Глава 6

Мы с Климом запрыгнули на мотоцикл и помчались к дому моих родителей. Сердце мое трепетало от предвкушения – я едва могла дождаться момента, когда снова увижу их! Только покинув родной дом, понимаешь, как сильно скучаешь по близким. Я буквально подпрыгивала от нетерпения на сиденье байка, пока Клим уверенно вел нас по гравийной дороге, которая была мне так хорошо знакома. Когда мы наконец добрались до моей прежней стаи, я, не дожидаясь, пока Клим остановит мотоцикл, спрыгнула на землю и бросилась к дому. Мои ноги едва касались земли, а сердце стучало так громко, что, казалось, его могли услышать все вокруг. Я постучала в дверь раз за разом, будто боялась, что меня не услышат. Наконец дверь открылась, и на пороге появился мой брат Алекс. Его глаза расширились от удивления, когда он увидел меня – стоящую в черной кожаной куртке и узких джинсах, с растрепанными ветром волосами. – Это… Это невозможно… – заикался он, явно потрясенный. – Каллюша? – спросил он с дрожью в голосе. Мое сердце растаяло от этого старого прозвища, которое он всегда использовал. Не сдержав порыва, я бросилась к нему и обняла так крепко, как только могла. Алекс ответил мне тем же. – Мама! Папа! Угадайте, кто дома! – громко крикнул он, отпуская меня. Через мгновение на лестнице появились мама и папа. Их лица выражали любопытство, но стоило им увидеть меня, как их глаза тоже расширились от удивления. – Привет, мама! Привет, пап! – весело помахала я рукой. – Калли! – дрогнувшим голосом воскликнула мама. Они бросились ко мне, заключив в крепкие объятия. Я чувствовала их тепло и любовь так ясно, будто никогда не покидала этот дом. Мама первой отстранилась и взяла мое лицо в свои нежные руки. Ее взгляд стал тревожным, когда она заметила повязку на моей талии. Она приподняла мою футболку и ахнула, увидев следы когтей на коже. – Кто это сделал? – прорычал отец, его глаза вспыхнули гневом. – Я убью того, кто причинил тебе боль! – добавил Алекс, осторожно касаясь бинтов. – Перестаньте! Всё не так уж плохо, правда! – попыталась я успокоить их с улыбкой. Как же я скучала по своей семье! – Что ты такое говоришь?! – воскликнула мама. – Моя девочка пострадала! – Мама, всё хорошо. Я действительно в порядке. Главное – я снова с вами! – я улыбнулась им так искренне, что на мгновение тревога исчезла с их лиц. – Ох, моя милая девочка… Мы тоже так рады видеть тебя снова! – сказала мама и снова заключила меня в объятия. Когда она отпустила меня, настала очередь папы. Его сильные руки обняли меня, а голос звучал мягко и тепло: – Ты стала такой красивой, Калли. Хотя ты всегда была красивой… Но теперь ты просто сияешь. Как твоя мама. Его слова тронули меня до глубины души. Слёзы навернулись на глаза, но это были слёзы счастья. Я вернулась домой. – Я люблю тебя, папочка, – прошептала я, прижавшись к его груди. – И я тебя люблю, моя милая, – тихо ответил он, целуя меня в лоб. Мягкий, но настойчивый кашель вырвал меня из этого уютного мгновения. Я подняла взгляд и увидела Клима, стоящего у двери с легкой улыбкой на губах. В суете я почти забыла, что он пришел вместе со мной. Я улыбнулась ему и жестом пригласила войти. – Кто этот симпатичный молодой человек? – с любопытством спросила мама, улыбаясь. Папа бросил на нее выразительный взгляд, приподняв бровь, и тихое рычание сорвалось с его губ. – Не волнуйся, любимый, – рассмеялась мама, нежно коснувшись его руки. – Ты всегда будешь моей единственной любовью! – добавила она, чмокнув его в щеку. – Но все же, вернемся к моему вопросу. Она перевела взгляд на Клима, ожидая ответа. – Мама, папа и Алекс, это мой парень Климентий, – сказала я с легкой улыбкой. – Клим, это мои родители и мой брат Алекс. Маму зовут Натали, а папу Виктор. – Очень приятно познакомиться с вами, – вежливо произнес Клим и тепло улыбнулся. Алекс подошел к нему, крепко пожал руку и тихо сказал: – Если ты хоть раз причинишь боль моей сестре, я найду тебя и надеру тебе задницу. Она уже пережила слишком многое, и я не позволю этому повториться. Клим выдержал его взгляд и спокойно ответил: – Я никогда не причиню ей боль. Я люблю Калли. Эти слова словно растворили напряжение в воздухе. Алекс слегка кивнул, а я почувствовала, как сердце бешено заколотилось в груди. Клим посмотрел на меня, и я одними губами прошептала: – Я тоже тебя люблю. Он ответил мне теплой улыбкой, от которой внутри стало еще теплее. – Как насчет чая? – предложила мама, нарушая тишину. – Дорогая, мне бы хотелось чего-нибудь сладкого, – с озорным блеском в глазах произнес папа, поднимая брови. Я расхохоталась, когда мама с притворной строгостью подняла руку, будто собираясь его шлепнуть. – Давайте позавтракаем! – предложила я всем, направляясь к кухне. – Я голодна! – Ты всегда голодна, моя обжора, – поддразнил меня Клим, подходя ближе и обнимая за талию. – Да, но ты ведь все равно меня любишь, – кокетливо ответила я и нежно поцеловала его в губы. – К несчастью для меня! – пошутил он.