Глава 34

Раяна

Нахмурилась. Зачем королю потребовалось приглашать меня и Кирана во дворец?

Мозг отчаянно пытался найти рациональное объяснение.

Монтери на допросе, очевидно, поставил под сомнение наличие истинной связи, пытаясь избежать казни.

Да и вряд ли во всём королевстве найдётся хоть один дракон, который поверит в существенное двойной истинной связи.

Информацию донесли до короля, и он потребовал нашего прибытия.

Логично? Логично.

Теория мне понравилась, но я удивилась, когда Киран буквально огласил мои мысли.

— Не будем паниковать. Скорее всего, король хочет лично удостовериться было ли нарушение священного закона или нет.

— Ты же знаешь, что это не так!

Госпожа Алория побледнела пуще прежнего и схватилась за сердце.

Киран помог матери присесть на стул, а Дора тут же подала ей воды.

— Мама, я понимаю ход твоих мыслей. Но давай не будет забывать, что налоги и казна всё же дело государственное и важное, а выяснять кто кому пара король не будет. Я более чем уверен, что Райгон уже обращался по этому вопросу, но Раяна освобождена от его метки и вольна выбирать, где ей жить и с кем.

— На Райяне нет метки, как и на тебе. Ты хоть понимаешь, что из-за твоих громких слов и желания уничтожить Монтери на Дом Ветра ляжет клеймо лжецов?

Голова матери генерала тряслась будто в припадке, но рациональное зерно в её словах имелось.

Удар по репутации будет весомым. Даарниэль сделает всё возможное, чтобы раздуть скандал. Проблем не оберёшься.

Отвела взгляд в сторону.

Давление, что я испытывала из-за проклятой метки, заставляло мысли беспорядочно метаться.

Всего-то нужно было продолжить то, что было сегодня в саду.

Самой проявить инициативу, ведь Киран лучше потерпит крах репутации, чем предложить решить вопрос с меткой в другой плоскости.

— Я пойду в свою комнату, — сказала с натянутой улыбкой. — Ещё чуть-чуть и разговор вступит в обвинительную часть, и я бы не хотела присутствовать при этом.

Так и было, стоило мне подняться по лестнице и завернуть за угол, как услышала.

— Это конец, и всё из-за неё. История повторяется. Это конец…

Прибавила шаг. Не хотела услышать, что сказал Киран.

Я любила генерала. Он любил меня.

Но, как оказалось, для близости этого было недостаточно, хотя тут, скорее всего, дело в другом.

Я прикрывалась своей репутацией, как девушки, дабы не быть опороченной до свадьбы, но на самом деле я боялась.

Мне нужно было верить Кирану и в этом вопросе, но нет, боялась, что, не оказавшись истинной, буду отвергнута.

Он сказал, что откажется от дракона. Но это, как лишить себя части души, разве сможет жить человек счастливо после такого? Смотреть на ту, из-за которой покалечил себя, и испытывать любовь, а не ежедневное разочарование?

Не заметила, как ноги привели меня к кабинету Кирана, туда, где висел портрет старого лорда.

Тихо вошла.

Мягко ступая по длинному ворсу ковра, подошла к портрету предка генерала.

После реставрации портер выглядел живее, чем раньше. Внимательные глаза смотрели, будто в мою душу.

— Лорд Октавиан, что мне делать? Как помочь Кирану?

Невесело усмехнулась.

Дожила, говорю с портретом. Отвернувшись, хотела выйти из комнаты, как тихий вздох из-за спины парализовал меня.

Колючие мурашки обсыпали шею и спину.

Обычно в фильмах ужасов я советовала героине бежать сломя голову, а сама, медленно повернувшись, вскрикнула, ведь…ведь…в кресле Кирана сидел призрак.

Зажав рот ладонью, чтобы не заорать, ударилась больно спиной о дверь.

— В проклятом доме живут призраки, — заметил призрак, проводя полупрозрачной ладонью по поверхности стола. Онемение стремительно расползалось по телу. Не могла вымолвить ни звука, лишь хлопала глазами.

