Глава 25 · Первый полет

Райнер перехватывает мою руку и тоже рассматривает метку. Проводит по центру рисунка большим пальцем и хмурится, будто сам не знает, что это такое.

Он же так и хотел, нет? Ну, чтоб светилась. А чего тогда рожа кислая? Будто сам не верил, что я действительно могу стать «какой надо». От этого паника лишь разгорается.

Я вспоминаю свой сон, дракона и очень боюсь сейчас провалиться в беспамятство, а потом очнуться прикованной к постели.

Так, подождите. Значит, Райнер теперь дракон⁈ Или как это работает?

Я собираюсь спросить, но слова застревают в горле, когда он моргает, и, я готова поспорить, что видела движение третьего века. Ну, как у рептилий бывает. Вот… чёрт, теперь мне страшно с ним оставаться!

Райнер на этот счёт явно имеет другое мнение. Прижав мою ладонь к своей груди, он отступает, вытягивая меня на крышу, а после обнимает и целует. Я успеваю только возмущённо замычать, пытаюсь отстраниться, но ему хоть бы что.

Кисть с меткой нагревается сильнее. Будто я положила руку на солнечное пятно летом. В трахее появляется необычное ощущение, что в неё натолкали перьев, и теперь они щекочутся. Из-за этого я прекращаю сопротивляться и замечаю, что поцелуй тоже стал иным.

Во время попыток устроить личную жизнь мне доводилось целовать разных мужчин. Так что сейчас я процентов на девяносто уверена, что Райнер, который мучил меня до, и тот, что стоит передо мной сейчас — два разных Райнера. И… нынешний мне нравится больше.

Он мягче, спокойнее. Если пытаться объяснить, то теперь дэвиан будто перестаёт сражаться со всем миром, потому что уже доказал свою силу. Излучает спокойную уверенность, и это… делает его лишь привлекательнее.

Поцелуй обрывается. Райнер дышит немного быстрее обычного, но на его губах ленивая улыбка. Он выпускает мою руку и отходит на свободное пространство, а я ловлю себя на том, что становится прохладно. Не знаю уж, это потому, что вечереет, или из-за связывающая нас магия пошла в ход.

Франц сидит на краю крыши, рассматривая нас выразительными серо-голубыми глазами. Оценив, что делает Райнер, он подаётся вперёд и меняет облик, осыпаясь золотыми искрами и снова становясь человеком.

— Давай не надо? — на ходу бросает он. — Райнер, ты не в том состоянии, чтобы сейчас…

— Я в том состоянии, в котором нужно, — хмыкает тот.

— А как же пыль гролваров? Сейчас…

Может целоваться мой муж и стал лучше, но вредности не растерял ни капли. Разведя руки в стороны, он закрывает глаза и зажигает вены. Пару секунд ничего не происходит, а после вокруг дэвиана возникает сфера. Сперва едва заметная, но позже набирает яркость, и вскоре фигуру Райнера уже не выходит рассмотреть под вихрем золотистых искр. Франц качает головой и идёт ко мне.

— София, у меня к тебе дело государственной важности. Найди подход к этому чудовищу. Он сейчас на последнюю ступень зайдёт и вообще неуправляемый станет. Ни по хорошему, ни по плохому с ним не договоримся. Спасай.

— Что⁈

Золотая сфера резко сужается, а после взрывается, осыпая дом Франца и несколько соседних постепенно угасающими искрами. На крыше перед нами вместо Райнера оказывается тёмный шевелящийся клубок. В бликах света становится понятно, что это чешуя, отливающая винным цветом. Когда комок расправляется, удаётся угадать черты дракона, но на Франца не похож.

Этот крупнее и выглядит злее, хотя, зная Райнера, это совсем не удивляет. По хребту тянется ряд острых выростов, украшенных золотистыми прожилками. Морда усеяна ими сильнее всего. Наверно, он может использовать свою голову как булаву, я не знаю, но то, что никто не сможет цапнуть его в затылок — неоспоримый факт.

Поднявшись на лапы, он поворачивает к нам морду и приоткрывает пасть, из которой, будто пар на морозе, тоже валит свет. Ну и улыбочка, конечно.

— Всё, он готов лететь, — объявляет Франц. — Не выпускай его из дома пару дней. Мы сражались с демонами. На нас есть пыль, которая может быть опасной. Дом защитит.

— Постой, ты… правда отправишь меня с ним⁈ Он драконом стал меньше пяти минут назад!

— Прости, но я больше не могу с ним спорить, — виновато улыбается Франц. — Ты же тоже его видишь. Оцени, кто в драке победит.

Я в шоке просто. Впрочем, могу понять. Ему от меня досталось сильно, не хочет больше с Райнером связываться.

— И как мне? В лапу ему?

— Нет, не стоит… Пойдём помогу.

Франц со знанием дела подводит меня к дожидающемуся чудищу. Прикрикнув на дракона, он добивается, чтобы Райнер опустил крыло, по которому я забираюсь на холку. Сама я бы сроду не нашла, куда тут зад пристроить, но Франц находит для меня хорошее место, которое иронично называет гнёздышком из-за того, что вокруг много торчащих выростов.

Очень хочется обозвать Райнера ежом, но я боюсь шутить так вслух. Зубы его я тоже успела посчитать.

Мамочки, это всё взаправду?

— Всё, бывай, — машет рукой Франц, отходя к лестнице. Оттуда выглядывают любопытные лица мальчишек. — Дома сиди хоть пару дней. Нам только демона-дракона не хватает.

Райнер фыркает и с поразительной для такой туши грацией идёт к краю крыши. Расправляет крылья и также легко, будто делал это ежедневно последние лет сто, ловит ветер.

Я даже понять не успеваю, когда мы ещё были на крыше и как оказались в воздухе. С тёмной чешуи дракона слетают оставшиеся после обращения частички золота. Меня почти не сносит ветром, как-то так удачно сижу. Земли не видно из-за огромных, красноватых на просвет крыльев, так что страх высоты меня пока не пришиб, зато очень хорошо видно небо. Очень много неба.

Смотрю на руку, ярко светящуюся метку. Кажется, что кто-то собрал лучи заходящего солнца и поместил под мою кожу. Приятное тепло не ушло, похоже, навсегда со мной останется.

Полёт оказывается куда короче, чем я надеялась. Вроде только вошла во вкус, а Райнер берёт вираж и по-кошачьи плавно спрыгивает на траву поляны, лежащей за нашим домом. Я не успеваю выбраться из «гнёздышка», как он меняет облик и ловит испугавшуюся меня на руки.

— Р-Райнер! Предупреждать же нужно! — смущённо восклицаю я, пытаясь оправить задравшуюся юбку.

— Дракон не говорит, — хмуро бросает он и ставит меня на ноги. — Идём. Нужно вернуть тебя в дом.

Что-то не так. Он снова стал «плохим Райнером».

— В чём дело? Ты… ещё злишься на то, что я сбежала? — сглатываю я и, вспомнив, что он собирался меня наказывать, спешу сменить тему. — Но ведь в итоге-то всё хорошо закончилось! Ты смог… стать драконом и… метка светится. Это же хорошо, да?

Новообращённый дракон останавливается и, не поворачивая корпуса, оглядывается на меня.

— Чего ты ждёшь от меня? Чтобы я похвалил за то, что ошибка принесла положительный результат? Или за то, что ты и так должна была сделать?

— Я не…

— Иди в дом, София. Мне нужно привести себя в порядок. Тебе тоже. После придёшь в кабинет. Поговорим.

Звучит как угроза…