстояние и встал за моей спиной, положив руки на мои плечи. Этим простым жестом показывая, что я под его защитой… Ну и также то, что выбирать мне наказание, его право… Ой…
Все молча смотрели на меня, непонятно чего ждали. Руки легонько сжали мои плечи как бы напоминая, что от меня ждут подтверждения его слов, я поспешила кивнуть, а что мне оставалось?…
— а если бы… — начал было отец и замолчал махнув рукой и без приглашения сел в директорское кресло около которого остановился, расхаживая из стороны в сторону, силясь унять гнев.
— все хорошо, чистка организма ещё никому не повредила, — я так и слышала усмешку в его голосе. — а про сорванную работу, ну что же, придется нам поработать выходных. Правда, Светлана? У тебя же не было никаких планов я надеюсь? — на этих словах я чуть не подскочила с места, от злости на мужчину, которого ещё десять минут жалела. Он же… я с тоской подумала о повторном приглашении на свидание от Ромы в эти выходные, нет он не мог об этом знать, как и о договоренности с Барби и прочих планах. Он не знал, никто не знал. А работа, ну тут моя вина, я и правда не подумала…
— нет, — обречённо выдохнула я. Мысленно ставя на всех планах крест. — можно и поработать раз так получилось…
— вот видите, ничего страшного. Олег Маратович, вы зря переживаете, мы с вашей дочерью прекрасно ладим, — на этих словах мои плечи сжали сильные пальцы и я прикусила губу, чтоб не вскрикнуть. Это был явно намек, что мне лучше не спорить. Да и дура ли я спорить? Или он думает я тут по собственной воле работаю? Хотя в этом жесте было и другое, что я скорее почувствовала, чем оно было заложено намеренно. Мою выходку ещё припомнят, а пока мы «ладим»… я поспешила кивнуть и даже изобразить улыбку. Поймав хитрый взгляд брата, мысленно взмолилась, и что вот он опять придумал?
Папа же нашим спектаклям явно не остался доволен, хотя нет он просто не верил мне. А мое заявление о работе в выходные… и как он не бросился к окну проверять не пошел ли дождь из коров или ещё чего интересного…
Родитель очень внимательно посмотрел на меня и Вадима, немного хмурясь, кажется, что-то просчитывая. Ненавижу такой взгляд, ой как ненавижу. Новый взгляд на сына, что пожал плечами и поднял глаза к потолку, притом брат сиял как натёртый горшок с видом победителя. Будь все неладно, я знаю этот жест! В исполнении моего братца он обозначает «я же тебе говорил», а сияющей рожей, мама дорогая…
— Ладно, и правда разбирайтесь сами, — наконец сменил гнев на милость отец, поднимая руки в знак того, что сдается, — но это, — он указал на бутылек, — чтоб больше не вздумала…
— даже не подумает, — заверил младший Самойлов, пряча лекарство себе в карман. — Извините, конечно, за бестактность, но вы ведь не просто так приехали?
Серый улыбнулся во все тридцать два зуба.
— Павла Петровича выписали, — изрёк брат, что, конечно же, знал все и вся. Как же бесит, блин…
— странно, мне не сообщили, — Вадим нахмурился и одной рукой достал из кармана телефон, видно надеясь увидеть пропущенные звонки.
— это я тому виной, — улыбнулся папа, — я заехал с бумагами, что он просил, и когда врач сообщил, что выписывает больного, сказал, что сам передам, как и пожелания, что ему нужен покой…
— А вы ему ещё дома обеспечите этот покой с его то шилом в заднице, — обречённо вздохнул Вадим, и его руки не осознано поглаживали мои плечи будто успокаивая. Он, кажется, даже не понял, что делает погруженный в свои мысли, я же поймала себя на том, что мне приятно от этих прикосновений и напряжение уходит. — ладно пришлю сиделку желательно с черным поясом по карате…
— да с Павлом нелегко, — хохотнул отец, внимательно наблюдая за нами. — мы сейчас к нему с Сергеем, — кивок в сторону сына, — организуем ужин. Освободитесь приезжайте.
— Пап, а зачем ты приехал? — я нахмурилась, если Самойлова и убедил ответ меня нет. Знаю я своего предка, просто так даже с ноги на ногу не переступит. А явится в фирму друга без приглашения, нет не будет такого. Тут или проверка, но он до такого не опустится, или же я чего-то не знаю о его планах. — Пап?
— Интуиция сработала, — скривился отец, — так и знал, что ты что-то натворишь… но теперь, когда твоим воспитанием занимается Вадим, я спокоен. Проблем, конечно, будет много.
- мы разберемся, — заверил мой босс.
— хорошо, тогда поручаю тебе ее воспитание, я тут бессилен, плохой из меня получился отец…
— Пап!
— не пап, безоговорочно слушаешься Вадима, он за тебя в ответе и если я услышу от него хоть одну жалобу, наш с тобой договор… — он недоговорил, мне это и так было известно и без его слов.
— хорошо, — я согласно кивнула, понимая, что сама загнала себя в ловушку.
— ну я же тебе говорил, — весело хлопнув в ладоши, просиял брат, на что родитель только хмыкнул.
— поживем увидим, все может быть, — ещё один внимательный взгляд в нашу сторону.
— что может быть? — озвучил Вадим вопрос, чтомучал и меня.
— Позже узнаете, — усмехнулся Серый, опережая отца. Ещё пара минут каких-то ничего не значащих фраз и нас оставили в тишине.
— почему у меня нехорошее предчувствие? — задумчиво протянул Вадим, все так же стоя за моей спиной и массируя мои плечи. Я лишь согласна кивнула, неосознанно потянувшись к мужским рукам ища поддержки.
— Светлана, не хочу, конечно, показаться занудой, но теперь как твой официальный укротитель, — после нескольких минут тишины заговорил Самойлов, уже сам сжимая мои онемевшие от волнения пальцы и согревая их. — но где документы, что я просил готовы?
— твою ж кавалерию, — выругалась, подрываясь с места, да как я могла об этом забыть? Да и все произошедшее… я получила себе персонального надзирателя… и чем мне это ещё аукнется один бог знает… а пока, мне же несложно сделать документы для своего защитника?