Глава 56

Кир

Кира швырнуло течением в глубь реки, в голове всё смешалось, сознание меркло. Пульсировала только одна мысль – спасти Ану. Он уже не мог сопротивляться смертельным объятьям потока, когда его хорошенько приложило о камень. Боль отрезвила затухающее сознание. Кир сделал рывок, выбравшись на поверхность реки. Увидел тело любимой, что несло течением. В отчаянии он выплыл на стремнину, где поток был сильней. Его швырнуло на несколько метров, и Кир успел дотянуться до ноги Ани. Река стала мельче, это и спасло их. Подхватив девушку подмышки одной рукой, другой он подгрёб ближе к берегу, отталкиваясь от камней на дне. Вытащил её на сушу, и сам рухнул рядом.

Над распростёртыми телами медленно поднималось жаркое африканское солнце, высокая трава саванны укрыла из от глаз, а река также невозмутимо катила мимо мутные воды.

***

Африка. День исчезновения Анны.

– Геннадий Петрович, говорю же, все вчера вернулись в лагерь. Ночью никто не отлучался, сработали бы датчики по периметру. Не могла она никуда деться, – Женя раздосадовано объяснял начальнику экспедиции очевидные факты.

Аня фургон не покидала, и как она могла исчезнуть, никто не знал. Они уже который час обшаривали округу в поисках своей сотрудницы и сейчас возвращались к лагерю из племени, куда ходили вчера на праздник.

– Пошли к реке, что ли, посмотрим, – угрюмо предложил инженер и повелитель всея аппаратуры Сеня.

– Что ей там делать? – удивился Геннадий Петрович.

– А что ей было делать в племени ночью, одной? – Парировал Сеня.

– Ну да, – тряхнул головой Женя, – разницы нет, где искать. Идём, Геннадий Петрович.

Они побрели по высокой траве, высушенной африканским зноем, она раскрыла свои колкие объятья, впиваясь остью в кожу, норовя залезть под одежду. Шли молча, обдумывая, как будут оправдываться в институте о том, что потеряли сотрудника в охраняемом лагере, который она покинула ночью непонятно каким способом.

– Эй, смотрите, – Женя приложил ладонь козырьком к глазам, – возле реки кто-то есть.

Они кинулись бежать, не обращая внимания на колющуюся траву. На берегу лежали двое людей, мужчина и женщина. Издалека не видно кто это, но не так много в этой глухомани блондинок. Так что учёные неслись, а с души у них падал огромный камень, целый валун. Анечка нашлась!

– Кто это с ней? – Пыхтел Женя рядом с Геннадием Петровичем.

– А мне почём знать? Разберёмся, – поджарый, атлетичного телосложения начальник нёсся, как гепард, работники едва поспевали за ним.

Они выскочили из травы на глинистый берег, подбежали к лежащим.

– Похоже, наглотались воды, – резюмировал Геннадий Петрович, – Сеня, живо, на спину обоих. Как оказывать первую помощь, знаешь.

– Живы? – Топтался рядом Женя.

– Да, пульс дыхание есть. Беги за машиной, на руках мы их не унесём, – Геннадий Петрович занялся лежащим мужчиной.

– Эм-м-м, – Женя замялся. С техникой он был на глубокоуважаемое Вы.

– Чёрт, Сеня, дуй ты. Женька, давай, откачивай Аню.

– Бегу, – бросил инженер, скрываясь в высокой траве.

Лёгкие удалось прочистить быстро, девушка закашлялась, её вырвало водой, но в сознание она так и не пришла. Впрочем, как и лежащий рядом мужик.

Издали послышалось рычание мотора, Сеня мчал по полю, что есть сил.

– Этого тоже с собой берём? – Указал Женя на Кира, – что за одежда странная на них? Маскарад ночью какой-то был?

– Да, не бросать же. После разберёмся, где его Анна откопала и на каком маскараде, – Геннадий Петрович проверял пульс.

Джип выехал на берег, заложив крутой вираж, и остановился прямо перед телами, дверца распахнулась, наружу выпрыгнул Сеня:

– Грузим.

Обоих аккуратно уложили на разложенное заднее сидение, сами уместились втроём спереди, и Сеня погнал машину к лагерю.

***

Анна

Сознание медленно возвращалось, а вместе с ним паника. Переход удался? И почему меня выкинуло в реку? Где я?

Тревожные мысли набирали обороты, проясняя рассудок. Рядом, словно через вату, послышались знакомые голоса:

– Как они?

