Глава 19

- Опять Ярцек? – недоуменно нахмурился дядя. И его черные кустистые брови сошлись у переносицы. – Он сказал, почему приходит к тебе уже второй раз?

- Потому что ему надоело слушать мои мысленные вопли, - ответила я.

Народ расслабился и заулыбался, видимо, представив, как тяжело могущественному богу, когда его мысленно костылит одна молоденькая красотка.

Я полюбовалась на их улыбки и добавила, решив добить:

- Он просил передать: «…беречь вторую половину надо. Лелеять, жалеть, думать о ней не только, когда в постель с ней ложишься. Тогда и лад в доме будет».

Улыбки сошли на нет. Брови снова сошлись к переносице.

А я могла поклясться, что расслышала смешок в своей голове. И это явно была не я сама. Похоже, бог любви здесь и сейчас развлекался за мой счет. Ну ничего, мне не жалко.

- Да, это похоже на Ярцека, - задумчиво произнес мой отец. – Он всегда радеет за крепкую семью.

Ему никто не ответил. Все присутствующие сосредоточенно обдумывали услышанное. И ни один не притронулся к лежавшей на тарелках еде. Не до нее было.

Из-за стола народ встал преимущественно голодный. Кроме меня, ела только Сарья. Остальные явно были озабочены не едой.

А вот мы с Сарьей набили желудки и пошли в гостиную пить чай. Нам надо было и поболтать, и посекретничать.

Служанки споро накрыли на стол. Мы уселись в кресла, взяли в руки чашки с горячим чаем.

- Со мной вчера вечером папа говорил, - сообщила Сарья, прихлебывая из своей чашки. – Предупредил, что моим истинным может оказаться кто угодно. Сказал, что я должна подчиниться выбору богов.

- Кто угодно – это в смысле и барон, и купец? – уточнила я. – А такое разве случалось?

Сарья пожала плечами.

- В древности – нет. А как теперь будет, никто ж не знает. Вдруг боги захотят развлечься.

Она помолчала и тяжело вздохнула.

- Я слабо себе представляю, как буду жить с каким-нибудь малоземельным бароном или бедным виконтом.

- Я не думаю, что так случится, - честно ответила я. – Скорее, ты выйдешь за какого-нибудь богатого аристократа. Кстати о них… А что делал Леонард здесь, при дворе? Зачем он приехал?

- Папа думал, что мы понравимся друг другу, - ответила Сарья. – Но, как по мне, он – жуткий зануда. И меньше всего я хотела бы выйти за него.

Да? То есть дядя рассчитывал на династический брак? Ну, почти что так и вышло, в конечном счете.

С самим Леонардом мы встретились после обеда. Он выглядел излишне спокойным, хоть и смотрел чересчур внимательно и цепко.

- Добрый день, миледи, - улыбнулся он улыбкой самого настоящего обольстителя и протянул мне небольшую коробочку, обтянутую синим бархатом. – Позвольте вручить вам этот небольшой подарок в честь нашей будущей свадьбы.

Как ни странно, но у меня подрагивали руки, когда я открывала ту коробочку. Вот что значит отсутствие подарков и внимания на Земле. Никто ничего мне не дарил. Даже с матерью примерно с семи-восьми моих лет мы поздравляли друг друга исключительно на словах, потому что в семье всегда не было денег.

И сейчас, жадно рассматривая длинный браслет из золота, инкрустированный рубинами, я понимала, что попала. Попала в сети своего истинного. Еще несколько знаков внимания, да те же сережки или колечко, и я влюблюсь, очертя голову прыгну в любовный омут.

- Какая красота, - не скрывая восторга, произнесла я.

- Рад, что вам понравилось, - с мягкостью кота, только что поймавшего толстую мышь, произнес Леонард. – Вы позволите? Я бы хотел полюбоваться этим браслетом у вас на запястье.

Конечно же, я позволила!

Подала руку и с нетерпением наблюдала за действиями Леонарда. О, он действовал более чем ловко! Сразу был виден опыт! Через несколько секунд Браслет сверкал и переливался у меня на запястье. И ему там было самое место.

- Идеально, - решил Леонард.

И я покраснела от удовольствия, соглашаясь с ним.

- Вы позволите прогуляться с вами по саду, миледи? – сделал следующий шаг в моем приручении Леонард.

- Буду рада, - затрепетала я ресничками.

Мы вышли в сад и пошли по дорожке, медленно и не спеша. На улице было тепло, ветер практически не чувствовался. И потому мне в моем домашнем платье было ничуть не холодно.

Мы шагали, шагали, шагали, в основном молча. И мне было хорошо и спокойно рядом с Леонардом.

А затем я взглянула в сторону и заметила:

- На этой лавочке черная сетка. Она для чего?

Леонард остановился, недоуменно нахмурился, посмотрел на меня, как инквизитор на ведьму.

- Я не вижу никакой сетки, миледи, - произнес он, не пытаясь все же подойти к упомянутой лавочке. – Она тонкая или толстая?

- Очень толстая. Как канат.

- Смертельная порча. Миледи, вы владеете магией?

Я изумленно качнула головой. Нет, конечно. Где я и где магия.