— Я не хотел тебя напугать, Раяна. Но моё время здесь подходит к концу.

— Так это правда? В доме…в доме…

Ей-богу, я начала заикаться. Одно дело посмеялись, пошутили, но то, что это оказалось правдой, выбило меня из колеи.

— Правда. Я наложил на свой дом самые сильные защитные чары, какие мог, и попался в их ловушку сам. Только ты смогла освободить меня.

— Как?

— Сняла портрет со стены. Это мог сделать только кто-то из Тирелей, но ты истинная моего внука, поэтому смогла это сделать. Ты спросила совета, но для начала я расскажу тебе подлинную историю тех событий. Это поможет тебе.

Кивнула. Надо бы было сесть на стул, но я стояла на месте, будто ноги вросли в пол.

— Как уже неоднократно говорила моя нелюбимая невестка, история началась из-за женщины. Моя дочь — Эйви, была жемчужиной моего сердца. Изящная, лёгкая, ранимая она была красавицей, каких поискать. Так вышло, что боги решили связать её с мерзавцем. Она стала истинной Бельто Даарниэля. Моя девочка была юна и наивна. Она верила, что боги просто так не соединяют души, и с радостью приняла приглашение выйти замуж. Ничего не предвещало беды, пока она не забеременела. В своих письмах матери она жаловалась, что муж охладел к ней. Мы советовали думать о ребёнке. Но ей даже не дали подержать его на руках. Отняли, не дав насладиться материнством. Тогда-то и вскрылась ужасная правда. У лорда была вторая жена, неофициальная, конечно. Проблема продолжения рода была решена. Истинную можно было отправить в Рояло, а любовницу вывести из тени.

— Что ж за любовь-то у Даарниэлей к Рояло? — покачала головой нахмурившись.

— Когда я узнал это, поднял все связи, чтобы спасти Эйви. О! Она была уничтожена этими новостями. Не хотела жить. Я пообещал, что заберу её, спасу. Она начнёт жить заново.

— Вы забрали её?

— Да. Привёз сюда. От моей красавицы ничего не осталось. Моя бедная жена выплакала все глаза, видя состояние нашей дочери. Но беды наши только начались. Это была война. Самая настоящая. Бельто хотел заточить её на острове, чтобы пользоваться ею, когда нужно. Я допустить это не мог! Требовал развода, шёл против воли богов. Между ними уже была установлена связь, и лишение метки сделало бы его безумным. Мне было всё равно. Я хотел спасти Эйви.

— Вас обвинили в измене?

— Так и есть. Сфабрикованное дело, ни одного доказательства. А всё из-за того, что Даарниэль нашептал королю, что я готовлю восстание. Дело в том, что Тирели — потомки первых королей. В случае смерти короля наш род стоит первым в наследовании короны. Старый, маразматичный, поверил хитрым речам. Я бы выиграл эту войну, но моя Эйви.

Голос лорда дрогнул, а я почувствовала, как внутри что-то корябнуло от догадки.

— Она бросилась со скалы. Не в силах больше выносить эту разрывающую сердце боль. В тот же день и моё сердце остановилось.

— Мне жаль…

— За столько лет скитаний по этому дому я перестал чувствовать боль, но именно в тот миг, когда ты сняла портрет, почувствовал радость. Мне нельзя было уходить сразу, моё предназначение было в том, чтобы рассказать это тебе. Я чувствую это.

Призрак стал медленно растворяться в воздухе.

— Раяна, история повторяется. Вы сможете победить, если будете едины.

После, лорд Октавиан исчез, а меня словно на мгновение вышибло из тела. Сползла на пол, чувствуя болезненную отрешённость.

Не знаю, сколько просидела так, но очнулась, как от забытья, когда мне на лицо брызнули водой.

— А? Что?

Непонимающе огляделась. Я лежала на своей кровати.

— Раяна, что ты делала в кабинете? Почему лежала на полу? Тебе плохо?

— Киран, я тебе кое-что хочу рассказать. Ты мне, конечно, не поверишь, но…