Глава 24

Как я сама думаю?

С этой фразой мужчины у меня будто пелена с глаз спадает, а чувства Мари снова карабкаются в самые потаенные глубины души, где им, собственно, и место.

─ Я ничего не думаю. И даже не хочу! ─ с вызовом отвечая я, уперев руки в бока. ─ Но я крайне недовольна тем, что вы постоянно стоите у меня под окнами! Если вам нужна еда, так проходите! А если нет, то и нечего стоять над душой!

─ Мари! ─ за моей спиной звучит задыхающийся голос бабушки Тамиты, и ее тонкие, но сильные пальцы вжимаются в мое предплечье. ─ Разве можно так с господином разговаривать? ─ едва слышно она шепчет мне на ухо и тут же раскланивается перед Рейнаром. ─ Добро пожаловать, господин. Прошу вас, только не серчайте, Мари у нас совсем недавно, наверное, в семье ее не учили…

─ Успокойтесь, ─ бархатным тоном отзывается он с легкой улыбкой, жестом призывает бабушку Тамиту покончить с разъяснениями.

И, боже, к нам начинают сбегаться все: и те, кто просто стоял у таверны в ожидании, и кому я уже подала ужин.

И все, как зомбированные, раскланиваются перед моим преследователем, выражают ему свое почтение и с какого-то черта благодарность за то, что он решил посетить эти земли.

Ну, важный он человек, и что дальше? Бежать к нему и бросаться в ноги из-за этого?

Сумасшествие какое-то.

─ Благодарю за радушное приветствие, ─ отвечает Рейнар, но я вижу в этих словах не искренность, а высокомерие. ─ Но не обращайте на меня внимания. Вы ведь ужинали? Продолжайте, ─ и тут он переводит взгляд на меня: ─ Я тоже не откажусь от тарелки горячей еды.

─ Конечно, господин, проходите, ─ я даже рот не успеваю открыть, как Тамита приглашает Рейнара на ужин в МОЮ таверну!

─ Господин будет ужинать вместе с нами! ─ выкрикивает кто-то из толпы, и эти слова поддерживаются бурными криками.

Да что вообще тут происходит? Почему меня никто даже не спрашивает!

И широкой, но такой неискренней улыбкой, Рейнар смотрит на меня и направляется в таверну:

─ Сегодня ужин за мой счет! ─ его возглас встречает еще более бурную реакцию, кто-то даже в ладоши хлопает.

Это прекрасно и безумно ужасно одновременно.

Если опустить все прошлое и думать только об озвученном Рейнаром щедром предложении, то у меня сразу возникают две мысли. Первая: я смогу назвать любую сумму (в пределах разумного, конечно), и этот мерзавец будет вынужден мне заплатить. И это хорошая мысль.

А вот вторая… Кто-то наверняка раструбит о щедрости господина на всю округу, сбежится толпа, чтобы поесть бесплатно… А еды и нет!

Я ведь вообще не рассчитывала, что будет слишком много народу! До появления Рейнара людей и так было больше, чем в моих предположениях, а теперь…

Теперь мне остается только одно: бежать на кухню и как-то выкручиваться из ситуации: месить тесто и без всякого ожидания сразу же раскатывать и резать лапшу, а потом без предварительную сушки сразу бросать…

Ёлки-палки… А у меня ведь молока почти не осталось! А лапшу без яиц как самостоятельное блюдо не подашь ─ без прочих добавок в виде соусов она просто слипнется в некрасивый и не очень съедобный комок. А масла у меня слишком мало, чтобы исправить ситуацию с его помощью.

─ Вот зачем вы его пригласили? ─ всплескиваю я руками, раздосадовано отражаясь к Тамите. ─ У меня теперь от него одни только проблемы будут!

─ Глупости не говори и живо подай господину ужин, если не хочешь проблем для всей деревни, ─ наставительно отвечает мне Тамита.

А-а-а. Так его все я пятую точку целуют, потому что проблем опасаются? Тогда понятно. А я уж успела подумать, что у них искренняя любовь.

─ Да что ж с вами всеми делать, ─ причитаю я, отмахнувшись от бабушки, и спешу в таверну.

Разливаю остатки приготовленного молочного супа по тарелкам и отношу в зал гостям. Рейнару, конечно же, достается самый смак ─ самая последняя порция с малым количеством молока и немного слипшейся лапшой. Пусть знает, что ему здесь совсем не рады!

Теперь мне нужна новая порция молока. Но пока я буду бегать к Аннет, то потрачу кучу времени, а у меня его попросту нет, лапшу нужно готовить. И мне нужна помощь…

Ну а кого я могу попросить? Тамита, которая заварила всю эту кашу, слишком стара, чтобы куда-то бегать и уж тем более тащить бидон молока. Остаётся только Барот.

─ Простите, что отрываю от еды, ─ обращаюсь к Бароту, подойдя к нему со спины. ─ Но мне очень нужна ваша помощь.

Нехотя, но Барот отрывается от ужина и беседы с другими посетителями и следует за мной.

─ Слушаю тебя. Чем помощь?

─ Посетителей слишком много, мне нужна еще порция молока, ─ прошу я, хлопая невинно глазками. ─ Я бы и сама сбегала, но мне нужно уже приступать к готовке, иначе не успею.

Кокетливо ковыряю носком ботинка пол. Барот молчит и смотрит на меня, задумчиво потирая бороду.

─ Понимаю, не хочется что-то делать, когда все отдыхают и кушают, ─ продолжаю я. ─ Но обещаю, что отблагодарю. Как насчет нескольких бесплатных ужинов, м-м-м?

─ Идет, ─ теперь уже он соглашается без раздумий.

Вот так вот! Путь к сердцу и труду мужчины лежит через бесплатную еду.

─ Большое спасибо! ─ радостно выкрикиваю я. ─ Сейчас, одну минутку!

Бегу на кухню, переливаю остатки молока в свободную чистую миску и спешу с бидоном в руках к Бароту, который уже ожидает меня на улице:

─ Вот, это для молока. Но если его вдруг не будет, то возьмите сливки хотя бы.

─ Хорошо, ─ неуверенно кивает он, а у меня такое чувство, что я что-то забыла.

─ Ой, точно, деньги же! ─ выпаливаю я и лезу в карман за мешочком. ─ Вот, держите. Если вдруг не хватит, то передайте Аннет, что я завтра все непременно отдам! И еще раз спасибо, что согласились помочь.

─ Я только рад помочь такой красивой девушке, ─ неожиданно Барот мне подмигивает и опускает тяжелую ладонь на мое плечо. ─ И хозяйка ты прекрасная.

─ Ага. Спасибо, ─ растерянно протягиваю я и теперь уже наверняка понимаю, что мужчина положил на меня глаз. ─ Ну все, поспешите!

Провожаю взглядом Барота, переводя дух. Мне нужна минутка, чтобы собрать себя в кучу и рвануть в бой. И бой этот кончаться не собирается…

То одно, то другое, то третье… Я уже почти двое суток не сплю, а все еще как-то передвигаюсь.

Все мои мысли заняты только лишь гостями и срочностью приготовления блюда. И я даже успеваю забыть про Рейнара, пока с разворота не натыкаюсь на него.

Нет, даже не натыкаюсь, а со всего маха врезаюсь в его широкую грудь лбом, потому что этот мерзавец просто-напросто преградил мне путь!

И надо сказать, это больно.

У него что, грудь каменная? Или там сковородка припрятана?

─ И кто этот мужчина? ─ с явной претензией спрашивает Рейнар, заломив бровь. ─ О чем вы с ним так любезно разговаривали?