– Мужик очнулся. Что говорит, не пойму. Язык странный, первый раз такой слышу. Будто гавкает. Аня ещё в себя не пришла.

Это же Геннадий Петрович с Женей, нашим полиглотом. Он знал около десяти языков, из них три мёртвых. И быстро обучался новым, через пару недель жизни возле племени учёный вполне сносно болтал с аборигенами. Начальник его называл «одарённый балбес», потому что в остальном Женя был полным профаном. Удивительно, как он вообще дожил до своих тридцати двух лет. Забыть выключить газ или утюг для него в порядке вещей. На ровном месте он мог упасть, заработав растяжение. Но равных ему среди переводчиков не было.

Я хотела сказать им, что очнулась, но из горла вырвался невнятный хрип, глотка болела неимоверно. Закашлявшись, открыла глаза.

– Анечка, наконец-то! – Надо мной склонился начальник, – мы уже думали сворачиваться и ехать в город. В больницу.

Знаками показала, что хочу пить. Женя поднёс пластиковый стакан. Вода смочила воспалённое горло, дышать стало легче.

– Где вы меня нашли? – сипло спросила я.

– Возле реки. Ты что там делала? Зачем ночью ушла из лагеря? – Геннадий Петрович с тревогой глядел на меня.

– Да, – кивнул Женя, – и что за мужик с тобой был? Ты где его откопала ночью?

– Мужик?! – Значит, Кир прыгнул за мной следом! Сумасшедший! Как только не разбился о камни. Мысленно поблагодарила духов, за то, что позволили ему пройти в портал.

– Ну да, патлатый такой. На Тарзана похож. Мы его закрыли, от греха подальше, – подтвердил Геннадий Петрович.

– Приведите его ко мне. Пожалуйста. Я потом вам всё объясню.

– Анечка, ты очнулась! – Послышался голос Сени, – сейчас бульон сварю. Еле у местных курицу выпросил, не консервами же тебя кормить.

Инженер подошёл, проверил пульс, – порядок, – улыбнулся он, – теперь пойдёт на поправку.

– Сеня, веди этого, Тарзана, – повернулся к нему начальник.

– Хм, не опасно это? Жека, айда со мной.

Мужчины вышли.

– Анечка, рассказывай, – Геннадий Петрович подвинул стул ближе.

Что ему говорить?! Как жила в племени в другом мире? Мозг отказывался придумать достойное объяснение.

– Я, э-э-э-э, вышла ночью. После трав колдуна стало плохо.

– Стоп. Какого колдуна?

– Ну страшного такого. Из племени. Глаза ещё странные у него необычные, светлые.

– Анечка, в племени нет и не было никакого колдуна. Жриц и жрица. Обычные вполне аборигены.

Вот что имели в виду духи, когда сказали, что колдун исчез из двух миров. Думай, Шевелёва, как отмазываться будем.

– Приснилось мне, что ли? Смутно так всё, – я приняла вид полудохлой лягушки, распластавшись на кровати, – плохо так. Ничего не помню.

– Ладно, лежи, отдыхай.

В палату вошли мои коллеги, за спинами которых стоял Кир, в спортивных штанах и футболке.

– Ана, – он бросился ко мне, – зачем ты ушла?

– Как нашёл меня?

– Я следил за тобой, – он опустился на любезно предоставленный Сеней стул, – едва успел догнать.

– Зачем ты прыгнул? А если бы разбился? – Я смотрела в родные глаза, где не угасали страх и волнение.

– Мне не нужна жизнь без тебя, любимая. Послушай. С Юной у нас ничего не было. Она постоянно караулила меня. Но я не изменял тебе. Никогда. Я не смог бы так поступить с тобой. Ана.

– Как же нам теперь быть? – Гладила мужа по голове и думала, как мне его «узаконить» в нашем мире.

– Мы можем жить здесь. Я видел, тут водится много зверей. Охота будет удачной.

Рассмеялась, представив, как мы соорудим шалаш посреди саванны и будем бегать с копьями за антилопами.

– Так не выйдет, родной. Тебе придётся уехать со мной в город. И жить там.

– Город? Это твой мир так называется?

– Маленькая его часть. А мир мой огромен, впрочем, ты сам скоро всё увидишь. Я придумаю, как провезти тебя в страну.

– Только не оставляй меня больше никогда, – сжал Кир мои ладони, – мне всё равно, где жить и с кем. Мне нужна только ты.

Он опустил голову на моё плечо под удивлёнными взглядами коллег. А я долго гладила его по макушке, пытаясь осмыслить всё произошедшее.